Нина Колыбельникова – Суккуб (не) в законе (страница 16)
– Оуууу, девочка моя, – глаза мужчины загорелись предвкушением. Он медленно ко мне подошел и провел тыльной стороной ладони по оголенным плечам, – Тогда ты по адресу, пошли со мной…
Мою ладошку перехватили, однако я не сдвинулась с места.
– А-а-а-а, – отрицательно покачала головой, – Извини, дорогой, но ты не в моем вкусе. И никуда я с тобой не пойду. В этом мире полно свободных инкубов, если я не ошибаюсь.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Серион, который явно не ожидал от меня такого поведения.
– А ты ничего не понял? – со спины донесся насмешливый голос.
Обернулись мы одновременно. А в нашу сторону направлялся Гидес, главный соперник и бывший одноклассник Сериона. Мужчины всегда между собой враждовали. Они соперничали за женское внимание и власть среди своей расы. Отлично. План мести созрел в голове моментально.
– Гидес, – процедил сквозь зубы бывший, – Пошел бы ты отсюда. Не лезь не в свое дело.
– Не в свое не лезу, – мужчина безразлично пожал плечами, – В наш клуб пожаловал нуждающийся в энергии суккуб. Я не могу отказать ей в такой просьбе и нарушить наш свод законов.
– Какой к черту свод законов?! – Серион кипел от негодования, а я получала от такой реакции истинное наслаждение, – Санни идет со мной! И это не обсуждается!
– Мда? – Гидес наигранно задумался, – А что Саннивара сама думает по этому поводу?
– Да какая…
– Разница? – с гневом посмотрела на бывшего, – А знаешь, Гидес, пожалуй я не откажусь от твоих услуг.
Мужчина улыбнулся, а вот Серион сильнее сжал мою ладонь.
– Санни, ты надо мной издеваешься? – прошипел бывший, – Это же Гидес, да мы его вместе ненавидели!
– От ненависти до любви, как говорится…
Под злой взгляд Сериона я взяла своего старого знакомого за руку и пошла в свободную комнату.
– Санни! Санни! – доносилось мне вслед, но я не обращала на эти крики никакого внимания.
А потом дверь за нами закрылась и все посторонние звуки полностью исчезли.
– Саннивара, – Гидес соблазнительно улыбнулся и с жадностью меня оглядел, – Если бы ты только знала, как долго я хотел тебя.
– Давай без предисловий, – вздохнула и сбросила с себя тоненький халатик. Единственную одежду, в которой я переместилась в подземный мир, – Переходим к делу Гидес. Надеюсь, ты хорошо знаешь свое дело.
– Сомневаешься во мне? – мужчина провел около моего лица ладонью и стал считывать информацию…, – Так, так, так…а это будет интересно.
Один щелчок пальцев и в комнате появились кожаные ремни и веревки.
– Ты же мне доверяешь, красавица? – Гидес взял в руки веревки и зашел за мою спину.
– Д-доверяю, – мной овладело такое предвкушение, что кружилась голова. Все же исполнять сексуальные желания человека – это одно, а когда кто-то исполняет твои, это совсем другое.
Гидес грубо сжал грудь, пощипывая отвердевший сосок, а второй рукой стал наматывать волосы на кулак.
– Ты будешь кричать, Санни. Кричать и стонать для меня, – жарко прошептал на ухо мужчина.
– Аааааах, – не выдержала короткого поцелуя в шею и подалась назад в бедрами, упираясь в большое мужское достоинство, – Да, Гидес. Трахни меня.
– С удовольствием, девочка моя.
Одну мою руку закинули наверх через плечо, а вторая огибала левую сторону талии. Именно таким образом их зафиксировали веревкой за спиной. С тех пор, как я перебазировалась на поверхность, все время хотела попробовать этот японский вид искусства, но нужные клиенты еще не попадались на моем пути.
По телу пробежали мурашки предвкушения, а Гидес уже перекидывал веревки, через железные крючки, которые были приколочены к потолку.
Мгновение – веревки натягиваются, огибая всю талию и сгибают мое тело. Складывается такое ощущение, будто я лежу в гамаке, только вот сам гамак оказался невидимым.
– Знала бы ты, Саннивара, – прохрипел на ухо мужчина, – Как долго я хотел попробовать тебя на вкус…
Каждое слово сопровождалось действием. Мои ноги ловко раздвинули, оставляя на внутренней части бедра чувственные поцелуи.
– Даааааа, – застонала во весь голос, как только влажный язык дотронулся до набухших складочек, – Чеееерт, продолжай Гидес!
