Нина Гайворонская – Рассказы о животных, О волшебстве и чудесах, что живут рядом с нами (страница 1)
Нина Гайворонская
Рассказы о животных, О волшебстве и чудесах, что живут рядом с нами
Глава 1
Как-то шла девушка Лена по небольшой аллее парка, в зелёном городе Алматы. И вдруг увидела птенчика на тропинке. Птенец был ещё очень маленький, почти голый, только на спинке росло несколько светлых пушинок.
По размерам птенчик был больше воробьиного раза в два.
– Значит, птичка покрупнее, чем воробей, – подумала девушка.
Осторожно подхватив малыша и завернув его в носовой платок, Лена внимательно осмотрела растущие невдалеке деревья. А вот и родители! На ветвях дерева беспокойно метались две птички майны.
Так стало понятно, что именно птенец майны и выпал из гнезда. Возвращать бедняжку обратно Лена побоялась, ведь птицы вполне могли бросить свое обиталище, вместе с оставшимися птенцами…
Майна – индийский скворец. Давным-давно кто-то завез в бывшую столицу этих милых птичек. Они прижились, размножились и быстро заполонили весь город. Их стало намного больше, чем наших родных пятнистых скворчиков, хотя сами по себе эти птички красивые, полезные и умные. Хотя и проказливые тоже.
Ну что уже тут поделаешь, ведь ума – палата. По птичьим меркам.
И пришлось девушке усыновить малыша, хотя выкормить такого маленького птенчика совсем непросто! Перелопатив массу литературы и почти утонув в интернете, ответственная Лена, час за часом, день за днём, растила своего приёмыша. Кажется, она даже жевала что-то для него, поскольку вычитала, что надо давать пережёванную пищу.
Рома, так Лена его назвала, путешествовал вместе с нею – и на работу, и с работы, и куда бы она ни ходила. Ведь кормить птичьего ребёнка надо было очень часто.
Постепенно Рома превращался – сначала в проказливого подростка, благо, птицы намного быстрее вырастают и взрослеют, чем люди. А попозже – в холёную, с блестящим оперением, уверенную в себе птицу.
Лена работала в лаборатории, при университете, на факультете биологии. Рома, почти что выросший там, свободно летал везде, где ему только вздумается, разбавляя строгую рабочую атмосферу своими смешными выходками. Птичка знала много разных человеческих слов, непринужденно вставляя их в разговоры сотрудников.
– Привеет, лююди, – здоровался Рома каждое утро со всеми, кто заходил в помещение, скрипучим голосом.
– Рома – птииичка, Рома хороооший мальчик, – сообщал он тоненьким голоском.
– Опоздала! Опоздала! – кричал он по утрам тем, кто приходил с опозданием, если даже это был руководитель лаборатории Родион Михайлович.
А иногда, когда все были заняты своей работой и не обращали на птицу внимания, Рома садился на подоконник, мечтательно смотрел в сад, куда выходило окошко, и потихоньку сам с собой разговаривал по птичьи, время от времени перемежая трели и посвистывания человеческой речью:
– Лена – птиичка, – ласково бормотал, почти что пел Рома, – Лена хороооший мальчик.
– Вот я не пойму, он видит в тебе свою маму, – улыбалась сотрудница Даша, или это он тебя так любит… Лена только плечами пожимала.
Однажды в лабораторию зашла познакомиться новенькая сотрудница, девушка Ирина, с другого факультета. Она была небольшого роста и очень хорошенькая, с каштановыми вьющимися волосами, собранными в причёску. Вот бывает, что человек сразу вызывает симпатию у всех, так вышло и в этот раз.
Ира со всеми поздоровалась, протягивая каждому руку и называя своё имя, все тоже назвались. Рома, во время знакомства, сидел на плече у своей хозяйки Лены и внимательно наблюдал за действом. Под конец, когда почти все перезнакомились, Рома сорвался с плеча хозяйки и уселся на руку Ирины, которую она протягивала последнему из сотрудников.
– Рома я, Рома, – кивала птичка, распустив крылья и присаживаясь на руке Иры.
– Ира, – девушка сделала книксен, улыбаясь и наклоняя голову.
– Рома! – Ира! – Рома! – Ира! – так они знакомились минут пять, с кивками и поклонами, пока все покатывались со смеху.
И после, стоило только Ирине зайти в помещение, Рома тут же подлетал, садился на заранее протянутую руку – и представление начиналось, даря всем веселье и хорошее настроение.
В перерывах Лена, вместе с другими любителями, курила длинные тонкие сигаретки. Рома же постоянно пытался эти сигареты у неё стащить.
– Уууубью! – гонялась Лена за птицей, пытаясь отобрать никотиновую палочку, выхваченную прямо изо рта.
– Ууууубью, ууубью, – невнятно кричал Рома, со всех ног и крыльев улепётывая от хозяйки с дымящейся трубочкой в клюве.
Все, конечно, потешались. Но эта шутка однажды чуть не закончилась очень печально. Рома спрятался за шкафом с сигаретиной и его долго никак не могли отыскать.
