Нина Новак – Беглая жена, или В драконьем замке требуется хозяйка (страница 22)

— А что вы ищете?

— Сама не знаю, — вздыхаю и развожу руками. — Может быть, свои старые вещи.

Присаживаюсь на кушетку и заговорщическим голосом произношу:

— Я потеряла память. Ничего не помню.

Девочка хлопает глазами, а потом подхватывается:

— Так в соседней комнате сундуки с нарядами. Там даже шляпки есть! И туфельки!

Малышка машет рукой, призывая меня следовать за ней. С трудом распахивает двустворчатые двери и мы входим в гардеробную, смежную со спальней.

— Это… это мои платья, — усмехаюсь я, разглядывая висящие на деревянных манекенах платья.

Со всех сторон нас окружают зеркала и сундуки. В глубине, на шпалерах, виднеется след от стоявшего тут некогда платяного шкафа. Зачем его унесли?

А затем я бнаруживаю, что остальная одежда грубо распихнута по сундукам и перевязана в узлы.

Рассматриваю вещи, когда-то принадлежавшие Лилии. Платья вышли из моды и довольно большого размера. С бальных нарядов срезаны украшения, от них даже остались следы.

Усмехаюсь, представив, как мисс Сайш орудовала ножницами, воруя кружева и ценные камешки с платьев Лилии.

Мне нравится щупать ткани, они мягкие и хорошего качества. Выбираю пару платьев классического типа. Ох, с иголкой я не дружу, но постараюсь немного ушить их сегодня ночью.

Выкапываю из сундуков обувь. На новую у меня нет денег, так что и эта сгодится.

— А ты почему не спишь? — спрашиваю девчонку, которая тоже заглядывает в сундуки и трогает наряды.

Она с благоговением достает большую пушистую шаль с яркими цветами и прикладывает к себе.

— Нравится? Возьми себе, — предлагаю я.

— А мисс Сайш не будет ругаться? — испуганно спрашивает девочка и я сжимаю пальцы на платье, которое как раз держу в руках.

До чего же бесит нахальная экономка.

— Это моя шаль. Как тебя зовут?

— Элли, — девочка делает торопливый книксен.

Мне очень хочется ее расспросить, но уже поздно. Дети в это время должны спать.

— Твои сестры, наверное, ищут тебя. Пошли, Элли, — и я подаю ей руку.

В вестибюле мы действительно натыкаемся на старших сестер, которые хмуро смотрят на меня. Они не так дружелюбны, как Элли, и я с тревогой думаю, не провинилась ли Лилия и перед ними.

А мне ее ошибки исправлять.

Элли прижимает к груди шаль, а я мягко произношу:

— Приходите завтра с утра на кухню. Я попрошу мисс Прам накормить вас сытным завтраком. Мне кажется, вы не доедаете.

— А с чего ты стала такой доброй? — вскидывает подбородок старшая.

— Мила! — малышка бежит к сестре. — Она ничего не помнит.

Слова младшей девочки звучат как оправдание нерадивой сестрице и я горько улыбаюсь.

— Если я в чем-то виновата перед вами, то готова искупить свою вину.

Средняя девочка с косой недоверчиво хмыкает.

— Мы не придем на кухню. Еще не хватало получить палкой от жабы мисс Сайш или от Саманты.

Схватив Элли, она тянет девочку прочь, а та оборачивается и машет мне ручкой.

Нет, завтра я покажу мерзавкам. Детей обижают? Серьезно?

Всю ночь перешиваю вещи Лилии. Это вышедшее из моды старье хорошо смотрится и на первое время сгодится, пока будут готовы мои новые платья. Одно — вечернее — сошьют из бирюзового атласа, который швея очистила артефактом. А для второго я в том же ателье купила отрез тонкой шерсти.

Дороговато вышло, но что поделать. И Эрик согласится носить костюм, который подарю ему я.

Закончив работу, прохожу в купальню, а потом валюсь в постель без сил.

У меня созрел план, как поставить мисс Сайш на место на этом этапе. И еще меня мучает мысль, кто отец ее дочери. Кто-то настолько важный, что Роберт не может выставить ее без доказательств ее вины?

28

С утра веду Эрика завтракать, но у лестницы встречаю Элли. Девочка жмется к стенке и смущенно смотрит на меня.

— Привет, — улыбается Эрик.

— Почему ты одна? — спрашиваю я приветливо.

— Захотелось принять ваше предложение, мисс, — вздыхает Элли, видимо, имея в виду мое вчерашнее приглашение.

— Конечно, пошли с нами, — машу я рукой.

В ближайших планах начать обустройство северного крыла и тогда остальным сестрам тоже придется показаться. Страшно представить, в каких условиях они ютятся.

Я беру Элли за ручку, а самостоятельный и независимый Эрик бежит впереди. Кстати, что-то я не видела его лошадку — подарок отца.

— Эрик, а где твоя новая игрушка? — интересуюсь сощурившись.

Сын ерошит волосы и отводит глаза.

— Я продал ее охраннику. Он мне золотой дал.

Золотой? В Дургаре были в ходу бумажные купюры и серебряная мелочь, но о золотых монетах я не слыхала.

— Если разменять получится пятьдесят горрий, — Эрик вздыхает. — Это тебе на воск, мам.

Вот же юный предприниматель.

— А если отец обидится? — спрашиваю я.

— Ему все равно, — Эрик философски пожимает плечами. — Почему он не жил с нами? Не защищал?

Элли слушает наш разговор, но вряд ли много понимает, а у меня на сердце тяжелый камень. Нужно будет переговорить с Эриком об отце, пока это не сделал сам лорд Роберт.

Как же все трудно.

Мы заходим на кухню и нас тут же окутывает ароматами еды. Дети морщат носы и я весело подражаю им, так улавливать запахи словно «вкуснее».

Эрик смеется и тыкает Элли в бок.

— Моя мама лучшая на свете, — сообщает ей.

Сажаю ребятишек за стол, а мисс Прам тут же кладет им на глиняные тарелки яичницу с ветчиной. Я занимаюсь чайником и разливаю по чашкам чай.

Иногда поглядываю на паутину и поджимаю губы. Но ничего — я еще заставлю Сайш посторониться.

Но стоит мне присесть за стол, как в дверях появляется эта мерзавка в сопровождении своей верной помощницы Саманты.

— Что тут творится? Кто пустил к столу девчонку? — визгливо заявляет экономка.

Я отставляю чашку с чаем и встаю на ноги. Эрик хмурится, но я стараюсь его успокоить и охранным жестом кладу руку ему на плечо. Сын слишком серьезен для своего возраста и умен не по годам.