Нина Линдт – Игры богов (страница 23)

— Кто такой? — прорычал король.

— Я состою на службе у инквизитора Сантьяго.

— И он прислал тебя вместо того, чтобы явиться и отчитаться за свой провал? Где он сейчас? Почему не здесь?

Басилун с интересом наблюдал эту сцену и делал выводы. Сантьяго побоялся, значит, явиться к королю. Что ж, надо быть идиотом, чтобы явиться. Пока король рвет и мечет, от него лучше держаться подальше.

— Он пытается найти причины столь долгого сопротивления. Но я пришел не от него. А сам по себе.

— Вот как? — хищно прищурился король Ватра.

Судя по тому, как прояснились лица стоявших вокруг, похоже, козел отпущения на сегодня был найден. Однако говорящий держался все спокойнее, а значит, привлек внимание короля не просто так.

— Меня зовут Марк, я пластик-полукровка. По заданию инквизиции я разыскивал одного агента полиции, сбежавшую со службы, но вскоре понял, что вокруг меня происходят куда более опасные для королевства вещи. И так как я не в состоянии понять их сам, я решил доложить об этом вам.

— Что за вещи?

— Оборотни наводнили леса вокруг Барселоны. Они передвигаются стаями, очень хорошо организованы. Боюсь, что в ближайшее время к проблеме ведунов добавится нападение на Барселону оборотней. А еще я слышал, что маги присоединяются к ведунам и хотят поднять восстание. Но это только слух, — поспешно добавил Марк. — А вот про оборотней факт.

— Мерзавцы, — прорычал король Игнис. Он сжал руки в кулаки, медленно разжал, широко расставив пальцы, затем потер магический браслет с драконами на запястье и закричал: — Люмееее! Вызываю тебя!

Басилун от неожиданности замер. В воздухе вдруг появилась дверь, открылась, и перед королем вышел из пустоты кровавый принц, статный, в черных доспехах, с черными волосами до плеч и глазами-омутами.

— Ты звал меня, отец? — скучающим голосом спросил он.

Басилун так и подался вперед. Жадно вглядываясь в лицо принца, дракон искал хотя бы намек на черты Рэя и не находил. От горечи даже усы перестали виться в воздухе. Похоже, Рэй окончательно утратил себя.

— Из-за твоего глупого и безответственного поступка теперь у нас проблемы! Ты дал бежать лорду оборотней…

— Я был слишком слаб, чтобы противостоять ему, — возразил лениво принц.

— Это твоя постоянная отговорка, Люме, но она больше не работает! Нам нужны силы, чтобы победить ведунов. А тут еще оборотни собираются вокруг города!

— Если бы ты дал мне возможность руководить войсками, как раньше… — равнодушно и ровно сказал принц.

— Не дам! Ты уже накомандовался так, что потом провалился сквозь землю, и пришлось тебя оттуда доставать… Нет. Ты сделаешь так, чтобы оборотни потерялись в лесах. Ты же умеешь создавать эти пространства? Так наделай их вокруг Барселоны, и пусть эти собаки провалятся сквозь землю! Марк подскажет тебе, где именно делать ловушки.

— Марк?

Принц Люме медленно повернулся на каблуках своих сапог и посмотрел на пластика. От Басилуна не скрылось узнавание, мелькнувшее в глазах принца. Но следующим делом он шагнул вперед и протянул руку в страшной перчатке с острыми когтями Марку.

— Рад познакомиться. Пластик, полагаю? Служили раньше королю?

— Да, Ваше Высочество, — радостно отчеканил пластик Марк, боязливо косясь на перчатку. — На службе инквизиции и полиции.

— Похвально, — лениво протянул принц Люме.

Басилун не мог понять, что его так насторожило в глазах принца, но он каждой чешуйкой чувствовал опасность, исходящую от Люме.

— Служите у инквизитора Сантьяго, полагаю, — тут лицо принца искривила злая усмешка.

— Да, но…

— Но мы с вами поговорим в другом месте.

Принц Люме вдруг схватил Марка за плечо, толкнул перед собой, одновременно делая шаг и исчезая вместе с пластиком в пустоту. Басилун еле успел шмыгнуть следом.

Место, в котором они оказались, было странным и неестественным. Здесь все подчинялось не законам божественного, кружевного или плоского мира, а чьему-то извращенному разуму. Басилуну было сильно не по себе от этого головокружительного пространства. Кругом были этажи с лестницами и обрывами, вертикальные и горизонтальные препятствия, двери, висящие в воздухе, переплетение странных панелей, похожих на лабиринт. В общем-то, это и был лабиринт, только совершенно безумный, идущий во всех направлениях, вверх и вниз, полный кривых зеркал, страшных черных провалов, каких-то деталей, похожих на часовые механизмы, пролетавших мимо с большой скоростью. Все это вызывало сильнейшее желание выбраться наружу, но как вернуться, Басилун не знал: пространство за ним захлопнулось и стало стеной.