Нашли Рому без сознания, он лежал, распростав крылья! И почти не дышал.
Птица распотрошила папиросную основу и съела, видимо, немного. Сколько там надо-то маленькой птичке.
Лена, всхлипывая и не вытирая слёз, вливала ему молоко в клюв, которое почти всё проливалось мимо. У сотрудников тоже глаза были на мокром месте, когда они сгрудились вокруг стола, на котором лежала птичка, пытаясь помочь хотя бы чем-то!
Но, немного полежав, Рома открыл свои ясные любознательные глазки, весь взъерошился, встряхнулся и хрипло проговорил, укоряюще глядя на Лену,
– Ууубью!
Затем он, шатаясь, и помогая себе крыльями, поскакал по столу, на котором его поили молоком.
На следующий день Лена позвонила и попросила недельный отпуск, потому что Роме было плохо, и она решила подлечить его дома. У девушки скопилось несколько выходных и её отпустили.
Через неделю Рома снова приехал с Леной на работу, хотя и был немного печален, больше молчал. Постепенно птица окончательно оправилась и снова по утрам слышалось скрипучее,
– Привеет люююди!
После этого случая Лена честно пыталась бросить курить. Но это не всем удаётся и не всегда. И вот однажды девушка снова закурила. Как только Рома увидал у неё сигарету, он подскочил к Лене, выхватил дымную палочку, вмиг распотрошил её клювом и когтями, и жалобно закричал – тоненько-тоненько,
– УУУбью! Уубьюю!
Так Лена и бросила курить. Она начала жевать какие-то специальные конфетки и постепенно отвыкла от своей вредной привычки.
На работу Лена ездила в маршрутке, а Рома в небольшой переноске, едва умещаясь там. Если народу было мало, птица выбиралась из клетки и садилась своей хозяйке на плечо, с любопытством поглядывая в окошко на мелькающие пейзажи. Если же люди прибывали и становилось тесно, Рома быстренько забирался в свой безопасный домик-переноску.
Иногда, по работе, Лена, вместе с другими сотрудниками, выезжала в горы, окружающие большой город. В такие поездки девушка, обычно, брала птичку с собой. Рома летал там на свободе, везде, где ему только хотелось. Но где бы Лена ни ходила, что бы ни делала, неподалёку от неё всегда крутилась майна.
Девушка жила в небольшом доме с садом, в тёплое время у неё постоянно было открыто окно. Рома с удовольствием летал по саду, расправляя и тренируя свои крылышки, а по первому зову вихрем влетал в окошко.
Так прошёл почти год. И вот закончились холода, наступила весна.
Однажды утром, первый раз за всё время, Лена на работу пришла одна, без Ромы. Коллектив забеспокоился было, ведь все очень привязались к взбалмошной и весёлой птице. Но, посмотрев на улыбающееся, хотя и немного грустное, лицо сотрудницы, стало понятно, что с Ромой всё в порядке.
На посыпавшиеся вопросы Лена рассказала такую историю:
Зову птичку из сада, а он не летит! Я удивилась, ведь Ромка всегда прилетал сразу, стоило только крикнуть ему – Рома! Тогда я вышла во двор и еще раз позвала его, – взволнованно рассказывала Лена, – и тут Рома вихрем влетел в комнату, уселся на спинку стула, а затем сразу же и вылетел, пристроившись на ветке над окном.
Я присмотрелась, а там, чуть дальше, на другой ветке, примостилась ещё майна. И вот Ромка – то на подоконник сядет, то рядом с подружкой, просто заметался туда-сюда. Тогда я оставила окно приоткрытым, ведь сегодня тёплый день, и насыпала побольше корма, а сама отправилась работать. Без Ромы, глаза девушки блеснули непрошенной слезой.
Все тут же стали успокаивать её.
– Ну, надо же и Роме испытать в жизни счастья, пообщаться со своими собратьями, – шутил руководитель, – ведь он всё же птица, а не человек.
– Свободу майне! – дурашливо кричал другой сотрудник.
– И я о том, – заметила Лена, – может получится у него построить гнездо и вывести птенчиков. Хотя и грустно как-то всё это, – добавила она, такое чувство , что я потеряла что-то очень важное.
И вот прошло время. Уже давно Лена на работу ходила без Ромы, нет-нет рассказывая своим сотрудникам о приключениях майны. Дело близилось к осени. Лена привыкла обходиться без птичьей компании, повеселела, снова стала шутить и звонко смеяться над шутками других. А однажды пригласила всех сотрудников в гости, на день рождения. И все, весёлой компанией, с подарками, прибыли на праздник.
В первую очередь во дворе бросился в глаза деревянный домик, крепко прилаженный на ветке большой яблони, высоко над окном.
– Ромкин дом, – улыбаясь, покивала Лена, отвечая на расспросы.
Немного погодя, как и водится, все уселись за праздничный стол. Только подняли бокалы с шампанским, как в комнату, через приоткрытое окно, залетела красивая, самоуверенная птица, и уселась на спинку пустого стула, стоящего рядом с Леной.