Нина Ахминеева – Софья. Другой Мир 3 (страница 47)

Наблюдая за умелыми действиями Аллы, внезапно поняла — такое ненавязчивое внимание князя чертовски приятно. Вне сомнений, Игорь критично занят, но он не только не забыл о юристе, это предсказуемо, а позаботился о визажисте и парикмахере.

Сердце тихонько защемило. Разумовский помнил, что я гостья в его доме. Догадывался, что наверняка возникнут определенные женские трудности. Конечно, и сама бы справилась, но… Вот вроде мелочь, а как же любо-то!

Время за наведением красоты и облачением в подходящий наряд пролетело единым мигом. Девушки оказались настоящими профессионалами: ни разу мне не пришлось делать замечания или выказывать неодобрение.

Полностью готовая к выходу я посмотрела на себя в ростовое зеркало и одобрительно кивнула.

Светло-серый пиджак с такого же цвета узкими брючками сидели идеально, кипенно-белая блузка чудесно с ними гармонировала. Собранные вверх темные волосы полностью открывали шею и притягивали внимание к лицу, макияж вроде бы и незаметен, но я выглядела бесподобно: сияющая кожа, огромные, выразительные глаза, едва тронутые нежной помадой губы. Зоя с Аллой отменно постарались.

— Спасибо, — искренне поблагодарила девушек.

— Всегда готовы помочь, — за всех ответила Лена, подавая мне длинную серую шубу с капюшоном. — Савелий Павлович уже ожидает в машине, — добавила, направляясь вместе со мной к выходу из комнаты.

Кивнув, коротко обронила:

— Не провожай, — и, не оборачиваясь, пошла уже знакомым маршрутом по извилистым привычно пустым коридорам.

Нравилось ли мне здесь? Честно говоря, не очень. Я любила свободное пространство и тишину, да, но в резиденции Разумовского чересчур уж тихо и безлюдно. Мне больше по душе знать, что в доме есть не только слуги и охрана.

Мысли плавно свернули к сестрам. Сегодня наконец обниму близняшек! Как же хорошо-то!

Едва заметно улыбаясь, вышла на свежий воздух. Знакомый белоснежный автомобиль с тонированными стеклами ожидал у подножия лестницы. Подле задней пассажирской дверцы стоял воин княжеского рода. Заметив меня, он поклонился и предупредительно открыл дверь.

Моментально собравшись, нацепила привычную маску снежной королевы. Кивком поблагодарив сурового мужчину, устроилась на сидении. Встретившись со мной глазами в зеркале заднего вида, Савелий невозмутимо произнес:

— Доброе утро, Софья Сергеевна. Отлично выглядите.

— Спасибо, — я усмехнулась. — А Игорь Владимирович… — намеренно не закончила фразу, ожидая ответа.

— Господин уже в суде, — моментально отозвался умный мужчина.

Через миг двигатель взревел, и автомобиль направился к выезду с территории. А я, не нервничая и не тревожась, принялась вспоминать информацию, полученную от юриста.

В принципе, основные острые моменты он озвучил. Единственное, что беспокоило, — получится ли сдержаться в присутствии садиста-муженька. Как бы ни старалась, готовясь к скорой встрече с этим гадом, в душе поднимал голову… страх. Перемешиваясь с ненавистью, он не давал адекватно мыслить и реагировать.

Тем временем, въехав на заставленную машинами стоянку, Савелий не стал парковаться, а уверенно направился вдоль величественного здания с белоснежными колоннами.

Откинувшись на спинку сидения, я сквозь тонированное стекло угрюмо смотрела на толпы снующих людей с камерами. Журналистов была просто тьма-тьмущая. И если вчера в Степном репортеры меня не особо волновали, то сегодня чувствовалась нешуточная тревога.

С силой сжав кулаки, упрямо стиснула зубы. Ненависть, страх — естественные реакции. Я обязана себя контролировать.

Меж тем, миновав шлагбаум с двумя суровыми крепкими охранниками, автомобиль подъехал к неприметной двери и плавно остановился.

— Мы на месте, — заглушив двигатель, сообщил Савелий. — Надевайте капюшон, незаметно проведу вас к комнате, где будете ожидать вызова. Ваш юрист уже в здании.

Через пару мгновений пассажирская дверца открылась.

Натянула поглубже капюшон и покинула автомобиль. А потом вместе с слугой князя направилась к черному входу.

Ну, с богом.

Глава 28 Княжеский суд

В большом зале Дома правосудия было на редкость многолюдно. В громадном помещении, рассчитанном на тысячу человек, все места оказались заняты. Зрелище действительно предстояло уникальное: светлейший князь Игорь Владимирович Разумовский за время своего правления лишь пару раз лично рассматривал сложные дела.

Первое закончилось оправдательным, а второе обвинительным приговором — подсудимый отправился на пожизненную каторгу. И хотя оба вердикта признавались справедливыми, к княжескому суду обвиняемые и их защитники старались не прибегать.

