Нина Ахминеева – Сила съякса (страница 58)
И народ, может, и хотел бы не поверить увиденному, но меч Рэймзи, который она держала в тонкой девичьей руке. И перстень рода. Но более всего - взгляд. Людям казалось, что с нежного юного лица девушки на них смотрят прозрачные светло-голубые глаза Ангерарда.
Не менее внушительно выглядели пришедшие с ней асы.
От этих головорезов так и веяло опасностью.
Разумеется, присягу молодой герцогине Рэймзи принесли все.
***
Высидев церемонию на троне, потом, когда все закончилось, Алиана сказала:
- Мне нужен кто-то, кто будет сидеть в этом неудобном кресле вместо меня.
- Но миледи... - усмехнулся Хилмор. - В этом и состоит роль герцогини.
- Увольте. У меня другие дела, и они не терпят отлагательства. Я должна найти Дэмройского и поквитаться с Дайгоном.
- Ммм, - протянул ас, шевельнув бровями. - У вас в планах война. Но я бы не советовал.
- Почему? Вы считаете, моих сил недостаточно?
- Нет, герцогиня, - Хилмор почтительно поклонился. - Вы сильны, возможно даже сильнее своего деда, старого Ангерарда. Но ваш противник опытен и хитер. Дайгон понаторел в интригах, он будет действовать подлостью. Поэтому мой совет - дождитесь Рэйдегара.
Ей показалось, что у нее сердце проваливается куда-то.
Алиана застыла, глядя на него, потом с трудом выдавила:
- Но что же мне делать, пока...
- Вы герцогиня Рэймзи. Целесообразно устроить официальный прием и бал. И больше блеска, пусть ваши противники думают, что вы увлечены этим. Займитесь пока подготовкой, а там видно будет.
- Хорошо, - она обвела взглядом зал и кивнула.
И уже собиралась выйти, но вдруг услышала:
- Леди Ли! Голубушка! Где это видано?!
Колетта быстро шла по залу. Широкие юбки разлетались, няня вся кипела от праведного возмущения, седые волосы растрепались. За ней плелся мученически закатывавший глаза Морис Фалько.
Алиане на какой-то короткий миг даже стало жаль своего гарда. А Хилмор кашлянул в кулак, отвернулся и стал с невозмутимым видом насвистывать.
***
В посмертии время течет иначе.
А Рэйдегару нужно было торопиться. Он обещал свой избранной. Но для того чтобы вернуться в мир живых, у аса путь только один.
И путь этот лежит через смерть. Так и только так.
Выход из ада там же, где и вход.
Можно с какой-то целью призвать аса из небытия. Но ненадолго. И, выполнив задачу, он снова отправится туда, откуда был призван.
Чтобы вернуться к жизни по-настоящему, нужно умереть. Отдать ту странную форму существования, именуемого посмертием, и возродиться. Другого пути уйти отсюда нет, преисподняя крепко держит то, что ей было отдано.
Но даже так.
Найти дорогу назад ас может только в том случае, если в мире живых есть та, к которой привязано огненное его сердце. И решаясь на этот шаг, ас никогда заранее не знает, получится ли. Ждут ли его еще?
Ведь время здесь течет иначе.
Рэйдегар не знал, день прошел, час или год и сколько еще времени уйдет, пока ему удастся задуманное. А его маленькая упрямая жена осталась там одна. И потому он отчаянно спешил.
Вот только в посмертии ас ведь сам не умрет. Если ему не «помочь».
А ему надо было быстро.
Поэтому, выбрав место, он взрезал себе запястье и стал ждать. Твари вились вокруг него кольцом, выли и царапали когтями растрескавшуюся землю, покрытую коркой пепла. Рэйдегар слышал, как они жадно принюхиваются и сглатывают, но ни одна гадина не посмела подойти к нему.
Мало крови. Надо больше.
Он взрезал и вторую руку, закапала на черную землю кровь, растеклась огненной лужей, потянулись ручейки по трещинам. Вой поднялся еще громче, теперь твари вились вокруг него целой тучей, казалось, скоро весь ад слетится сюда на его кровь.
«Ну же!» - оглядывал он их и ждал, когда подойдут ближе.
Медленно. Долго!
Наконец первые, самые голодные, не выдержали, стали подходить к краю натекшей лужи и жадно слизывать кровь. Постепенно дурея от запаха и утрачивая осторожность. Когда их стало достаточно много и они окружили его плотным кольцом, Рэйдегар сам на них бросился.
***
Для его величества Дайгона время с некоторых пор текло странно.
То неслось рывками, то замирало.
Пока готовилось покушение на Рэйдегара и девчонку Рэймзи, Дайгон контролировал все,мог отслеживать малейшие изменения в обстановке, Он готовил эту операцию несколько месяцев и ждал с нетерпением, когда же все наконец произойдет.
Но вот оно произошло, а у него почему-то не было уверенности. Не наступало удовлетворение. И вроде бы причин сомневаться не было. В том ущелье творилось страшное, выгорело все, живых остаться не должно было. Но...
Время как будто замерло, застопорилось. Странное, нехорошее предчувствие дрожало на одной ноте где-то на периферии сознания. Король не находил успокоения. Как будто он подспудно ждал чего-то.
Удар случился на третий день, когда к нему тайно явился Дэмройский. Грабэн был в панике, от него несло страхом и старческим кислым потом.
Его величество Дайгон слушал его с каменным лицом, а внутри лавой кипел черный гнев. Жива девчонка Рэймзи? Наследница взойдет на престол?
Пальцы непроизвольно скрючились. Наместник в его глазах был уже трижды мертв, растерзан с особой жестокостью. Однако его величество не показал этого внешне и на мольбу Грабэна о помощи ответил доброжелательно и ровно:
- Не волнуйтесь, друг мой. Мы обязательно посмотрим, что можно сделать.
Глава 30
Тварей было множество, и неизвестно, сколько времени это продолжалось, но наконец огонь охватил Рэйдегара и вынес куда-то. Он отключился, когда вокруг него стал брезжить яркий белый свет, а потом все взорвалось ослепительными лучами.
«Так вот она какая, смерть», - успел он подумать, прежде чем потерял сознание.
Приходил в себя медленно. Болело все, и, кажется, была ушиблена голова, потому что он вроде бы приложился обо что-то затылком. Самое неприятное заключалось в том, что он ничего не помнил.
Но над головой было синеватое ночное небо, а в нем луна и звезды.
Он успел заметить только это и снова отключился.
***
Когда очнулся во второй раз, над головой ярко светило солнце. Солнце откровенно пекло, под спиной ощущался здоровенный камень, у него затекли шея, руки и ноги. И все это говорило о том, что он, кажется, живой. Рэйдегар с трудом разлепил глаза, закашлялся и попытался сесть и оглядеться.
Да, он снова был таким, как себя помнил. Та же маска, черный плащ, даже одежда почти не пострадала.
Мм-м. В голове немедленно взорвался сноп боли, он сцепил зубы и поморщился. Вокруг была каменистая пустыня, какие-то скалы. Он понятия не имел, что это за место. А солнце палило уже нещадно, до рези в глазах, и маска не спасала. У него мелькнула мысль, что надо бы переместиться в тень.