Нина Гайворонская – Рассказы о животных, О волшебстве и чудесах, что живут рядом с нами (страница 5)
И мне пришлось срочно сооружать табличку, со словами – "Злая собака!"– на всякий случай, чтобы ни у кого не прихватило сердце от неожиданности.
Но не об этом я хотела рассказать, был еще один нюанс… То ли она была обучена охоте, то ли поднатаскалась, пока бегала по лесам, да полям в одиночестве… Но Лада давила кур.
Жили у меня в небольшом вольере, и прекрасно разводились, карликовые декоративные курочки. Они часто ночевали на деревьях – на ветвях, нависавших над курятником, слетая иногда, по утрам, во двор, а не в свой вольер. Как раз подросли цыплята, которые вольготно порхали туда-сюда. И среди всех бегали, дружной стайкой, семь миниатюрных, ярких, звонких петушков.
И вот, как-то утром, выхожу я из дома… А на крыльце, в рядочек, лежат все семь петухов! Вернее то, что от них осталось. И рядом, гордо взирая на свои деяния, сидит Лада.
Ну что делать! Хозяева собаки никак не отзывались на объявления, и пришлось посадить ее на цепь, дабы спасти оставшееся хозяйство.
Во дворе у нас, с незапамятных времён, стояла огромная старая будка – тяжёлая, просто неподъёмная, да еще и оббитая по краям железом.
Лада, видимо, никогда не сидела на цепи. Она сразу как-то съёжилась, когда я привязала ее, и растерянно, грустно смотрела на меня. Мне было жаль ее, конечно… Но что тут поделаешь, маленьких курят еще жальчее!
Привязала я её – и занялась своими делами. Но чувствую, что-то не так, тихо очень… Дай, думаю, гляну, как там моя пленница. Смотрю – Лада в будке сидит. Заглядываю, а она вглубь забралась и каким-то образом цепь вокруг шеи себе обмотала… И уже огоньки в глазах гаснут. Стало ясно, как пень, что собака, вот прямо сейчас – задохнётся!!!
И тогда хватаю я эту огромадную будку руками, поднимаю ее, одним махом вытряхиваю псину на землю, и ставлю будку обратно!!!
Секунда – цепь соскальзывает с шеи Лады, которая ошалело смотрит на меня… Всё, собака спасена!
Потом пришли в гости друзья орнитологи, решили новые картины посмотреть, да узнать, заодно, как Лада себя ведёт…
Я им всё и рассказала, как на духу, попросив подравнять будку, а то она встала косо и немного загораживала дорожку к калитке. И вот, трое парней, еле-еле, с трудом, волоком, перетащили эту махину – на её законное место! И сколько бы ни доказывала им, никак не могли поверить, что я, одна – маленькая худышка, сумела поднять такую тяжесть!
Лада пробыла у меня еще дня два, в сарае сидела. И гуляла – только под надзором…
Потом нашли ей нового хозяина. И должна была она, в скором времени, отправиться жить в заповедник
И вот настал час, когда мы, с моей собакой Кариной, грустно смотрели вслед отъезжающей машине, увозившей Ладу… Всё же жаль было расставаться с необычной гостьей, несмотря ни на что. Так жаль!!! Но всё уже было решено. И Лада уезжала… Навсегда…
Но что это – за задним стеклом отъезжающей машины появилась золотистая, смешная рожица собаки. И она плакала! Губы расквасились, нос повело книзу, а глаза выражали столько муки, что в душе моей всё перевернулось!!!
– Стойте, подождите, – закричала я, а рядом взвыла спаниелька. Но машина уже завернула за угол – вот блеснула задняя фара в лучах утреннего солнышка… Мы с Каринкой дружно рванули вслед. И тут я вспомнила – но ведь у меня есть телефон! Вот он, в кармане. Трясущимися руками вытащила его, уронила, снова уронила… и наконец-то ткнула в кнопку с номером.
– Нет, – прошептала я в трубку, глотая появившиеся слёзы, не увозите её, я забираю собаку, себе забираю…
– Да что же ты ревёшь-та, – засмеялся Саша, – ну ладно-ладно, мы уже возвращаемся. А потом добавил, – я знал…
И вот уже стоит машина, со всеми открытыми дверцами, а Лада визжит, прыгает и облизывает меня, Каринку, и подвернувшегося Сашу, а кто-то из ребят успокаивающе похлопывает меня по плечу…
Так Лада вернулась домой. И казалось, что её не было очень долго, возможно – целый год! Или столетие… А не пол часа, всего-то…
Друзья, ещё немного поприкалывавшись, и, наулыбавшись от души, уехали.
А я уже думала, каким образом сообразить крышу над куриным домом…
Когда мы зашли во двор, Лада подбежала к вольеру. И долго-долго стояла там, с уморительно-серьёзным видом наблюдая за жизнью курочек, лишь однажды вздрогнула, когда малюсенький петушок, похожий на цветной шалашик, прародитель почти всего населения этого курятника, пропел звонкой флейтой свою песенку…
С тех пор собака не тронула ни одного курёнка! И даже, впоследствии, защищала выводки цыплят от всяких непрошенных котов и ворон, так и высматривающих свою жертву.
