Нина Линдт – Последний рыцарь короля (страница 6)

– Да как успокоиться?! – я плакала навзрыд. – У меня там, в Москве, мама с ума сходит, ведь уже за полночь, а меня еще нет! Я никогда так надолго не уходила!

– Не переживает ваша мама. Это временная петля, вернетесь в то же время, в какое вышли, – сказал барон, приглашая нас в зал. Он зажег везде свечи, камин разгорелся, зал приобрел более гостеприимный вид, да в плаще было тепло.

– Но на моем телефоне… – начала я, но он перебил меня:

– Ваш телефон находится сейчас с вами. И отсчитывает уже время этого века. Поверьте мне, ваша мама нисколько не волнуется, ваш друг Артур сейчас спит на диване в доме барона Фридриха фон Гаутштазе, и вы обязательно окажетесь рядом с ним после того, как поможете мне.

– Но кто вы такой? – спросила Катя, со страхом глядя на освещенное огнем бледное лицо барона. Улыбка искривила его лицо, он сел возле камина и, указав жестом на портрет, спросил меня:

– Помните, Ольга, в музее я сказал вам, что вы очень похожи на одну красивую и добродетельную даму? Вот эта дама. Донна Анна Висконти, моя племянница.

Она выросла в семье Оберто д'Эсте, своего кузена, поскольку ни я, ни кто-либо другой из нашей семьи не смогли взять на себя ее воспитание. Анна была красивой и впечатлительной девушкой, росшей в любви и заботе. Ей дали прекрасное, по современным понятиям, образование, и этот цветок Средневековья расцвел на благодатной почве юга Франции. После Анна д'Эсте вступила в права владения наследством, оставленного ей и ее сестре нашим братом и ее отцом. На правах старшей сестры она распоряжалась и состоянием Клементины. Не было на всем белом свете двух более прекрасных девушек, чем Клементина и Анна. Их красота и благосостояние привлекали многих, но из всех Анна выбрала Николо Висконти из аристократической итальянской семьи, который увез ее в Неаполь. Это их дом, – прервался барон и продолжил: – Клементина последовала за любимой сестрой, и они стали жить здесь, надеясь, что Клементина найдет себе подходящего жениха в Неаполе, и они больше не расстанутся. Если бы эти бедные девочки знали, что ожидает их в будущем! Спустя некоторое время после их приезда в Неаполь дон Висконти вместе с женой и ее сестрой отправляется в поездку в имение своего друга. Имение располагалось в горах, среди прекраснейших пейзажей – леса, горы, ручьи и долины. Они провели там целый месяц, отдыхая и развлекаясь, потом Николо отправился домой один, якобы по срочным делам, а донна Анна с сестрой уехала из поместья на три дня позже. Они планировали вернуться в Неаполь к первому августа, но ни донне Анне, ни ее сестре не суждено было завершить эту поездку.

– Почему? – спросил Вадик.

– Потому что они пропали без вести, как принято говорить в ваше время, – ответил барон. – Никто не знает, что случилось: напали ли на них разбойники или же они погибли по другой причине… только я в это не верю. Есть у меня все основания для того, чтобы предположить, что моих племянниц убил Николо Висконти. Я не стану говорить вам, как я попал в ваше время и как нашел вас, Ольга, только ради этого я отдал очень много сил… Я должен вывести убийцу на чистую воду!

– Почему вы думаете, что этот Висконти убил свою жену? – спросила Катя, пропустив мимо ушей момент путешествия барона во времени. В это мало верилось, это невозможно было представить, это совершенно не укладывалось в голове. Но что-то мне подсказывало, что я вляпалась в нехорошую историю.

– Николо становится наследником донны Анны и ее сестры. А это огромное состояние. Слишком велик соблазн. Возможно, его раздражало то, как донна Анна распоряжалась своим имуществом. Это была женщина редкостной щедрости и милосердия. Она помогала бедным, вносила лепту в строительство соборов, а Николо наверняка имел виды на ее богатство.

– Но разве имущество жены не становится имуществом мужа по понятиям того времени?

Барон повернулся ко мне и поправил:

– Этого времени. Да, это так, но вы забываете, что донна Анна воспитывалась на юге Франции, а там свои понятия и законы. Женщина там равна мужчине, вместе с ним участвует в общественной жизни. Самая знаменитая женщина юга последних десятилетий – это Альенора Аквитанская. Она прославилась не только как покровительница поэзии, но и как женщина, внесшая большой вклад в развитие городов. Она вышла замуж за парижского короля Людовика VII. Северный двор был шокирован ее свободным поведением и независимым характером. Но Альенора не останавливалась на достигнутом. Спустя пятнадцать лет она – случай совершенно неслыханный для того времени! – сама добилась развода с королем, поскольку ее раздражал его деспотизм в браке, вышла за Генриха II Английского, с которым тоже не ужилась. Пылкая южанка возглавила восстание сыновей против отца, заручившись поддержкой бывшего супруга. Но Генрих подавил мятеж, заключил жену под домашний арест, и она обрела свободу лишь с восшествием на трон ее любимого сына Ричарда Львиное Сердце. Донна Анна восхищалась сильным характером Альеноры и решила, что где бы ни суждено ей было жить, как бы ни любила она своего супруга – у нее будет возможность самой распоряжаться своим состоянием. Висконти это устраивало, пока он был влюблен в жену, но, видно, со временем материальная сторона дела стала интересовать его куда больше.

