Нина Левина – Специалист по мифологии. Фантастические рассказы (страница 11)

– Ничего, привыкну, – пробормотал он, окидывая взглядом обсерваторию. – Справлюсь не хуже других.

Планета MZ-437 находилась в наиболее оптимальной точке, с которой можно было вести наблюдение за чёрной дырой с похожим названием – XJ-437. С освоением глубин галактики было обнаружено уже несколько сотен подобных образований, и активность большинства из них находилась под постоянным контролем. Основную работу выполняла автоматика, она же регулярно отправляла собранные данные на ближайшие населённые планеты, а оттуда они передавались на Землю. Было только одно «но». В чёрную дыру нередко попадали космические объекты, вызывая всплеск гравитационных волн, расширение эргосферы и временны́е колебания. Мелкие объекты оказывали слабое влияние, а вот всплески от крупных докатывались до станции наблюдения, полностью отключая автоматику. Резервные системы также оказывались бесполезными, и приходилось запускать оборудование вручную. Именно для этого на станциях дежурили наблюдатели. Случалось, что за всю смену не было ни единого сбоя в системе, а иногда они следовали один за другим.

– Мне разложить ваши вещи? – в дверном проёме появился услужливый Жан.

– Не надо, я сам.

Влад вышел из обсерватории. Компактный чемодан и дорожная сумка дожидались его посреди холла.

– Что ж, – пробормотал он, извлекая из сумки контейнер с растением, – добро пожаловать на временное место обитания, Кас.

Влад осторожно снял стеклянный колпак и поставил основание, заполненное субстратом на одну из тумбочек. Кас (Влад решил так сократить название корвелльского антистрессника) несколько раз изогнулся, словно кланяясь в разные стороны, потом вытянулся в струнку и зашелестел ворсинками. Пушистая жёлто-зелёная сфера вспыхнула на какое-то время оранжевым, а потом снова вернулась к прежним цветам. Влад уже наблюдал подобные метаморфозы, когда извлекал растение в дороге для полива и поэтому не удивился. Он оставил Каса в покое, быстро разложил вещи и приступил к приготовленной Жаном модифицированной яичнице.

Пока Влад ел, андроид сообщил ему обо всех видах проведения досуга доступных на станции. В наличие была обширная электронная библиотека, большой выбор фильмов и развлекательных программ, одобренных к пользованию на отдалённых космических объектах специальной комиссией по надзору. Кроме этого имелся доступ к играм, различным программам самообразования, словарям, лингвистическим анализаторам и виртуальным экскурсиям. В общем, при желании время, отведённое для вахты, можно было потратить с большой пользой. Предыдущий наблюдатель, видимо, увлекался живописью, и в распоряжении Влада оказался оставленный им великолепный трёхмерный холст с кучей художественных приложений и почти наполовину заполненный цветными пигментами для творчества. Но Влада всё это мало интересовало. Он прибыл на станцию, чтобы побыть наедине с самим собой, исцелить разбитое сердце и в философских размышлениях постигнуть тайны человеческой души.

Потянулись длинные однообразные дни. Влад ориентировался на таймер, указывающий двадцать четыре часа земного времени, а не на затяжные дни и ночи планеты. Мужчина любил подолгу сидеть в обсерватории, вглядываясь в звёздную россыпь и вспоминая ту, что воспользовалась им для восстановления угасающих чувств другого мужчины. Нет, он не злился на неё, просто не мог понять, почему позволял манипулировать собой так долго. Времени для раздумий хватало, и Влад снова и снова прокручивал в уме события последних месяцев. Жан не докучал ему болтовнёй. Андроид оказался на редкость понятливым и обычно не начинал разговор первым, дожидаясь реплики от наблюдателя.

Одиночество и тишина действовали на Влада умиротворяюще. А может быть, не только они. С самого прибытия Влад стал замечать, как в зависимости от его настроения меняется расцветка Каса. Стоило Владу вспомнить о нанесённом унижении и почувствовать нарастающую обиду, как растение начинало с шелестом перебирать ворсинками-листьями, словно привлекая к себе внимание. Его пушистая сфера быстро меняла цвета с тёмно-синего на фиолетовый, иногда высвечивая вкрапления розового и зелёного. В такие моменты Влад не мог оторвать от Каса удивлённого взгляда и наблюдал за растением, пока оно медленно возвращало себе привычный жёлто-зелёный цвет. Вместе с этим менялось и настроение Влада. Обида уходила – оставалась лишь лёгкая грусть и ободряющая надежда.

– Похоже, ты и правда антистрессник, – говорил Влад, поглаживая синий стебель. – Мама, как обычно, оказалась права.