И крышу над вольером строить – не пришлось.
А через несколько месяцев можно было наблюдать удивительную картину – спящая Лада, и на ней, серпантиновыми блёстками, несколько дремлющих курочек, которые иногда, сонно, что-то там поклёвывали, из шерсти собаки…
Для егеря же, в обитель сайгаков, отвезли другую собаку, тоже найденную орнитологами во время своих бесконечных вылазок на природу…
Но до сих пор мне непонятно, как же я так смогла – поднять эту будку… Да ещё и большую собаку из неё вытряхнуть! Одним махом…
Глава 5
Когда-то мы жили на Алтае, в посёлке Кокши. И, несмотря на то, что вся жизнь, в общем-то, была на природе, частенько выезжали в походы. Мой супруг Саша знал одно тайное место. Недалеко от Кокшей рос заброшенный сад. Очень давно там выращивали яблоки, груши, сливы и всё такое. Но потом что-то случилось, люди перестали за ним ухаживать, и сад постепенно превратился в дикий фруктовый рай. Ещё там, непроходимыми джунглями, росли, вперемежку, запущенные кустарники малины, смородины, крыжовника. И всё это богатство было опутано колючими ежевичными плетями. Жители окрестных сёл постоянно наведывались в это чудное место, набирая там всего, чего только захочется душе и желудку. Ну, а наша семья, если уж выезжала, так на весь день, иногда даже на несколько дней, прихватив палатки для ночлега.
И вот, в один из таких походов, мы, с дочкой Элей, решили прогуляться, места новые разведать, да забрели незнамо куда. Заблудились. Что делать, уже и солнышко в зените, обедать пора, а мы всё идём да идём по какой-то еле видимой тропинке, конца-края ей не видать. И вдруг смотрим, из-за пригорка стадо показалось, коровы вольно так пасутся, и рядом – ни души человеческой не видать.
– А вдруг волки на коров нападут? – говорит мне Эличка, – где же люди, пастухи какие-то? Мы бы у них дорогу спросили.
– Давай поближе подойдём, – киваю я, – может, есть кто, может, пастух спит там, в траве где-то.
Стали мы потихонечку к стаду подходить. И вдруг, откуда ни возьмись, раздался дикий рык!
– Маммаа… – прошептала дочка.
С краю поляны, где паслось стадо, разворачивался в нашу сторону огромный, жуткий такой, чёрный бык! Да ещё и с невероятными, грозными рогами! Ноги, сами собой, понесли нас неведомо куда. Но бык, видимо, по полной программе решил рассчитаться с непрошенными гостями. Тяжёлый топот приближался, а нам уже – ни вдохнуть, ни выдохнуть.
– На дерево лезь! – кричу дочке из последних сил, подбирая палку с дороги.
– Нееет! – машет она головёнкой.
Смотрю, тоже что-то с земли подбирает!
И ведь не полезет на дерево, – мелькают мысли калейдоскопом, – тоже сражаться с быком кинется! А вдруг что случится!
У меня даже волосы встали дыбом от промелькнувших страшных картинок.
– Вместе на дерево лезем! – хриплю я, совсем задыхаясь.
– Бежим воон к тому, большому!
Вдруг, смотрим – река блеснула! Мы – туда, с новыми силами.
– В воду бык не полезет ведь за нами, – думаю, а плавать мы обе хорошо умеем…
Над рекой накренилось дерево. Половина корней крепко держатся, а половину водой размыло, и они, голыми толстенькими узорами, над речкой торчат… Разлапистый ствол же колышется по-над поверхностью реки, а ничуть не пострадавшие зелёные ветви раскачиваются над самой водой. Как по команде, Эля, а за ней и я, мы взлетели на ствол. Сидим, никак отдышаться не можем. Бык тоже попробовал на ствол ступить, да тут же равновесие и потерял, чуть в воду не бухнулся. Улёгся он тогда рядом с деревом, посматривает на нас и травку вокруг себя объедает.
Смотрим, а дерево ягодками тёмно-синими усыпано. Тёрн – всплыло в памяти. Так и сидели почти что до вечера – бык на берегу, а мы на дереве. Я, правда, несколько раз пыталась сойти на берег, но бык сразу же грозно вставал со своего места и бил копытом по зелёной травке…
Зато ягод, терпких и кисленьких, от души наелись! Да ещё и сухарики в сумке припасены были…
Потом, наконец-то, заявился пастушонок, мальчишка лет двенадцати. Он отогнал быка, который сразу же его послушался и потрусил к коровам, да рассказал, как добраться обратно.
Уже к вечеру, почти по темноте, доплелись мы до нашей стоянки, где все, в крайнем волнении, бегали по окрестностям, беспорядочно выкрикивая наши имена.
– Даа, – протянул, после нашего рассказа, Саша, – понятно, почему пастух – мальчишка! С таким-то быком и никаких сторожей не надо!
На следующий день мы на машине съездили туда за молоком. Пока мальчик Ваня наливал нам молока, бык так и бил копытом совсем рядом, сердито косясь на нас чёрным глазом.
Вот такие приключения…