– Я не черт, Саннивара, – усмехнулся мужчина и погрузил в меня три пальца, от чего я буквально стала подпрыгивать на его руке. Естественно на сколько позволяли веревки, – Я всего лишь демон.
Со мной творилось какое-то безумие. Я уже и забыла какого это. Когда делают приятно тебе, а не ты выступаешь в роли искусителя. Мужчина щипал мои соски, посасывал клитор с такой силой, что я буквально нежилась в той сексуальной энергии, которую он мне посылал. А когда одним резким движением в меня вошли, я и вовсе затрепетала как бабочка, нанизанная на иголку.
– Ахахахахах, – поглощала в себя все, что можно только поглотить. Гидес неистово двигал бедрами, вколачивая в меня свой член. Он входит так глубоко, что я слышала влажные шлепки о мои бедра. Хотелось обвить его ногами и руками. Слиться воедино, как я не сливалась уже очень давно. Но мои руки были связаны, так что энергия текла в меня дозированно и постепенно.
– Кричи моя девочка, – шипел Гидес, с силой меня натягивая на свое внушительное достоинство, – Кричи для меня, Санни…
– Да, Гидес. Ты лучший! Как же хорошо…АААААА…
Последние слова были криком души. Ведь именно в этом пике мы обменялись с инкубом такой сладкой энергией.
Еще с минуту мы жадно дышали и приходили в себя, а потом Гидес меня аккуратно спустил. Освободил руки от веревок и оставил на губах легкий поцелуй.
– Ты можешь приходить ко мне в любое время, Санни. Для тебя я всегда свободен, – подмигнул инкуб.
Выходила я из кабинета довольная и пышущая здоровьем. Правда зацепила дверью подслушивающего Сериона, который стоял не только обнаженным, но и возбужденным.
– Не верил, что Гидес способен доставить женщине удовольствие? – усмехнулась и бросила в сторону бывшего презрительный взгляд.
– Ты всего лишь лишний раз убедилась, что я был лучший в этом деле, – улыбнулся Серион, а я недовольно фыркнула.
В этом путешествии был только один плюс. Я наконец-то наелась.
Глава 20
– Переживаешь? – Антон сам был дерганный. Постоянно пытался найти изъян в своем внешнем виде. Поправлял галстук и заметно нервничал. Однако пытался спроецировать все эти эмоции на меня.
– Еще чего, – недовольно фыркнула, – Неважно в каком я образе. Главное подача!
– Ну я бы не сказал, – скептически оглядел мой образ серой мышки и остался недоволен.
– Мы туда вообще зачем едем? На показ мод или преступников разоблачать?
– Тут ты права, – насупился следователь и продолжил следить за дорогой, – Чем меньше ты будешь привлекать внимание, тем больше шансов на успех.
С самого утра мы были на взводе. Когда мужчина узнал, что я согласна ему помочь, то тут же принялся составлять новый план действий, в котором я должна была принять активное участие.
Судья, со слов Сереброва, был придирчивым и мог прицепиться к каждой мелочи. Как говорил он сам “
– Подожди, – стала размышлять вслух, как только услышала его историю, – Ты же сказал, что есть свидетели преступления?
– Да. Пожилая пара.
– И?
– Ничего. Просто я готовлюсь к любому исходу. А тебе нужно будет распознать ложь и в нужный момент сообщить об этом мне. Дальше я сам разберусь.
Разберешься? Ну хорошо. Пожала плечами и откинулась на спинку сиденья, вспоминая горящий взгляд, которым провожал нас Максим из участка.
Мужчина явно был недоволен тем, что Антон убедил нашего начальника ненадолго меня отпустить и взял с собой на судебное заседание. Вот только…почему? Ладно. Не хочу об этом думать.
На самом слушание людей было немного. Родители девушки, которую убили. Сотрудники правопорядка и свидетели. Все. Ну и после в зал заседания зашел сам судья.
Мужчина всех представил, затем попросил привести подозреваемого и сел на свое место.
Обвиняемый в убийстве оказался невысоким, худощавым парнем с длинными волосами и блеклыми глазами. Ничего особенного на первый взгляд, но приятные эмоции не вызывал уж точно.
Со временем почувствовала, как в зале становится некомфортно. Тело обдало замогильным холодом. И если бы я была голодна, то могла бы и пропустить этот нюанс мимо себя, но дело в том, что я не голодна…стоило приглядеться к присутствующим получше…
–Слушается дело о потерпевшей Безликовой Снежаны Сергеевны, дата смерти 13.10.23. Подозреваемый Самсонов Михаил Игоревич, – по залу раздался безэмоциональный голос судьи, а у меня уже закралось в душе чувство неправильности происходящего, – Михаил Игоревич. Вы признаете свою вину?