Первый гравитационный всплеск произошёл спустя две недели пребывания на пункте наблюдения. Влад проснулся от резко накатившей тошноты и громких щелчков отключающегося оборудования. Хоть он и был готов к этому, но спросонок испугался, вскочил с кровати и в панике заметался по жилому отсеку, погрузившемуся в полумрак. Болела голова, ноги и руки казались ватными. Безжизненным механическим трупом на полу лежал Жан. Ярким красным фонарём запульсировал Кас, затем сменил цвет на оранжевый и вдруг засветился тепло и солнечно. Влад словно перенёсся в детство, на летнюю поляну, и почувствовал, как становятся ясными мысли, и отступает паника. Действуя согласно инструкции, он вручную запустил системы поддержания жизнедеятельности и включил оборудование в замершей обсерватории. Судя по зафиксированным данным, гравитационный всплеск оказался слабым и непродолжительным. Вскоре всё вошло в привычные нормы, и по жилому отсеку деловито сновал Жан, занимаясь уборкой.

Снова потянулись обычные дни. Прямой связи с Землёй не было, но регулярно приходили сухие информационные сообщения из координационного центра и трогательные видеописьма от матери, согревающие душу. Влад теперь всё реже и реже вспоминал ту, из-за которой прибыл на станцию. Она больше не волновала его сердце, и он внутренне удивлялся, как мог страдать столько времени по пустой, жестокой женщине. Он с головой погрузился в чтение, занялся восстановлением физической формы на тренажёрах, часами слушал музыку и пересматривал фильмы. Как-то попробовал что-то изобразить на трёхмерном холсте, но вышла одна неуклюжая мазня. Со временем все занятия наскучили Владу. Он отверг робкие предложения Жана сыграть с ним в шахматы или старинные нарды и заскучал. Часами мог валяться на диване или сидеть в обсерватории, глядя в космическую бездну. Так продолжалось недолго. Вскоре Влад нашёл себе новое занятие и погрузился в него с головой.

А произошло это сразу после получения видеосообщения от неё. С завидным актёрским мастерством, трогательным, срывающимся голосом, с застывшей искусственной слезинкой в уголке глаза она сообщала, что их с Владом расставание было огромной ошибкой с её стороны. Никто и никогда не любил её так как Влад – идеальный во всех отношениях мужчина, которого она покинула ради ничтожества, оставившего её одну во время путешествия к системе Альфа Центавра. Она всхлипывала и умоляла Влада простить её, сожалела, что он отправился к далёкой чёрной дыре и манила обещаниями ждать его возвращения, чтобы навсегда сделать счастливым… Влад не досмотрел до конца и стёр запись. Всё спокойствие, приобретённое на станции, словно рукой сняло. Сгоряча он записал краткое ответное послание, где советовал бывшей даме своего сердца отправляться в дальний маршрут, гораздо дальше системы Альфа Центавра, и забыть о его существовании, затем в ярости пнул тумбочку ногой, перевернул кровать и ударил кулаком в стену, разбивая руку до крови. Злость клокотала в его душе – почему эта дрянь решила, что об него можно вытереть ноги, а потом позвать, думая, что он примчится с желанием и далее быть униженным?

Громко и настойчиво зашелестел Кас. Влад взглянул на растение и поразился тёмным, мрачным цветам, сменяющим друг друга на пушистой сфере. Словно шторм чувств и негативных эмоций бушевал в цветке, изредка озаряясь багровыми и фиолетовыми всполохами. Глядя на цветовую гамму, постепенно успокаивающуюся и меняющуюся на привычный жёлто-зелёный, Влад позабыл о неприятном сообщении, а в голове мелькнула невероятная мысль, за которую он ухватился и со всем жаром принялся за её осуществление. Что, если Кас разумен и пытается что-то сказать Владу?

Он выбрал лингвистический анализатор с наибольшим набором функций и крякнул от досады, увидев, что он настроен лишь на восприятие звуков и жестов. Это было не то, и Влад засел за компьютер, пытаясь создать приложение по восприятию и преобразованию цвета. Он промучился больше недели, призвав на помощь все свои навыки программиста, прежде чем ему удалось загрузить новый продукт в анализатор. Затем Влад потратил несколько дней на ввод данных – имеющихся изображений и чёткого описания изменений цветовой гаммы Каса в зависимости от своей смены настроения и эмоций. Закончив работу, Влад с замиранием души запустил анализатор и… разочарованно застонал, получив в результате пустой экран. Ничего! Теория Влада о разумности Каса разбилась вдребезги. Мужчина в досаде швырнул анализатор на диван и, тяжело вздохнув, предложил Жану сыграть в шахматы.

Второй гравитационный всплеск не застал Влада врасплох. Паники больше не было. Не обращая внимания на тошноту и тяжесть в голове, он запустил оборудование и приготовился ждать нормализации показателей. В этот раз всплеск оказался длительным, голова не проходила, и Влад чувствовал давление в грудной клетке. Чтобы не зацикливаться на своём состоянии, он решил мысленно отвлечься и занять себя чем-нибудь. Взгляд упал на трёхмерный холст, стоявший перед диваном. Мужчина запустил его и начал рисовать. Точнее говоря, создавать нечто объёмное и бессмысленное. Постепенно под управлением Влада на холсте проступили контуры тёмной сферы в оранжевом светящемся ореоле, и мужчина довольно улыбнулся, созерцая своё творение.