Нина Новак – Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки (страница 62)

Тем не менее он дал ей время все обдумать. Ей нелегко решиться лечь к нему в постель. К тому же она занимается какой-то типографией и взяла ссуду в банке.

Зачем, женщина, тебе это надо?

Эдриан подходит к зеркалу и педантично застегивает пуговицы. Лицо спокойно, несмотря на бурю, ломающую его. Мышцы словно окаменели, но это пустяки.

Главное, чтобы Вера не испугалась его животной страсти. А он ради нее пойдет на все.

65.

Я знаю, что Эдриан ждет и вечером пришлет за мной машину. Страшно волнуюсь, поскольку во время полетов ощущала его рядом. Как будто мы бороздили небо вдвоем и это было... опьяняюще. Никогда бы не подумала, что придет время и я почувствую Эдриана настолько близко, будто мы — одно неотделимое друг от друга целое.

В эти моменты мне, наконец, раскрылась суть истинности и я представила, как прекрасно все будет, когда он обратится.

Даже гнев на Рейси отошел на второй план, так как я поняла, что не поддамся Зову. Я не смогу обратить оружие против самого дорогого для меня дракона.

Но помимо эйфории я ощущаю и боль мужа, его страдания по зверю, по полету.

Дракон владыки рвется в небо, терзая своего человека, и я могу лишь представить, каково ему сейчас.

Эдриану нужна моя помощь, всего один толчок, одна капля крови оборотной драконицы и мир навсегда изменится. Сильные хищники вернутся и никто не знает, что произойдет дальше.

Держит меня лишь вера. Я искренне верую, что Эдриан справится с новой реальностью и не допустит войны, сохранит мир между людьми и драконами.

Знаю, он любит всех своих поданных и хранит людей так же, как и драконов.

Я отправляю весточку в свою газету, предупреждаю главреда, что грядут перемены: "Драконы вернутся. Я гарантирую это, поскольку владею информацией. Думаю, что ваш долг донести это до людей".

Предполагаю, что и гос. структуры императора предупреждены — жителей Дургара защитят, когда начнется жара.

Во дворец меня привозят на автомобиле, естественно, с охраной. Проводят прямо в покои Эдриана-Шейна.

Он сидит в кресле, но стоит мне переступить порог небольшой гостиной, — дальше в арочном проеме виднеется огромная кровать — поднимается на ноги.

Сердце вздрагивает, когда я ловлю полный боли взгляд. Молча скидываю на пол шубу. Я готовилась к свиданию и на мне бледно-розовое платье на тонких бретельках.

Его глаза загораются. В два шага муж оказывается рядом и я утыкаюсь носом ему в грудь, вдыхаю запах и шепчу:

— Я хочу вернуть тебе клятву. Как это сделать?

— Просто откажись от нее. Искренних слов достаточно.

— Я возвращаю тебе клятву, Эдриан. Мы не разведемся. Никогда.

Поднимаю голову, вглядываясь в его скульптурное лицо. Чего греха таить, тот вечер, когда я увидела его в купальне, прочно впечатался в память. Я не забыла идеальное мускулистое тело, широкие плечи, все эти косые мышцы живота и мощные ноги.

— Сними рубашку, — прошу взволнованно и раздражающий кусок ткани летит на пол.

Провожу ноготками по смуглой коже и завороженно слежу за волной чешуи, возникшей в ответ на мои прикосновения.

— Значит, обратилась раньше меня? — шутливо спрашивает Эдриан и перехватывает инициативу.

Не успеваю опомниться, как тонкое платье сорвано, а меня подхватывают на руки, уносят и кидают на постель.

— Я все улажу, решу все проблемы, Мари-Вера, — его слова для моего исстрадавшегося сердца как бальзам.

Горячие губы мужа прижимаются к моей груди и я вспыхиваю костром. Эдриан доминантен, но я полностью доверяю мужу и отдаюсь во власть его опытных рук и жадных губ.

Он знает толк в ласках и я проваливаюсь в страсть, какой никогда не знала.

— Тише, милая, тише, — он целует меня, содрогающуюся, в висок.

Эдриан помнит о невинности жены, а я совсем забыла об этом и тихо постанываю под ним, прохожусь по широкой спине ногтями.

Потерявшись во времени и пространстве ни о чем не помню, просто хочу, чтобы он, наконец, заполнил мою пустоту.

