Нина Князькова – Механическая пчела (страница 12)

- Я останусь, - ответил он так, что стало ясно: его отсюда и бронепоездом не вытолкать.

Вера Родионовна пожала плечами.

- Ладно, но вмешиваться в разговор ты не будешь ни при каких условиях, - сказала она, подтянула стул к кровати и села так, чтобы мне не пришлось пересаживаться. – Итак, Лира. Вчера вечером ко мне приходила бабушка Рада, она сказала, что ты хочешь работать, но замуж выходить не желаешь.

- Ну, да, - я посмотрела на Максима, который стоял у окна. Он явно был чем-то недоволен.

- Я просмотрела твои данные, которые нашли наши специалисты. Ты высококлассный юрист с отличным послужным списком. Почему ты хочешь остаться в Мае? – Она вперила в меня свой проницательный взгляд.

Я снова покосилась на Максима. Ему наш разговор совершенно точно не нравился.

- Потому что тут люди хорошие. Никто мне и слова плохого не сказал с тех самых пор, как я здесь появилась. Более того, за мной тут ухаживают, стараются сделать мою жизнь лучше. Даже с осуждением никто не посмотрел и не раскритиковал мою внешность, - поделилась я.

Максим почему-то отвернулся к окну.

- И тебя не волнует тот факт, что тут помимо людей живут оборотни и мутанты? – Вера Родионовна, казалось, препарирует меня взглядом.

- Они же хорошие, - пожала я плечами. – По крайней мере, я не столкнулась здесь с тем, с чем каждый день сталкивалась там… дома.

Я вдруг осознала, что «дом» теперь находится в моем сознании где-то очень далеко. Мне тут «не дома» во сто крат лучше, чем было там.

- Ясно, - она встала, взяла со стола папку, что принесла с собой и вновь села на стул. – Раз ты все решила, то у меня для тебя есть несколько предложений. – Вера Родионовна открыла папку и пробежалась пальцем по странице. – У нас есть вакансия в юридическом отделе «Май-плюса». Будешь работать под началом Станислава Белова. Он курирует экономическую часть, но все договоры будут теперь проходить через тебя. Работы много, и она тяжелая.

Она протянула мне лист бумаги. Я взяла его и пробежалась по условиям.

- Мне предоставят жилье? – Я нахмурилась.

- Всем сотрудникам «Май-плюса» положено служебное жилье. Но у нас пока с этим есть некоторые трудности, - девушка побарабанила пальцами по колену. – Сейчас свободных домов нет. Если только в Малой. Но там у нас в основном агротехники живут. Да и ездить далековато. Из Березкино работать тоже не получится, потому что ты можешь нам понадобиться в любой момент. В общем, жилье тебе необходимо в Мае, а у нас нет свободных домов.

- И что же делать? – Неуверенно спросила я, не видя выхода из этой ситуации.

Вера Родионовна посмотрела на Максима, потом на мою руку, и только после этого мне в глаза.

- Тебе придется пожить здесь, - ответила она.

Я удивленно подняла брови. Здесь? Она не шутит?

- В больнице? – Переспросила я на всякий случай. Я-то ждала что-то вроде подселения к кому-нибудь, а тут такая неожиданность.

- Ну, больничным тут является только первый этаж. На третьем этаже у нас лаборатория, а вот второй является жилым. Более того, там почти никто не живет, так что у тебя будет полная свобода. А мы то время, пока ты тут осваиваешься, мы подберем тебе жилье. У нас периодически случаются переезды, - пояснила она мне.

- Почти никто не живет? Это как? – Зацепилась я за фразу.

- На втором этаже живет Максим, который львиную долю своего времени проводит в лаборатории и почти не появляется на этаже, так что тебе никто не помешает, - улыбнулась она.

Я посмотрела на Максима. Вроде бы он не был против такого варианта.

- Ну, можно попробовать, - неуверенно ответила я.

Вера Родионовна улыбнулась еще более радостно.

- Тогда подпиши здесь и здесь, - велела она, указав на поставленные заранее галочки. Так как в документе никаких подвохов я не нашла, то поставила свою подпись. Жена главы города спрятала листы в папку. – Когда Максим сочтет твое состояние удовлетворительным, ты сможешь выйти на работу. Скажи мне, ты машину водишь?

- Я смогу отвозить ее, - Максим шагнул вперед.

- Вожу, - я удивленно посмотрела на парня. Ему что, заняться больше нечем, как меня возить. – Но давно не практиковалась. Несколько лет.

- Тогда первое время тебя повозит Макс, а там видно будет, - решила она, поднимаясь. – Ну, до встречи!