– То есть вы думаете, что он убил донну Анну и ее сестру? – подвел итог Вадик.

– И что же? – спросила я.

– А то, что этот негодяй должен быть наказан. Именно поэтому я обращаюсь за помощью к вам, друзья.

««Помощь»? – с иронией подумала я. – И этот обманщик еще смеет маскировать под просьбу о помощи наглое похищение?»

– Если я правильно понимаю ход ваших мыслей, то сходство Ольги и донны Анны играет в этом деле не последнюю роль, – сказала Катя, подходя к портрету.

– Оно шокирует, не правда ли? – спросил барон. – Нигде не видел двух лиц, более похожих друг на друга.

– Оно не такое уж большое, – заметила я, чувствуя себя неуютно под изучающими взглядами Кати, барона и Вадика. – В Средние века люди рисовали не так хорошо, как позже, во времена Ренессанса, например. И потом, люди, знавшие донну Анну, легко отличат меня от нее.

– Но вы понимаете, зачем я вас привез сюда, Ольга. Вы правы, я собираюсь представить вас как донну Анну.

– Вы с ума сошли, барон! – я не верила своим ушам. – Вы думаете, что я соглашусь участвовать в подобном спектакле? Вы меня слишком плохо знаете!

– Боюсь, что у вас просто нет иного выхода, Ольга. Вы не сможете вернуться обратно без моей помощи, а я помогу вам только тогда, когда вы поможете мне.

– А мы? – спросила Катя, – Мы-то вам зачем нужны? Зачем вы впутали нас в это дело?

– Вы неотделимы от Ольги. Вы будете помогать ей, если она даст свое согласие.

– Но каким образом вы себе это представляете? – спросила я. – Как я смогу появиться перед людьми, которых не знаю, и утверждать, что я донна Анна? Я, между прочим, не говорю на итальянском, совсем не знаю обычаев этого времени, не знаю родственников донны Анны. Куда, по-вашему, делась сестра? Где пропадала до сих пор донна Анна? Это ваше желание обвинить Николо Висконти похвально, но что если он здесь ни при чем? Что если он поймет, что я не его жена? Да это же чушь! – я вдруг возмутилась на себя за то, что вообще допустила возможность подобного спектакля. – Я отказываюсь в этом участвовать!

– Я бы мог научить вас всему, что знала донна Анна. С моей помощью вы бы легко обвели вокруг пальца всех и вывели бы убийцу на чистую воду.

– А что будет со мной, если все узнают, что я не донна Анна? Да это же дикий век! Люди здесь жестоки и никогда не поверят в вашу сказку о путешествии во времени! Они нас убьют и глазом не моргнут! Я не Анна Висконти и никогда ею не стану. Верните нас домой! Сейчас же!

– Мне очень жаль, но я не могу этого сделать, – барон стал подниматься вверх по лестнице.

– Что значит, не можете? Барон! – но он уже скрылся в одной из комнат на втором этаже. Я в бессилии опустилась на стул.

– Похоже, что у нас нет выбора, Ольга, – сказал Вадик. – Он ясно дал понять: или ты становишься Анной, или мы никогда не вернемся обратно.

– Это какой-то кошмар! – сказала я, схватив руками голову. – Мне кажется, я вот-вот проснусь…

В свете догоравшего камина лицо донны Анны показалось зловещим, она словно смеялась надо мной.

– Мы же будем вместе, Ольга, – осторожно начала Катя. – Барон будет с нами, он выручит нас из любой ситуации, если поможем ему, он вернет нас домой, в Москву…

– Почему вы думаете, что все именно так, как он вам описал? Что если у этого человека есть иные причины для воскрешения донны Анны?

– Есть у него эти причины, нет у него этих причин – какая разница?! Если вы не поняли, то мы застряли в XIII веке! Надо выбираться отсюда, а не рассуждать о причинах! – Вадик поднял меня за руку. – Пойдем, у нас нет выбора, и чем раньше мы начнем помогать ему, тем скорее он вернет нас обратно.

Глава 2

Шел сентябрь 1247 года. Король Франции Людовик IX, получивший впоследствии прозвище Святой, готовился к седьмому крестовому походу.

Крестоносное движение, начавшееся в конце XI века, трудно было назвать успешным. Самый первый крестовый поход, который начался с пламенной речи Папы Урбана II, можно считать самым грандиозным из всех, что были предприняты. Разрозненные силы мусульман не могли сопротивляться напору крестоносцев. Захватывая крепости одну за другой, рыцари прошли Сирию и двинулись в Палестину, где летом 1099 года штурмом взяли Иерусалим. В захваченном городе крестоносцы устроили жесточайшую резню, улицы Святого города были завалены трупами жителей и залиты кровью, а защитники Гроба Господня рыскали по городу, растаскивая все, что можно было унести. Вскоре после взятия Иерусалима они создали на территории восточного побережья Средиземного моря четыре государства, но в XII веке под натиском начинавших сплачиваться мусульман крестоносцы стали терять свои владения одно за другим. Стремясь противостоять неверным, в 1147 году рыцари предприняли второй крестовый поход, который закончился неудачей. Последовавший за ним в 1189 году третий поход тоже закончился бесславно, несмотря на то, что его возглавили три великих короля-воина: германский император Фридрих Барбаросса, французский король Филипп Август и английский король Ричард Львиное Сердце. Барбаросса утонул в самом начале похода при переправе через горную речку, французские и английские рыцари постоянно враждовали между собой, и в итоге освободить Иерусалим так и не удалось.