Понимая, что без принца из этого кошмарного места не выбраться, дракон поспешил вслед за Люме, который в лабиринте явно ориентировался легко. Пространство словно подстраивалось под него, подставляя ступеньки в пустоты, когда принц делал шаг. Но когда он пошел вверх по вертикальной стене, утянув за собой болтающегося на его руке и вопящего метаморфа-полукровку, Басилун почувствовал липкий ужас и тошноту.

Принц Люме создал это пространство сам! Его сила магии каким-то образом исказилась, позволив появиться этому извращенному измерению. А значит… он может насоздавать такие измерения вокруг себя, исказить плоскостную связь кружевного и плоского миров, и тогда… кто знает, что может случиться. Но определенно ничего хорошего.

Дракон достиг небольшой площадки как раз когда принц швырнул метаморфа перед собой на пол.

— Ваше Высочество, за что?! Я ведь ничего плохого не сделал!

— Точно? — мрачно спросил принц. — А мне показалось, что сделал. Много пакостных, мерзких вещей. Я умею раскручивать теперь время назад, время конкретного человека. Давай посмотрим на твое?

Тут принц вытащил из кармана предмет, который Басилун не принял бы за часы ни за что на свете: он был больше похож на сплавленные вместе металлические детали: шестеренки, стрелки, заводные рычажки. Но когда принц подержал его на ладони, то детали стали расцепляться и соединяться между собой, потом появились пространственные круглые светящиеся сферы, которые слились в одну.

— Что же… посмотрим, что ты такого хорошего сделал… — ухмыльнулся принц Люме.

Марк только смотрел на него с отвисшей челюстью, от ужаса ничего не соображая. В сфере над часами он увидел самого себя.

Басилун осторожно выглянул из-за плеча принца, ловя основные моменты гадких поступков метаморфа: убийства девушек из плоского мира, подкуп другого пластика для сбора материала недооборотней, предательство лорда Олоффа и переход на сторону инквизиции, убийство Алисы…

На убийстве девушки принц остановил изображение.

— Я все объясню, Ваше Высочество! Я расскажу вам нечто важное… в этой девочке заключена энергия магии! Вы можете стать самым могущественным магом на свете, если поймаете ее. Она поэтому и удерживает так долго особняк инквизиции…

— Вот как? — принц Люме не смотрел на Марка. Он смотрел на широко раскрытые от ужаса глаза Алисы в тот момент, когда лорд Олофф занес над ней кинжал.

— Я… я приведу ее к вам. Я клянусь! — Марк, осмелев от интереса принца, поднялся с колен. Его трясло от ужаса в этом странном пространстве. Он понимал, что принц невменяем, что предсказать его реакцию невозможно, а проследить ход мыслей не получится. Но пока Люме смотрел на Алису, Марк спросил сам себя, почему вдруг он смог отмотать его поступки назад? Кто он такой? Он отнял силу у хозяина времени?

— Что ж… хорошо.

Принц перевел на него свой черный взгляд, и у Марка опять ослабли колени. Он еле стоял на ногах.

— Ты ее ко мне приведешь. Но я еще не закончил, метаморф. Есть куда более интересное преступление…

И принц продолжил отматывать назад время Марка. Басилун поражался, с какой легкостью метаморф предавал и убивал, а особенной неожиданностью для дракона стало, что на Марке вдруг появилась полицейская форма.

Внезапно в сфере показался измученный пытками мужчина, в котором Басилун с трудом узнал Конрада, предыдущего хозяина времени. С особой жестокостью Марк пытал его, пытаясь добиться ответов о местонахождении ведунов, но Конрад в какой-то момент скончался, не выдержав боли.

— Я делал это по приказу короля, — жалко заныл Марк, когда принц Люме захлопнул крышку часов, и они снова превратились в оплавленный кусок металлолома. Басилуну это совсем не понравилось: время подчинялась хозяину времени только в обратном направлении. В этом было что-то противоестественное и жуткое.

— Ты делал это с особенной жестокостью и удовольствием, — принц Люме замахнулся было на полукровку своей перчаткой с когтями, но вдруг пошатнулся, слабея.

Басилун нервно накрутил на коготь свой ус: он ничего не понимал в происходящем, но внутри принца явно шла борьба. Люме вдруг низко наклонил голову, согнувшись пополам, а потом упал на колени. Марк отошел в сторону и начал искать глазами выход из жуткого места. Когда принц поднял голову, Басилун увидел, что у него один глаз синий, а другой черный.

— Я не смогу простить его, Рэй, — вдруг прошептал принц. — Конрад не заслуживал этой смерти. И ты это знаешь.

Метамофоза принца Люме еще больше испугала Басилуна. Что же он наделал!!! Как мог допустить это разрушение личности, страшное раздвоение и соединение! Принц и Рэй слились в одно корявое существо, которое боролось само с собой. И сил у него практически не оставалось. Король Ватра черпал из него энергию, не давая прийти в себя и окрепнуть. Басилун вдруг понял, что королю не нужен наследник и принц — ему нужен источник силы, поэтому ему даже выгодно, чтобы принц пропадал в этом жутком месте, пока тот будет править и молодеть.