Нина Каверина – Освобождение (страница 7)

близкой осени сигнал. А бывало… Здрасьте! В мае жёлтая пыльца на зеркальной глади. Липовых семян тельца — то июль наладит. Глупых золотых жуков из воды спасали. Словом, в бочку всех даров летних набросали. Если надо что полить, в глубь ныряет лейка. У неё такая прыть: дно скребёт злодейка. А к зиме перевернут бочку. Нет её, хотя и тут. Точка.

2020 г.

Гладиолус

Он выстроил защиту: листья — сабли иль шпаги, непреклонны и остры. К ним смело льнут цветы в холодных каплях дождя, будто склонённые мосты. Цветки в накидках чёрного атласа. Погасшие ночные фонари? Или головки в горе сникли разом? Кого-то не уберегли… Стряхнула влагу. Вздрогнули, взглянули. Огнём гранатовым запламенел их взор. И тут случилось — солнце полоснуло сиянием в их сумрачный костёр. Гляжу в лицо цветка заворожённо. На чёрном фоне сине-красный свет являет золотых крупинок лоно, хозяйке медных гор свой шлёт привет. Цветет на столике в моём дому. Мне что-то говорит, а я — ему.

2020 г.

Осень-скоморох

Октябрь. Весёлый, крепкий ветер дорвался, листьями сорит. Порыв — их стая норовит устроить догонялки детям, прохожим залепить лицо, к стеклу приклеить письмецо. Одушевлённая природа нередко потешает нас, как скоморох, того же рода, в осенний, хоть и грустный час. Когда же иней заискрится на жёлтых листьях, на ветвях, под тяжестью его, как птица подбитая, падут во прах лист за листом, в тиши шурша, как будто тяжёло дыша. Такую музыку несёт замёрзший лист, его полёт. И обнажится догола златого клёна голова.

2020 г.

Виноград в Подмосковье

На салфетке как явленье — винограда кисть. Ягод плотное сцепленье.