Нина Новолодская – Охота на древнего (страница 4)
Произошло нечто, повергшее в шок всех, кто побывал на месте преступления. И даже если он не был уверен, что девушка справится, она единственная, кому он мог довериться. Ведь нет такого человека или двуликого, кто захотел бы найти убийцу сильнее, чем сама Кинг.
– Дай мне минуту. – Алекс медленно и тяжело поднялась, на этот раз безропотно приняв помощь Солье, и направилась в свою комнату, оставив мужчину топтаться в гостиной.
Глава 3
После того как Джек выскочил следом за Алекс из прозекторской, доктор Броски, тихо посмеиваясь, вернулся к своим прямым обязанностям. До самой ночи он провозился с делом погибшего Мэтью Коллинза. Наконец закончив, перенес его в бокс, установил бирки на камеры с другими телами, заменяя на некоторых причину смерти и заполняя необходимые для полиции бумаги. Вообще-то ему был положен помощник, которому он мог поручить всю эту чепуху, но после того как уволился Свинни Болек, только что окончивший медицинский, никого на эту должность так и не нашлось. Карл уже заканчивал вносить последние изменения в файл, когда в дверь просунулась голова Хорхе, местного уборщика из ночной смены.
– Док?.. Вы еще тут?
– Да-да, Хорхе, – отозвался Карл, таращась в экран допотопного компьютера и пытаясь окончательно разобраться с базой данных, – еще пару минут, и все.
Хорхе буркнул: «Окей, док» и снова исчез в коридоре. Карл слышал, как он удалялся, громко скрипя подошвами своих стареньких кед и волоча за собой гремящую тележку с ведрами и швабрами. Карл бросил взгляд на часы: время уже перевалило за двенадцать и нужно было быстрее отпустить парня домой. Это у него, старика Броски, кроме Алекс, не было ни детей, ни жены, а вот нормальные люди торопились домой, к семье и горячему ужину.
Наконец, когда последнее окно на экране компьютера закрылось, Карл снял очки и устало потер переносицу. Несмотря на то что в обличье волка он видел отлично, его вторая ипостась обладала всеми присущими пожилым людям чертами. Неожиданно что-то изменилось, будто мир вокруг застыл, а в следующее мгновение из коридора послышался громкий стук, словно на пол что-то упало и покатилось. Через секунду раздался дикий, почти нечеловеческий вопль, полный ужаса, тут же сменившийся удушающим хрипом, а затем, спустя долю секунды, все окончательно стихло.
Карл встрепенулся. Крылья его довольно крупного носа затрепетали, стараясь уловить посторонние запахи. Слух обострился настолько, что он мог расслышать, как в дальней прозекторской из старого, подтекающего крана капает вода. Его зрачки расширились, затапливая уже ставшую огромной радужку.
Мужчина застыл и немного наклонил голову, словно огромная собака, прислушиваясь к тишине вокруг. Из коридора больше не раздавалось ни шороха, только потянуло раздражающе-сладковатым запахом крови… и смерти. Броски медленно поднялся, двигаясь совершенно бесшумно, и направился к двери, продолжая прислушиваться к малейшему скрипу. Появившиеся в первые секунды клыки заметно обозначились, приподнимая верхнюю губу, и Карл едва сдерживал рвущееся из груди рычание, все его нутро кричало о присутствии чего-то враждебного, пахнущего злобой и тленом.
Хорхе был там. Вернее то, что осталось от парня.
В том, что это именно уборщик-мексиканец, Карл не сомневался ни мгновения: в пяти метрах от лаборатории валялась голова бедняги с повисшими на шее лоскутами кожи. Все стены и даже потолок были забрызганы кровью, словно нападавший специально, почти художественно, заляпал все вокруг. Но тела Карл не увидел, вместо него от оторванной головы вел красный жирный след, заворачивая за угол.
И патологоанатом отпустил свою истинную натуру, позволяя ей выбраться наружу и охватить его подобно второй коже. Форма черепа трансформировалась на глазах, удлиняясь и вытягиваясь, нос также приобрел волчьи линии, переходя в узкий высокий лоб и близко посаженные глаза. Шея мужчины стала больше, покрываясь узлами мышц, а затем густой темной шерстью. Руки вытянулись, став похожими на витые канаты, с каждой секундой все больше походя на мощные сильные лапы.
Коленные суставы выгнулись в обратную сторону, немного пригибая существо к полу, но удерживая его в устойчивом положении на двух задних лапах. Ладони также покрылись шерстью, пальцы искривились, ногти выросли на добрых пять сантиметров, прежде чем полностью превратиться в острые и крепкие когти-кинжалы. Все его тело увеличилось в габаритах раза в три, и одежда вместе с белым халатом просто лопнула по швам, свалившись на пол грудой бесполезного тряпья. Карл-оборотень не издал ни звука, проходя трансформацию молча, ведь ему не хотелось спугнуть убийцу, хотя вполне возможно, что тот уже учуял его.
