Нина Чигрина – С чистого листа (страница 2)

Пока убиенным пристанища нет, То будет покой их нарушен!

Пропавшим без вести

Пропавшим без вести у нас нет чести, Победный не для них гремит салют. Лишь пожелтевший лист «Пропал без вести» Потомки их, как память берегут. В бою погибших часто не считали, Их не могли, порой, похоронить. Лишь только в сводках сухо отмечали: Пропал. И все! Оборвалась та нить! Мать поезда встречала у вокзала, Ждала с фронтов каких ни будь вестей, Цыганка, пожалев её, сказала: «Молись! Погиб раб Божий Алексей!» Как матери перенести утрату? Ушла за сыном через сорок дней. Отписки шли из райвоенкомата, До сей поры, не найден Алексей. Хоть никогда не прерывался поиск, Но видно не дождаться нам вестей. И Вам хотели б поклониться в пояс Потомки ваши, дядя Алексей. В своей семье вас помнят. Не забыли. Вы стали жертвой той лихой войны. Как жаль, Вы до Победы не дожили. Погибли, чтоб могли родиться мы!

Он еще долго воевал

Воды в окопе ровно по колено,

Холодный дождь без перерыва льет.

Впитался в кожу терпкий запах тлена,

Подмоги с тыла уж никто не ждет.

Затишье перед боем скоротечно,

Солдаты все давно измождены.

Им суждено срастись с землей навечно,

Такие, брат, законы у войны!

Едва пришли в себя, вновь перестрелка.

В живых осталось хлопцев двадцать пять.

У немцев радио шипит тарелка:

«Сдавайся, рус! Нет смысла воевать!»

Безусый лейтенант держался хватом:

«Братишки! Рубежи нельзя сдавать!»,

А дальше выражался только матом,

Пришел приказ немедля отступать.

Иван тащил по полю командира,

Хотя и сам, с трудом уж мог ползти.

Струилась кровь из рукава мундира,

Знать раненую руку не спасти!

Но близко лес, и только там спасенье,

Осталось метров десять добежать.

И может там закончатся мученья,

Ведь в двадцать лет обидно умирать!

Блеснула очередь из автомата,

Кровь кипятком струилась в сапоги.

А лейтенант закрыл собой солдата,

Все пули в спину, словно в воск вошли.

Хранил наш дед коробку с орденами,

И командира чаркой водки поминал,

Мне говорили, дед кричал ночами,

Во сне он еще долго воевал!.

Спасенный мичман Алексей

Море бурлит, кидает в небо волны,

Свирепый Посейдон отрезал все пути!

Но капитан дает команду: «Полный»!

Там тонет тральщик в милях десяти.