Нина Малкина – Ментор черного паука (страница 24)

– Нам понадобится разрешение магистра, чтобы выйти в Кроуниц. – Фиди размешивала овсяную кашу. – Я видела, как магистр Риин заходил в малый зал столовой, где завтракают преподаватели. Если поторопимся, можем подкараулить его у выхода.

– Такое ощущение, что мы в тюрьме, – возмутилась Сирена. – Когда-нибудь настанет в моей жизни период, когда я сама смогу решать, что буду делать?!

– Не думаю, что в Зандагате так хорошо кормят. – Я потянулась за ещё тёплой булочкой. – И вряд ли вообще выпускают, даже с разрешения магистров.

Упоминание о самой страшной тюрьме Квертинда вернуло меня к воспоминаниям о матери. Может, удастся выяснить что-нибудь о ней в академии?

– У вас не занято?

Высокая девушка села за наш столик. Её волосы, ресницы, брови были абсолютно белыми, как одна выделяющаяся прядь моих волос. От этого она выглядела как-то трагично, к тому же, совсем не улыбалась.

– Меня зовут Ванда Ностра, – представилась студентка. – Я первокурсница.

Мы по очереди представились, чувствуя неловкость в её присутствии. Сирена улыбалась во весь рот и пыталась шутить в своей манере, но Ванда Ностра поглощала еду, не реагируя на попытки завязать разговор.

– Она странная, – шепнула мне Фиди. – Приехала уже давно. Всё время ходит одна и говорит невпопад.

– Ваш ментор ещё не забрал вас отсюда? – неожиданно подала голос Ванда.

Я уже приготовилась к гневной тираде Сирены о свободе молодых аристократок от гнёта их менторов, но глаза Ванды под белыми ресницами смотрели прямо на меня. Я замешкалась.

– Это у меня есть ментор, – вмешалась Сирена. – И, надеюсь, она не заберёт меня отсюда.

– Мне очень жаль вас, – странная девушка повернулась к Сирене. – А вы не подскажете, сколько времени?

Это было необычно, потому что Сирена Эстель вызывала, скорее, зависть, чем жалость. А уж жалеть о том, что ментор не заберет её из академии, было совсем неуместно.

– У меня нет часов, – растерянно ответила Сирена. – Часы есть у Юны.

– Половина одиннадцатого утра, – я взглянула на стрелки.

– Нет, я имела в виду до совета консульства. – Она продолжала смотреть на Сирену.

Мы переглянулись. Видимо, Ванда приняла леди Эстель за работницу консульства, которую я видела в Нуотолинисе. Вряд ли Сирена будет стоять у входа и сообщать визитерам время, оставшееся до совета. Это работа не для неё. Если, конечно, она вообще собиралась когда-нибудь работать.

– Больная какая-то, – одними губами поделилась со мной сочувствием и одновременно возмущением Сирена.

Неловкость прервала Фиди.

– Магистр Риин! – вскочила она. – Он идёт!

Пожилой мужчина приближался к выходу из столовой, где мы его и догнали. Он выглядел, как самый магический маг из всех, которых я могла себе только представить. Его лысая голова была вся исписана по кругу мелкими письменами на неизвестном языке, серая длинная мантия волочилась по полу, в руках он держал толстую книгу. На шее магистра висел инкрустированный тиаль с большим прозрачным, как слеза, камнем на пробке и тремя переплетёнными кольцами внутри.

– А-а-а, Фидерика Уорт! – приветственно закивал магистр. – Я наслышан, что вы всё-таки предпочли кольца Мэндэля склонности магистра Банфик. Добро пожаловать на мой факультет!

– Благодарю вас, магистр, – раскраснелась Фиди. – Но я ещё не заполнила тиаль. Вы не могли бы разрешить нам сегодня съездить в «Чары и чарки»?

Магистр Риин оглядел нас с Сиреной.

– Я не знаю этих студенток. Вы первокурсницы?

Мы закивали и представились.

– Первый день в академии – и сразу в Кроуниц? – строго спросил магистр. – У нас тут не Лангсорд, достопримечательностей не имеется, а шахтёры – не самые приветливые граждане. Не думаю, что могу вас отпустить. К тому же, Поллу занят и не сможет вас сопровождать.

– Но мне нужен тиаль, – взмолилась Фидерика. – Завтра уже праздник, а я до сих пор не приняла стихию. Одной мне никак не справиться.

– Никогда не понимал стремление женщин кучковаться. – Магистр Риин устало вздохнул. – Только если с вами пойдёт ментор или кто-то из старшекурсников.

Под ментором он, конечно, подразумевал Дамну лин де Торн, поскольку лилию на шее Сирены не заметить было невозможно.

– Спасибо, магистр, – обрадовалась Фиди. – Мы вернёмся очень быстро.

– Придётся искать госпожу Торн, – решила я, когда магистр Риин скрылся. – Иначе нам отсюда не выбраться.

– Ни в коем случае, – возразила Сирена. – Только не говори, что она не достала тебя по дороге сюда.

Спорить я с ней не могла. Дамна лин де Торн действительно отличалась способностью заполнять собой всё пространство.

