Нина Новак – Неудобная жена. Второй шанс для принцессы (страница 18)

— Пятый этаж, квартира девять, — строго говорит консьерж. — Постучите и вам откроют.

Он указывает мне на двери за стойкой, намекая, что подниматься придется по служебной лестнице.

Я благодарю его и выхожу на лестничную площадку.

Думаю, все складывается не так уж плохо. Избегать Ларшиса не получилось, но зато он не принял меня за шпионку, а я смогла получить хоть какую-то выгоду.

Так, а вот и нужная площадка. Три дубовые двери с позолоченными ручками, на каждой выведен номер.

Приблизившись к квартире девять, стучусь.

С той стороны раздаются легкие шаги и дверь открывает миссис Марш в невесомом атласном халате на голое тело.

Она оглядывает меня строгим и надменным взглядом и велит:

— Проходите, мисс. Не понимаю, зачем лорд Ларшис позвал служанку со стороны, но я прослежу, чтобы вы основательно убрались в квартире.

Сжимаю пальцы на ручке ведра. А разве эта блондинка не замужем? Или Ларшис наврал мне тогда?

10

Миссис Марш страшно раздражает меня. Тем не менее приходится убираться под ее надзором. Эта нахалка — относительно скромная в академии — в квартире Ларшиса показывает свое настоящее лицо.

Хотя о чем это я — свое настоящее лицо она показала в ректорском кабинете, когда бесстыже распласталась на столе.

Я прохожусь намотанной на швабру тряпкой по дубовым полам в гостиной и библиотеке, а миссис Марш полирует ногти пилкой. Слоняется за мной и велит протереть то под окном, то под шкафом, то не лезть под кресла — их “нельзя двигать”.

Сдерживаю рычание, а моя драконица хочет что-нибудь прокусить наглой любовнице мужа.

А та гонит меня в спальню.

Огромная постель разобрана, везде валяются вещи миссис Марш. Она небрежно собирает прозрачные чулки и кружевные панталончики, после чего кидает в кресло. Ногой отпихивает блестящее вечернее платье.

А мое бедное сердце сжимается от разочарования. Бесы, Нэлл, а на что ты рассчитывала, а? Твой муж все тот же козел в любой реальности. А ты маленькая дура, если за пару свиданий все-таки впечатлилась.

— В спальне потом уберетесь, — заявляет миссис Марш надменно. — А пока просто заберите объедки со стола. — Она указывает на низкий столик, уставленный тарелками.

Я собираю весь обнаруженный в квартире мусор в большой черный мешок, тащить его к перерабатывающим магическим бакам тоже мне.

— Интересных уборщиц Деймон присылает, — усмехается миссис Марш, провожая меня. — Пожалуй, ключи от квартиры я вам не дам.

Она поправляет халат и смотрит слегка брезгливо, но в глазах читается ревность.

Отвечаю мрачным взглядом и прощаюсь. Подозреваю, что ключи получу лично от Ларшиса, но это не имеет значения. Я окончательно убедилась, что должна сделать все, чтобы предотвратить появление метки.

Ларшис говорил, что его секретарша замужем за влиятельным человеком, но почему тогда эта Марш так открыто встречает уборщицу?

Она и правда имеет мужа, или Ларшис после первого же столкновения увидел во мне копию своей пропавшей жены, а историю с репутацией Марш придумал?

Надо бы покопаться в биографии секретарши.

Оставшееся время полностью в моем распоряжении и я захожу поесть. Заказываю в небольшом кафе холодный компот из экзотических фруктов и творожный пирог.

Не верится, что когда-то посчитала бы такой завтрак простым и невкусным, теперь, в новой нищей жизни, я наслаждаюсь каждым кусочком.

Посидев немного в прохладе, со вздохом выхожу на палящее солнце. Город горит под его лучами, а небо растеклось над нами как расплавленная лазурь.

В ближайшей лавке я покупаю широкополую белую шляпу, а потом направляюсь в лабораторию.