Максим вышел из палаты вместе с Верой Родионовной, оставив меня в раздумьях.

Глава 8

В свое новое жилье я переехала спустя всего лишь три дня. К этому времени я уже сносно ходила, почти привыкла к новой руке и строила планы на дальнейшее будущее.

- Вот, смотри, - Алиса завезла меня в квартиру на коляске. – Тут у тебя кухня, - указала она на помещение с огромным окном. – Здесь ванная, - та оказалась весьма просторной, здесь спальня. Не сказать, чтобы все очень уютное, но жить можно.

- Здесь хорошо, - кивнула я, рассмотрев все.

- Ну, тогда смотри: твои вещи находятся в этом шкафу. Завтра приедет Дамира, она тебя измерит и подберет одежду. Тебе же для работы нужна одежда? - Алиса строго глянула на меня, видя, что я хочу возразить. Пришлось закрыть рот. Та одежда, что у меня осталась дома, мне не подойдет. Я же в два раза меньше теперь, а работать в чем-то надо. – На кухне все, как у всех, но Макс, например, сам не очень хорошо готовит. Ему из кухни санатория обычно еду присылают. На столешнице лежит номер телефона. Ах, да! - Она похлопала себя по карманам. – Про телефон я забыла. Держи, это рабочий. Но твоего личного телефона на месте аварии мы не нашли, так что пользуйся на здоровье.

- Спасибо, - не стала я спорить, принимая в руки телефон неизвестной мне марки.

- Сейчас в холодильнике есть какая-то еда, но питаться лучше свежими продуктами, - наставительно сказала она. – Так же здесь есть небольшой кабинет, - она завезла меня в небольшую комнатку, где из мебели были только стул и стол. И полочка на стене. Все, что нужно для работы. На столе стоял ноутбук и лежал блокнот. – Если будет скучно, то ты можешь попросить Веру Родионовну и она сможет отправить тебе документы, чтобы ты с ними поработала. Но тебе пока рано ездить на завод. Это я тебе как врач говорю.

- А когда можно будет? – Подняла я голову.

- Не раньше, чем через неделю, - ответила она.

Максим зашел в гости вечером, когда я пыталась разобраться с едой. В одном из лотков обнаружилась некая зеленая субстанция, которая странно пахла.

- Что это? – Решила я спросить у парня.

- Соус, - коротко ответил тот. – Садись за стол, я свежую еду принес.

- Но Алиса сказала, что в холодильнике тоже свежая, - попыталась возразить я.

- Это утренняя, - отрезал он и принялся выкладывать из сумки судочки. Мда, кажется, меня и здесь решили нещадно контролировать. – Вот здесь вся еда приготовлена полчаса назад. Завтра утром принесу свежую.

- Я и сама могу заказать, - насупилась.

- Зачем? – Не понял он.

Я вздохнула.

- Для того, чтобы почувствовать себя живой, - ответила с горькой усмешкой.

Максим замер. Медленно убрал сумку, сел рядом на стул и нахмурился.

- Что еще заставит тебя почувствовать себя живой? – Спросил он.

- Самостоятельность, - это я знала точно.

- А если тебе нужна будет в чем-то помощь, то ты попросишь об этом? – Склонил он голову набок.

- Нет, - честно ответила я. – Я устала чувствовать, что я ничего не решаю. Я хочу трудностей, хочу преодолевать что-то, хочу жить так, как мне нравится.

Парень выглядел удивленным. Кажется, ему такое и в голову не приходило.

- И как тебе нравится жить? – Решил он докопаться до меня.

Я пожала плечами.

- Мне нравится быть полезной, - ответила первое, что пришло в голову.

Максим кивнул и поднялся на ноги.

- Давай так, сегодня ты поужинаешь свежей едой, а завтра научишь меня что-нибудь готовить, - он поставил на стол две тарелки и приборы. Перевалил в мою тарелку рагу, а себе положил спагетти с мясом. – У меня совсем не выходит готовить. А ты, наверное, умеешь.

- Умею, - кивнула я, взявшись за ложку. – Когда мама умерла, то некоторые обязанности по дому легли на меня. Мне пришлось научиться готовить. Иногда мне даже нравится это делать.

Парень скупо улыбнулся и больше не проронил ни слова за весь ужин. Странный он все-таки. Необычный.

Следующим утром я, выбравшись из кровати по стеночке, на пути в ванную застала на кухне постороннего человека.

- Ты что тут делаешь? – Прищурилась.

Максим, до этого рассматривающий содержимое моего холодильника, отскочил от него на метр.