– А я так живу уже почти девять лет, – практически прочитала мои мысли Сирена.

– Не думаю, что под старшекурсницей магистр Риин имел в виду меня, – заметила Фиди. – И я ни с кем особо не подружилась за прошлый год.

Она потупилась. Мне стало жаль Фидерику, ведь я не понаслышке знала, что такое одиночество.

– Ты знакома с кем-нибудь со старших курсов, кто согласился бы нас сопровождать? – продолжила Фиди, обращаясь к серебристой лилии.

– Я? Нет. А вот Юна знакома.

Я вопросительно уставилась на Сирену, но она уже уверенно направилась обратно в столовую к одному из столиков. Ну, конечно. Меня осенило. Лоним! Мы с Фиди поспешили за подругой.

– Юна хочет тебя кое о чём попросить! – Сирена хлопнула Лонима по плечу. Тот от неожиданности поперхнулся овсяной кашей и чуть не выплюнул её обратно в тарелку.

– Юна? – Лоним перевёл возмущённый взгляд с Сирены на меня. – Доброе утро.

– Доброе-предоброе, – подтвердила леди Эстель.

Я хорошо знала Лонима, и в его взгляде сейчас читалось не «О чём ты меня хочешь попросить?», а, скорее, «Почему эта нахальная маленькая леди меня трогает?» Ещё я заметила, что у Лонима тоже есть тиаль, в котором полыхает оранжевым пламенем меч.

– Привет, Лоним, – я виновато улыбнулась. – Магистр Риин отпускает нас в Кроуниц, только если с нами поедет кто-то из старшекурсников. Думаю, ты вполне мог бы подойти. Если согласишься. Поедем, пожалуйста!

– Зачем вам в Кроуниц? Первому курсу там ничего не нужно, – подал голос Виттор Оуренский. – Хотя я забыл, вы же побирушки, милостыню просить будете. Рваные платья не забыли?

Один из двух незнакомых парней противно захихикал. Несмотря на внушительные размеры, смех у него был тонкий, как у девушки. Второй выглядел точной копией Виттора, только тёмной его вариацией. Длинные чёрные волосы, тёмные глаза, цепкий взгляд. И тиаль его отличался: в зеленоватой дымке за стеклянными стенками рассекала пространство летящая стрела, прикрытая крышкой с мелкой россыпью изумрудов. Его владелец внимательно меня изучал.

– Мы хотим осмотреть окрестности. А ты, небось, до сих пор в туалет в сопровождении своего ментора ходишь? – съязвила Сирена.

Только сейчас я заметила, что у Виттора тоже есть знак соединения. На его шее расправила крылья птица, которая была едва светлее кожи, поэтому не сразу бросалась в глаза.

– Посмотрите-ка, голодная оборванка умеет кусаться! – парировал Виттор.

– В Кроуниц нужно мне, – боязливо подала голос Фиди. – В лавку «Чары и чарки». Я, вообще-то, второкурсница.

Сидящая за столом компания, включая Лонима, посмотрела на неё так, как будто они её впервые увидели. Фидерика раскраснелась.

– А-а-а, – вспомнил Виттор, – ты та барышня, которая бантики на платья клепает? Вот так магическая склонность! Я даже не удивлён, что вы с этими побирушками нашли друг друга.

Тоненькое хихиканье здоровяка перешло в громкий смех, и на его зелёный жилет изо рта посыпались крошки.

– Я буду учиться на факультете ментальной магии! – Фиди почти уже плакала.

– Выбрала себе нормальную склонность? – не унимался Оуренский. – Понимаю. На тканях для платьев можно разориться, учитывая твои габариты.

Его друг продолжал смеяться, даже молчаливый брюнет улыбнулся краем губ. Фиди всхлипнула.

– Перестань, – предупредила я.

– Не то что? Выпустишь в меня стрелу для белки? Сомневаюсь, что она пробьёт мой жилет, – ответил Виттор.

Я пожалела, что у меня нет с собой лука. Стрелу для белки можно было бы выпустить, например, в глаз. Или в щёку. Мне очень хотелось напасть на этого хама, но я понимала, что в академии этого делать нельзя. А вот Сирена Эстель ни капли не сомневалась: подбежала к патлатому блондину и со звонким, хлёстким звуком врезала ладонью ему по лицу. Тот вскочил, опрокинув стул, и между пальцев у него заиграли знакомые искры. Следом за ним, сдвинув брови, поднялся хохотун. Все взгляды устремились на нас. Лоним обречённо встал между Виттором и Сиреной. Та охотно спряталась за его спину, но продолжала с вызовом смотреть на Оуренского.

– Что здесь происходит?

К нам подошёл молодой мужчина. По его тиалю я поняла, что он маг стихии огня. Только вот мантии на нём не было, он был одет, как воин: плотная куртка с несколькими карманами, перехваченная ремнями, тёмные штаны и высокие сапоги.

– Знакомство, – равнодушно ответил Виттор. – Доброе утро, магистр Фаренсис.

– Студент Оуренский, вы что, собирались напасть на девушек? К тому же первокурсниц? – спросил магистр Фаренсис, кивком указывая на всё ещё искрящиеся пальцы Виттора.