Необходимость во второй смене отпала, но эта работа мне нужна и по другой причине. В мусорных ящиках я нахожу редкие и ценные детали, которые использую потом для своих артефактов.

В лаборатории, как всегда, шумно. Работники перебегают из кабинета в кабинет, кто-то слоняется с чашкой кофе, кто-то усердно корпит над очередным изобретением, постоянно что-то взрывается.

Из кабинета номер три валит желто-зеленый дым и я закрываю рот ладонью, пробегая мимо. Спешу я в главную экспериментальную лабораторию. Там закончили собирать Резонатор пространственной ткани и от него должны были остаться редкие дорогие детали.

Я предвкушаю пополнение коллекции и обдумываю статью.

Ошибки в ней должны быть незаметны, иначе не пропустят. И еще придется уговаривать мужа, чтобы помог напечатать этот шедевр моей научной мысли. А его обмануть будет очень трудно.

Ненавижу Ларшиса. Ненавижу. И сердце рядом с ним бьется чаще вовсе не от влюбленности. Оно колотится от ненависти.

Мой фиктивный муж приложил руку к восстанию в Эстори, это очевидно. Его татуировка, его интерес с залежам нуумита — все указывает на вину.

Толкаю дверь лаборатории, у меня есть пропуск, так что я спокойна. Ящики с ненужными запчастями и деталями сложены в углу. Я с энтузиазмом принимаюсь проверять их и натыкаюсь на необыкновенную находку. Выуживаю из самого большого ящика баночку. Это эфирная краска с руническими пигментами, ею наносят знаки на портальные арки.

Боги, именно такой краской были начертаны знаки на столбиках врат, которые перенесли меня в прошлое.

Это же находка века!

Я забираю несколько кристаллов, алмазный резец и кусочек стекла.

Не сразу понимаю, что хлопнула дверь, так увлечена процессом. Прокручиваю в голове, как смогу использовать все это добро, когда слышу покашливание.

Оборачиваюсь, а в дверях стоит Норд Стефан.

Мерзавец лыбится, при этом обрадованно так, словно кот, поймавший мышку.

— А ты что за зверушка, а? — спрашивает он. — И почему воруешь в лаборатории?

Он цепким взглядом оглядывает банку с краской. Протянув руку, велит надменно:

— Дай сюда.

— Я имею право брать все, что выкидывается. Директор дал официальное разрешение, — отвечаю.

Но Норд делает выводы по моей бедной одежде — раз выгляжу как нищенка, значит, воровка.

— А я плевать хотел. Меня послал мой куратор за банкой с краской, так что отдай по хорошему… зверюшка.

— Не отдам, — прячу находки в сумку, но понимаю, что за лабораторией слежу не только я. Есть другие заинтересованные, которые подбирают ценные отходы.

Другой вопрос, зачем им незарегистрированные отходы? Если только для незаконных разработок.

Норд закатывает глаза.

— Одно слово моего отца и тебя посадят. Зверюшка, поверь, в камере тебе не понравится.

Он медленно приближается, нагло оглядывая меня с ног до головы.

Но в этом цикле ситуация другая. Я могу совершенно официально проявить драконицу, не боясь, что меня узнают и сдадут дяде.

Поэтому я позволяю глазам загореться золотом, которое под действием маскирующего артефакта приобретают фиолетовый цвет.

Норд ошарашенно открывает рот, а я встаю в боевую стойку. Женщин королевской семьи Эстори учили не только вышивать, но и биться.

— Ты сама не знаешь, куда впуталась, — зло произносит Норд и начинает трусливо пятиться.

— Но ты промолчишь о том, что я взяла краску, — говорю сощурившись.

— Почему это? — Норд усмехается.

— Потому что тогда придется объяснять, что ты проиграл невысокой и хилой девчонке.

Норд не сразу понимает, о чем я толкую, но поняв вскипает.

Боги, если я раздраконила его, он кинется. И мне придется отстаивать свою баночку с рунической краской в бою. Но я верю, что Норд не бросится на меня, отступит.

Я помню одну сплетню, которая ходила при эсторском дворе о роде Стефан. Если это правда…