Нина Князькова – Собственная жизнь (страница 3)

А потом мама заболела и не смогла выкарабкаться. Мне тогда пятнадцать было, младшему Ваське пять, Колька в армию ушел, а папа…. У меня просто было ощущение, что он тоже ушел… вместе с мамой. Нет, он ходил на работу, приносил домой деньги и тут же убегал из дома. Создавалось ощущение, что он нас, своих детей, видеть не может. Особенно меня. Даже глаз на меня никогда не поднимал после маминой смерти. Я же, едва дождавшись, когда вернется Колька, ушла из дома с первым встречным, кто позвал. Посчитала, что и отцу так будет легче (лишний рот не кормить), и за младшими будет кому присмотреть, раз старший брат вернулся.

С Вадимом мы начали встречаться, когда я училась в одиннадцатом классе. Взрослый двадцатипятилетний парень, снимающий квартиру и работающий на стабильной работе тогда казался мне просто нереально выгодным вариантом. И не беда, что он уже был женат и у него где-то подрастал ребенок. Там же обязательно жена-стерва была. Ну а какие еще мысли могли быть в голове влюбленной дурочки? Вот и ушла к нему на свою голову.

До окончания школы оставалось чуть больше месяца, когда он ударил меня за то, что я не успела приготовить ему ужин, так как я усиленно готовилась к предстоящим экзаменам. Я даже не поняла, что произошло. Просто отлетела к стенке и больно ударилась спиной. И щека горела так, как будто кислотой плеснули. И в голове звенело. Вадим же просто перешагнул через меня и куда-то ушел, а я…, механически одевшись, отправилась в магазин, чтобы купить что-то из продуктов.

По дороге в этот самый магазин я и встретила ту, которая изменила все одним решением. Анастасия Георгиевна, моя учительница по истории, кандидат каких-то там наук и весьма пожилая дама уже в то время окликнула меня, подошла, отодвинула в сторону прядь волос, закрывающую щеку, и поцокала языком.

- Николай знает? – Строго спросила женщина, учившая когда-то истории не только моего брата, но еще и маму. Я покачала головой. – Идем. Вещи соберешь и перейдешь ко мне. Я тут неподалеку живу.

Неподалеку оказалось через два квартала. И чего старушку-учительницу в тот момент на другую улицу занесло, я до сих пор не понимаю, но тогда мне действительно была нужна помощь. А еще очень мудрый человек рядом, который с материнской заботой и терпением отнесся к несмышленой дурной девчонке, натворившей кучу глупостей.

Именно Анастасия Георгиевна помогла мне подготовиться к экзаменам, попросив своего хорошего знакомого, кандидата наук по математике натаскать меня. Только благодаря этой женщине мне удалось поступить в столичный институт, где ее брат работал деканом экономического факультета. И именно к этой женщине я приезжала на каникулы, лишь на несколько часов забегая к родным, чтобы они убедились, что у меня все в порядке.

Анастасии Георгиевна умерла, когда я только-только получила диплом. Уже потом, позже, когда появились деньги, я заказала ей красивый мраморный памятник. Но разве этим человека вернешь?

А потом пришлось ставить памятник и Кольке. Двадцать девять лет, инфаркт. Он ведь даже жениться не успел, стараясь помочь младшим и отцу. Хотя, отцу помощь не особо была нужна. Мне было восемнадцать, когда он снова женился, и у этой женщины по имени Клавдия вскоре родилась дочь. И вроде бы теперь в доме появилась женщина, которая могла приглядывать за детьми, но с младенцем на руках много ли поприглядываешь….

А за Колькой меньше, чем через год ушел отец. Не вынес гибели сына. Себя винил, что не уберег. Но кто же знал…. И хорошо, что к тому времени мои первые инвестиции уже начали приносить доход. Я еще до гибели Николая помогала семье, так как младшим надо было учиться. А после смерти отца встал вопрос, что делать с квартирой, с Клавдией и их дочерью….

Вопрос я решила просто. Я купила коттедж в хорошем районе города и записала его на Сергея. Брат перевез туда младших и стал сам за ними присматривать. Клавдии осталась та самая двухкомнатная квартира. А когда Златка с Васькой выросли и отучились, то я и им помогла с жильем. Скромным, конечно. Но, чтобы встать на ноги, им этого хватило. И вроде сейчас все были устроены, а все равно сидела во мне вина, что раньше надо было мне крутиться, может быть, Колька не умер бы так рано….

А теперь у Сережи была семья, четверо детей от жены Юлии. И Златка уже три года, как мама. Родила для себя, сказала, что хочет быть, как я, самостоятельной. А какая же я самостоятельная? Мне же почти все в этой жизни другие люди на блюдечке принесли, только работать надо было, и все.

А вот Васька у нас пока еще не нашел свою вторую половинку и болтался, как ежик в тумане. Зато теперь и сам зарабатывал хорошо, авось, что и получится.

- Люська! – Оглушил меня крик, когда я вышла из зала прилета. Я пикнуть не успела, как попала в Сережкины медвежьи объятия. – Блин, четыре года носу не казала, все по телефону.

