Нина Новак – Упрямица. Академия Беллатор (страница 32)
Собственно, прекрасная семейка вполне могла претендовать на трон и не делала этого только из-за того мутного дедушки. И еще потому что была пришлой. Столетия назад ди Тар’рины обитали на далеком континенте, который погиб при извержении вулкана.
В конце Кристиан просил сжечь письмо и советовал стоять стойко. Много учиться и не отталкивать Гаспара.
Я вызвала элементаля, и лист бумаги вспыхнул неожиданно яростным пламенем – под стать обуревавшим меня эмоциям, не иначе. Заорав, я кинула письмо на пол. Люс с испуганным вскриком отбросила тетрадку и сорвалась с кровати, проворно затушила горящее письмо плотным пледом.
– Ты чего творишь? – спросила она ошалело.
– Пока плохо владею элементалем, – выдохнула я. – На нервной почве не рассчитываю силу.
Люс вернулась к себе и стала устраиваться на боковую.
– Тебе надо сделать упор на медитацию.
Да-да, сделаешь тут упор. Кто даст? Каждый день какая-то новая нервотрепка.
– А мне скоро позволят совершить первую метаморфозу. Я так жду, – сонно пробормотала Люс.
– Кстати, как проходят твои свидания со старшекурсником целителем?
– Превосходно, – Люс повернулась на бок и мечтательно прикрыла глаза. – Он хорошо разбирается в иллюзорной магии и столько всего рассказывает.
– Вы уже целовались?
– Нет еще. Он не особенно напористый. Но я чувствую, что нравлюсь ему. Он на меня смотрит... Такими, знаешь, голодными глазами.
Знаю, да. На меня тоже сегодня так смотрели – в сочетании с жуткой тьмой в глубине глаз получилось оригинально. Но если без шуток, меня, кажется, это и заводило. Вот такая я... суккуба.
– Красивый?
– Очень. Темноволосый, высокий. Чего не целует, не знаю, – Люс потянулась и перевернулась на другой бок.
Я тоже вскоре заснула, несмотря на тяжелые мысли, и... опять перенеслась к демонам! Вот какого, а?
На это раз я очутилась в огромном светлом холле замка. За окном сыпал мелкий снег. Я стояла перед напольным зеркалом в тяжелой раме. Интуитивно протянула к нему руку, коснулась кончиками пальцев холодной стеклянной поверхности.
Она пошла рябью, и с той стороны проступила сцена. Прабабушка Агафия, – молодая, как на старых фотографиях – беседует с демоницей из прошлого сна. Обстановку я не узнаю – массивная мебель, темные парчовые занавеси, много пионов в хрустальных вазах.
Слов тоже не слышно. Но вижу, как женщины улыбаются друг другу и демоница передает прабабке высокий изящный флакон, обмотанный золотой цепочкой. Губы Агафии шевелятся, возможно, она благодарит демоницу... Я отшатываюсь от зеркала и просыпаюсь.
Не может быть! Не может быть, чтобы она действительно была замешана в отравлении. Не верю.
Сев в кровати, я протерла глаза. Что на самом деле связывает меня с демонами?
Нет, нет и нет. Бабушка Агафия не была преступницей. Я помнила ее, как очень светлого человека. Справедливого и с большой фантазией. А что за чудесные сказки она нам рассказывала.
Всё не так просто. Или демоны подкидывают мне дезинформацию, или я чего-то не понимаю. Черт, конечно же, я многого не понимаю. Просто тупо не знаю, что там у них произошло.
Кристиан удивлялся, как Агафия Петровна, простая человечка, сбежала в другой мир. А, может быть, она провернула побег с помощью той самой демоницы? И в виденном мною флаконе был вовсе не яд?
Ответы (или хотя бы их часть), по всей вероятности, хранились в замке Асье, но мне казалось, что раз переступив порог этого прекрасного места, я оттуда уже не выйду. Не выпустят.
А сегодня ведь еще и первый день занятий в отряде ректора! Меня в секунду смело с постели. Продержаться неделю... ну, или две. А-а-а, я вообще не представляла, как буду выживать в новых условиях, хотя и крепилась перед ди Тар’рином. Они же там тренируются на полном серьёзе, и нагрузки у них тоже нешуточные.
***
Впрочем, утренняя разминка прошла обычно. Отжимания, бег, подтягивания. Я выдавала не лучший результат, но старалась. Парни делали вид, что я не с ними и просто мимо пробегала. Ди Тар’рин воодушевлял нас собственным примером, и изредка бросал замечания сухим тоном:
– Не прогибайтесь в пояснице, Асье. Держите локти на уровне плеч. Берегите дыхание.
Вроде бы рядовая ситуация – наставник помогает адептке, но напряжение между нами росло. Любое его случайное прикосновение высекало искру. Возможно поэтому, во время тренировочных боев, проводившихся в одном из спортивных залов, он всегда ставил меня в пару с Горном. Но я все равно ловила эти темные, тягучие взгляды издалека, за которыми обычно следовал окрик в стиле:
– Вы не на танцах, Асье!
Да что вы говорите, генерал!