Эдриан бережен и аккуратен. Он прижимается губами к моим и двигает бедрами. Секунда боли, но она тут же сменяется эйфорией и я хватаю его за короткие волосы на затылке.

Судорожно глотаю воздух, постанывая в такт его движениям. Улетаю куда-то в космос, но успеваю подумать, что должна дать ему каплю своей крови.

Я лежу на груди у мужа, нежусь, а он гладит мои волосы, зарываясь в них пальцами. Подняв глаза, всматриваюсь в его четкий профиль.

Взгляд Эдриана устремлен в потолок и я улавливаю отголоски его мыслей. Он планирует дальнейшие действия, но у меня, конечно же, нет и половины той информации, которой владеет император.

Кладу ладонь ему на сердце и с трепетом осознаю, что грядет приход настоящего владыки драконов — сильного, мощного и мудрого.

Эдриан больше не мажор, не избалованный наследный принц, тяжесть ответственности изменила его, а ощущение неба и крыльев, которое он познал благодаря мне, навсегда поменяло его душу.

Случайно колю палец о край чешуи, постепенно выступающей на его коже, и поднимаю ладонь.

— Кажется, что умру, если не взлечу, — Эдриан поворачивает ко мне голову.

Его глаза уже драконьи — узкие зрачки пронзают радужку и у меня перехватывает дыхание. Я понимаю его как никто, потому что тоже больше не смогу без неба.

Я приподнимаюсь, а он обхватывает сильной ладонью мою кисть и забирает в рот сразу несколько моих пальцев, касаясь языком ранки.

— Ты больше не Вера. И не Мари, — произносит он спустя пару секунд. — Ты жена владыки. Императрица Дургара.

Голос мужа звучит грозно и властно и он тяжело смотрит мне в глаза. Энергия — безграничная и давящая — захлестывает меня и драконица внутри трепещет от его низкого тембра.

Я киваю, понимая, что время игр закончилось. Мне выпала судьба встать подле самого могущественного дракона в Дургаре и я должна соответствовать новой роли, которою не просила. Но все сложилось именно так как сложилось.

Эдриан поднимается и протягивает мне руку.

Хватаюсь за нее и он тянет меня, помогая встать.

Мы — пара. Пара драконов, которых ждет новая жизнь.

— Мы разделим ее на двоих, Вера-Мари, — тихо произносит он и накидывает мне на плечи свою рубашку. Сам дракон просто натягивает брюки, не озаботившись верхом, но ящеры контролируют температуру тела и не мерзнут, если не хотят.

Изменения уже начинаются, но Эдриан силой воли сдерживает оборот. С затаенной гордостью наблюдаю, как бугрятся его мышцы, а чешуя волнами пробегает по плечам, по ребрам, по рельефному животу.

— Пойдем. Новый сенешаль убьется, если мы разрушим дворец, — усмехается Эдриан и от его шутки на душе становится необыкновенно легко.

Он ведет меня наверх, по лестницам и переходам, пока не выводит на крышу дворца.

Я ощущаю, до чего трудно Эдриану держаться, но он не простой дракон — спонтанный оборот не для него. Природой предопределено, что драконьи владыки иные. Мощный мозг императора позволяет ему жестко контролировать процессы собственного организма.

— Будет большой выброс силы, — объясняет он, но голос уже изменился — стал ниже, глуше и в нем проскальзывает звериный хрип. — Мои генералы, Деймон, Турбиш, все предупреждены. Все на постах и ждут появления Рейси.

Я хмыкаю.

— Представления не имею, сможет ли нормально обратиться отец. Об Александре молчу. Реально опасен лишь Натан…

Произношу последние слова и прикусываю язык. В сердце что-то отзывается на брата. Мне не хочется вредить ему, хотя истинный, безусловно, важнее.

Эдриан устремляет на меня внимательный взгляд.

— Я постараюсь пощадить его. Главное, чтобы сам не нарывался.

Эдриан берет меня за руку и смотрит в звездное небо.

— Рейси живут в иллюзии собственной исключительности, не понимая, что давно выродились. Их время прошло.

— У них союзники, — вспоминаю я.

— Больше, чем мы думали, но не самые сильные кланы.

А затем над крышей разносится страшный звериный рык. Тело императора трансформируется за секунду, из пальцев выскакивают когти, а за спиной распахиваются огромные кожистые крылья.