- Я тоже соскучилась, - я, наконец, отпустила ручку чемодана и тоже обняла брата. – И вообще, меня все давно величают Людмилой Павловной, а не Люськой, - проворчала.

- Ха, - брат громко фыркнул, отобрал у меня чемодан и покатил его в сторону парковки. – Еще не хватало, чтобы я тебя Люськой Палной звал.

Я тихо хмыкнула и начала расспрашивать его о жене и детях. Сережка тут же переключился и с нежностью в голосе начал рассказывать про свою дружную большую семью.

- Злата с малышом как? – Спросила я, сидя в машине.

- Ой, наша вертихвостка всегда в хорошем настроении, - отмахнулся брат. – И она, и Васька сегодня к вечеру приедут. Тоже по тебе соскучились. - Я кивнула. Тоже соскучилась по всем. – Как тебя твой отпустил?

Я поморщилась. Почему-то мои родные Борю по имени никогда не называли. Он для них был либо Жилов, либо «твой». Не нравился он им почему-то. Наверное, потому что все считали, что мне пришлось выйти за него замуж, чтобы помогать им.

- Нормально отпустил. Я же компанию не бросила, отсюда буду курировать большую часть работы, - я отвлеклась, разглядывая новые микрорайоны на въезде в город. Интересно, что здесь еще изменилось?

Сережка бросил на меня быстрый взгляд.

- Люд, а Женьку от теть Клавы ты зачем наняла? – Осторожно спросил он.

Я пожала плечами.

- Мне нужен был здесь надежный человек. А кто может быть надежнее сестры? Да и ей немногим больше двадцати лет. Самое время для начала работы. Тем более, что учится она заочно, а на сессии я ее отпускать смогу, - ответила.

- Не наша она, - как-то брезгливо бросил брат. – Не похожа она на нас.

- Может быть, это и к лучшему, - усмехнулась я и потрепала его по волосам, как в детстве.

Уже вечером, вдоволь наговорившись с родными и наводившись с уже подросшими детьми, я вышла на террасу перед домом и с удовольствием вдохнула морозный воздух. У крыльца стояла наряженная ель, из дома раздавались взрывы хохота, а я лишь мечтательно улыбалась, думая о том, что у меня скоро появятся свои дети. По крайней мере, я все для этого сделаю.

Утром первым делом я набрала Евгению.

- Слушаю, - ответила та подозрительно бодрым голосом.

- Женя, ты сможешь заехать за мной через час? – Спросила я. Дела не ждали и откладывать в долгий ящик свою новую жизнь я не собиралась. – Я у Сережи в доме.

- Конечно, Людмила Павловна, - отрапортовала та.

На кухне уже суетилась Юля. Еще бы несмотря на то, что Злата и Васька вчера разъехались по домам, четырех детей все равно нужно было кормить.

- Доброе утро, - улыбнулась я. – Зря вы от домработницы отказались. Может быть, стоило нанять?

Сережкина супруга посмотрела на меня со священным ужасом.

- Что ты! Чтобы моих мужа и детей кормила другая женщина? – Прижала она руки к пышной груди. – Нет уж! Тем более, что готовить мне нравится. Для своих же….

- Свои уже проснулись и минут через пять прибегут сюда, - на кухню вошел брат и, поцеловав жену, уселся на соседний со мной стул. – Чем сегодня планируешь заняться? – Тихо спросил он у меня.

- Женя заедет за мной через пятьдесят минут, - я благодарно кивнула Юле, которая поставила передо мной кружку кофе.

- Ты ей машину что ли купила? – Задохнулся от возмущения Сергей.

- Служебную, - усмехнулась я. – Ей придется много ездить по поручениям, так что это была необходимость.

- Зря ты с ней так возишься, - проворчал он недовольно.

- Я не вожусь. Я эксплуатирую в собственных целях, - не согласилась я. – Я ведь тоже, как начальник далеко не крем-брюле. Если сейчас выживет со мной, то далеко пойдет.

Евгения подъехала к дому ровно к назначенному времени. Пунктуальная. Я дождалась, пока Сережа забросит мой чемодан в багажник старенького, но крепкого внедорожника, и уселась на сиденье рядом с девушкой. Помахала рукой брату и стянула с головы пушистую шапку, так как в салоне было невероятно тепло.

- Жень, давай сначала в особняк, а там уже посмотрим, что сегодня успеем сделать, - распорядилась я.

Пышная блондинка с кукольным личиком смущенно улыбнулась и тронула машину. Прав был Сережка, когда говорил, что не похожа она на нас. Мы все худощавые и немного… мрачноватые что ли, а Евгения похожа на этакого купидончика килограмм на восемьдесят. Пухленькая, рослая, но между тем очень улыбчивая и светлая. Она была очень похожа на тетю Клаву, лишь ростом отличилась да улыбкой на отца походила.

- Людмила Павловна, а мы в салон за машиной сегодня поедем? – Девушка любовно провела пальцами по оплетке руля. – Вашу модель уже привезли, лишь оформления документов ждут.