Напряженность ощущалась почему-то не только между мной и ди Тар’рином. В самом отряде тоже наблюдался разлад. И он усиливался с каждым днем тренировок все больше и больше.
Базиль ди Ар’рас ходил мрачный и несколько раз задел меня после разминки. Ничего такого – просто кривая улыбка, или толчок под локоть... или щипок.
– Угомонись, идиот, – прошипел Юго, когда Базиль в очередной раз попытался зацепить меня. Оттянул приятеля в сторону и грубо толкнул в плечо.
Хэм задвинул меня за спину, загородив собой.
– Хочешь проблем, ди Ар’рас? Совсем потерял разум? – процедил он недовольно. – Если ректор узнает, превратит в отбивную. Ты против него не выстоишь.
Базиль только набычился и отвернулся. Демонстративно сплюнув на землю, скрылся за крылом раздевалки.
– Чего он хочет? – спросила я Хэма.
– Драконьи инстинкты. Не обращай внимания.
– Не понимаю. Метка Базиля давно исчезла.
– Метка-то исчезла, а вот его дракон всё не может успокоиться. Понимаешь, ди Ар’рас плохо его контролирует. Еле уживается со своим зверем. И еще комплексует из-за того, что его основной дар – целительский. В отряде он на подхвате, чтобы оказывать первую помощь, если кого-то ранят.
– А что, могут ранить?!
– Нуу, если только на практике, или на турнире, – Хэм подмигнул мне. – Беги к своим.
Люс с девчонками возвращались от Ашиля и переодеваться я шла уже с ними. Надо мной подшучивали, потому что ди Тар’рин никогда не тренировал женщин, а я была довольна. Во-первых, удалось подтянуть форму. Во-вторых, я узнала много новых боевых заклинаний и развивалась быстрее, чем если бы следовала программе.
В этот период завтракала я тоже с парнями (ди Ар’рас вот только садился отдельно), и по ходу дела писала статью. Получалось занятно, так как я оживляла ее интервью и магическими фотками. Да-да, один поход в редакцию «Беллаторского Сплетника», и Карл показал мне заклинание, помогающее запечатлевать «фрагменты жизни» и сохранять их в специальном артефакте.
– Отвечаете за него головой, – хмуро сообщил он мне, доставая из сейфа прямоугольную металлическую пластину-артефакт. – Здесь хватит места на десять фрагментов, так что расходуйте заклинания разумно.
Уставала я, как ломовая лошадь, но должна признать – Гаспар меня щадил, не загружая больше, чем выдержало бы мое тело. Я успевала и на лекции Кристиана, и на остальные теоретические предметы, и даже умудрилась заучить первый из трех турнирных танцев, получив сдержанный, но одобрительный кивок мирри Туаро. Отдохнуть и скинуть напряжение получалось только на медитации. На берегу пруда, под тихий шелест листьев даже боль в мышцах как будто отступала.
В общем, жизнь била ключом, неделя летела к окончанию, все враги затаились и не отсвечивали, – или я замоталась и не видела их интриг – появилась надежда, что безумный марафон закончится и я, наконец, просто выдохну. И вот тогда-то ситуация накалилась до предела, и рвануло...
В тот день я впервые попала на полигон. Расположенный в пространственном кармане, он с точностью до мельчайших деталей передавал Изумрудные рубежи на юге Пазаданора. Из зеленоватых вод выступали осколки скал, покрытые изумрудной породой, как драгоценными камнями. Их грани блестели ядовитой зеленью, перекликаясь с островками кустов и группками высоких, пальмообразных деревьев. Воздух был тяжел, напоен влагой и терпким ароматом полыни, или чего-то очень на нее похожего.
Я знала, что это иллюзия границы с Оборотной Стороной, где чаще всего случались прорывы.
– Асье, откройте сознание. Вы останетесь внизу, и если появятся чудовища, сразу зовите меня по ментальной связи, – небрежно кинул ди Тар’рин.
Что-что? Какие чудовища?
Но ректор уже развернулся ко мне спиной, прошел к краю каменисто-изумрудной площадки, на которой мы стояли, и прыгнул, тут же взмыв ввысь черным драконом.
А я, кажется, обомлела, потому что он оказался поистине огромным, с острейшими шипами вдоль гибкого хребта. Дракон поднял голову к палящему солнцу, и его блестящий выпуклый глаз заволокло тьмой. Вслед за ректором обратились остальные драконы, словно разорвавшие небо золотыми и серебряными снарядами громадных тел.
Хэм и Горн, – впрочем, как и оборотни волки, – остались в человечьем обличье. Они сбились в отряд и скрылись за изумрудным острым пиком, торчавшим посередине нашей площадки.
Хэм правда задержался на секунду и прокричал:
– Если увидишь огромного змея, сразу зови ди Тар’рина!
Змея? Серьезно?
Пришлось поблагодарить местное Единое божество за то, что послало мне учителя в лице Кристиана Асье, и выстроить щит из белой магии. И очень вовремя, потому что ко мне уже метнулась какая-то мелкая зубастая пакость. Метнулась, и сгорела в белом пламени. Фух...