Броски двинулся по следу, хоть по-прежнему ничего не слышал. Волчье чутье не могло обмануть его, это было просто невозможно, но все, что он чувствовал, – лишь запах крови и внутренностей. След прервался внезапно, стоило только Карлу завернуть за угол. Дальше шел обычный коридор, с не очень чистым полом и тускло мигающими под потолком лампочками. Волк медленно втянул носом воздух: тут пахло смертью, но точно определить, куда делось тело вместе с преступником, Карл никак не мог.
И тут он услышал звук падающей капли, тот не был похож на звук протекающего крана. Он уже слышал нечто подобное ранее и без труда отличил его от сотен других. Густой, тягучий. Страшный и одновременно с этим чарующе опасный звук, способный пробудить внутри любого двуликого его самые темные инстинкты. Броски опустил косматую голову, упираясь взглядом в красные разводы под лапами. На них застыла кривая клякса, напоминающая сюрреалистическую картину из кошмаров неизвестного автора. Следующая капля упала волку на загривок, проникнув в жесткую шерсть и заставив кончик его носа нервно дернуться.
На осознание произошедшего оборотню понадобилась лишь доля мгновения, но и ее было слишком много.
«Джек был прав, тут замешаны сильней…»
Низко зарычав, он оскалил клыки и молниеносно вскинулся, пытаясь увидеть врага, но даже нечеловеческой реакции двуликого было недостаточно. Что-то огромное рухнуло сверху, тут же закрывая обзор, сбивая его с ног и прижимая к полу. До Карла донесся гнусный запах разложения и гнили. Утробный рык прокатился по коридору, отразившись от стен и смешиваясь с его собственным рычанием. Последнее, что увидел карий глаз Карла Броски, прежде чем черные когти вспороли ему горло, была уродливая серая лапа.
4
Территория вокруг городского морга, как и положено, была оцеплена. Автомобили полиции, припаркованные поперек улицы, мешали дальнейшему движению, а потому Джек начал высматривать место, чтобы поставить свой мустанг. У желтой заградительной ленты с лаконичным «НЕ ПЕРЕСЕКАТЬ» уже собралась толпа зевак, а несколько репортеров с центральных телеканалов выгружали оборудование из припаркованных неподалеку фургонов.
Всю дорогу до морга Солье молчал, не спеша посвящать девушку в уже известные ему детали и давая Алекс возможность немного успокоиться. А еще он хотел, чтобы она сама все увидела и оценила, ведь то, что произошло этой ночью, совершенно не вписывалось в привычные рамки и не было похоже ни на что, виденное им ранее. И это его не столько пугало, сколько держало в нечеловеческом напряжении. Раньше, еще вчера, он мог бы спросить совета у самого Карла, а теперь… Теперь у них осталась только Алекс, единственный специалист, способный, по мнению Джека, практически с одного взгляда определить, была ли смерть результатом нападения двуликого или…
Но минуты шли, и детективу все больше казалось, что Алекс слишком глубоко погрузилась в некое оцепенение, будто так до конца и не поверив в то, что ее друг, единственный родной человек, погиб. С того самого момента, как она, уже полностью одетая, вслед за детективом покинула собственную квартиру, девушка не произнесла ни единого слова. Она будто провалилась в другую реальность, молчала и, отвернувшись к окну, следила за пролетающими мимо городскими пейзажами. А потому Солье был уверен, что Алекс не заметила ни одного из его встревоженных взглядов, украдкой брошенных через плечо.
Наконец Джек припарковал автомобиль, выбрав место на другой стороне улицы. Просигналив и спугнув стайку тинэйджеров с мобильными телефонами, он заглушил двигатель.
– Чертовы зеваки. – Солье проводил недовольным взглядом шарахнувшихся в сторону ребят. – Алекс, ты как?
Сейчас, взглянув на ее бледное, осунувшееся лицо, то и дело, подсвечиваемое синими и красными бликами, он неожиданно засомневался в правильности принятого решения. Не стоило вообще приходить к не и уж точно не было никакой необходимости тащить девушку сюда. «Идиот!» – отвесил он себе мысленно оплеуху.
Но девушка лишь молча кивнула, все так же продолжая безотрывно таращиться в окно. Вся ее поза казалась странно неестественной, будто деревянной. Джек потянулся, желая коснуться ее плеча, как-то подбодрить или выразить соболезнования, что сейчас были совершенно не к месту, и замер в неудобной позе, так ничего и не сделав.
Нет, он и раньше частенько засматривался на нее, позволяя себе любоваться сосредоточенным лицом, медленными, но наполненными какой-то потусторонней силой движениями рук во время «работы» некроманта. Что-то в ней, внешне столь хрупкой и уязвимой, а на самом деле невероятно сильной, притягивало его взгляд всякий раз, как она пересекала границу жизни и смерти, призывая чужие души.