Светлейшего князя уважали и вполне обоснованно боялись. В отличие от обычного суда, решение Разумовского не подлежало обжалованию. Осуществляя правосудие, он имел право как помиловать, так и лично покарать смертью.

А еще на княжеском суде использовался редкий артефакт правды. Его обмануть нереально, однако опытные судебные юристы знали уловки, чтобы древняя реликвия не отреагировала. Они умели строить фразы так, что вроде и правды не говоришь, однако и не врешь. Но Игорь принял меры: его виртуозно задаваемые вопросы подразумевали лишь однозначный ответ. И артефакт мгновенно сообщал, лжет человек или нет. Так что никто не желал зазря рисковать. Каторга все ж таки получше смерти: городские суды крайне редко выносили смертные приговоры.

Пришедший сегодня на заседание народ был взбудоражен не на шутку. Судит сам — сам! — князь, еще и слушается дело редчайшего мага разума, об этом вот уже целые сутки вещали в сети, газетах и по телевизору. Репортеры добыли информацию о давно позабытых нелюдях и поспешили поделиться с народом. И теперь сам факт существования Потемкина заставлял жителей Южного княжества жутко нервничать. Однако, невзирая на страх, они толпой пришли на процесс.

Щелкали фотоаппараты, черные блестящие объективы видеокамер бесстрастно следили за зрителями, тихонько переругивались меж собой журналисты, воюя за наиболее удачные места. В воздухе разливалось напряжение. С минуты на минуту приведут обвиняемого, займут свои места члены суда, и процесс начнется.

Бледная до белизны Катерина недвижимо замерла на жестком стульчике в первом, пустующем, ряду, предназначающемся для свидетелей. Рядом с вассалом рода Изотовых сидел всего лишь один человек — Ярослав. Воин, как и всегда, сохранял внешнюю невозмутимость.

Наклонившись к Катерине, он едва слышно шепнул жутко нервничающей девушке:

— Не волнуйтесь. Все будет хорошо.

Покрываясь липким потом под прицелом видеокамер, юная дворянка тоскливо глянула на телохранителя и отвернулась. В каких-то десяти метрах прямо перед ней возвышался массивный стол — места судей. Тот пустовал, но девушка настолько накрутила себя и перенервничала за последние сутки, что боялась лишний раз вздохнуть.

Нервно покусывая губы, Катя перевела взор на «виновницу» сегодняшнего процесса. Переполненная чувством собственной значимости начальница отдела опеки не выказывала тревоги. Гордо выпрямившись, она вместе со своим защитником удобно устроилась неподалеку за небольшим столиком.

Тамара Прокофьевна то и дело поверх очков надменно оглядывала репортеров, поджимая губы, презрительно смотрела на видеокамеры и еще не занятую обвиняемым здоровенную клетку. Затем наклонялась к седому представительному мужчине в элегантном костюме и о чем-то тому сердитым шепотом толковала. Защитник же в ответ лишь скупо улыбался и внимательно слушал клиентку.

Люди в зале все чаще и громче переговаривались. Слышались нервные смешки и предположения, чем закончится суд. А в душе Катеньки с каждой минутой нарастал страх, грозя вылиться в безотчетную панику.

Закусив до крови губу, она положила руки на коленки и крепко сцепила пальцы.

«Как хорошо, что нам сказали девочек с собой не брать», — подумала тоскливо, страстно мечтая оказаться прямо сейчас где-нибудь подальше.

Впрочем, Катерина, даже если бы не являлась свидетелем, все равно бы пришла. Юная вассал рода считала себя обязанной хоть как-то помочь восторжествовать справедливости. Теперь она была уверена — в смерти Софьи повинен Потемкин. И пусть по другому поводу, но он должен понести наказание!

Ярослав же прибыл по собственной инициативе, на присутствии телохранителя никто не настаивал. Но воин, так же, как и Катерина, просто не мог остаться в стороне.

Гулко хлопнувшая металлическая дверь заставила девушку вздрогнуть. Испуганно округлив глаза, она, не мигая, смотрела на входящих в зал один за другим рослых воинов. Бесшумно ступая, суровые мужчины в черной униформе княжеского рода встали вдоль стены за столом суда.

Едва они застыли грозными статуями, воцарилась тишина. В гробовом молчании в зал ввели Потемкина.

Не обращая внимания на десятки камер, устремленных в его сторону, маг разума шел горделиво задрав подбородок. На шее и запястьях одетого в строгий костюм мужчины поблескивали металлом блокираторы, однако на его лице Катенька видела все то же надменно-презрительное выражение.

Юная дворянка изумленно хлопнула ресницами. Она не понимала, чем вызвано спокойствие нелюдя. Неужто надеется на оправдательный приговор?

Наблюдая за тем, как Потемкина завели внутрь клетки, девушка обратила внимание на подошедшего к нему стройного моложавого мужчину. Приблизившись к толстым прутьям, маг разума слушал его тихую речь и кивал.