Нина Ахминеева – Попаданка 2 (страница 42)
— Конечно — конечно, — моментально отреагировала педагог. — Опаздывать не следует.
— Всего доброго, — мило улыбнувшись, я торопливо пошла к аудитории.
Не скажу, что педагог по истории мне не нравилась. Нормальная женщина. Просто не знаю, о чем с ней разговаривать. А в очередной раз убеждать, что я не сволочь, честно признаться надоело.
Зайдя в шумную аудиторию, нашла взглядом Аннушку: та сидела, как и прежде на самом верху. Поднявшись по крутым ступенькам, я уселась рядом со старостой. Думая о своем, обронила:
— Привет.
Достав из рюкзака планшет, тетрадь и ручку, покосилась на странно молчаливую Анну. Однозначно нервничая, та сосредоточенно рылась в своей сумке. Подперев кулаком щеку, я немного понаблюдала за дерганными движениями девушки. Не меняя позы, негромко спросила:
— Что стряслось? Реклама получилась настолько плохая?
Замерев, Аня несколько ударов сердца не шевелилась. Затем поерзала на лавке и громким шепотом сказала:
— Света говорит, что реклама должна в первую очередь привлекать внимание. Эта точно привлечет, — положив предо мной мобильный, Васильева смущенно потупила взгляд.
Прочитав рекламный слоган, я не смогла сдержать улыбки. Воин с трусами на голове? Креативно. Прям очень. Юная рекламщица оторвалась по полной. Я бы точно на такое не согласилась. Однако сделанного не воротишь. Что появилось в сети, там и останется. Впрочем, кто знает? Может и сработает как надо.
Пристально посмотрев на Васильеву, подалась к ней ближе:
— Ты поэтому так дергаешься? — указала пальцем на рекламную картинку с воином и двумя девицами в трусах. — Или
Дочь купца тяжко вздохнула, с неохотой кивнула. Взяв мобильный, шустро потыкала в дисплей. А после не спеша мне показывать, сердито сказала:
— Гадости про тебя пишут. Вот это везде, — протянув мне гаджет, она нахохлилась словно воробей.
Удивленно хмыкнув, вновь взяла телефон и не поверила своим глазам. Про меня писали в сети. Причем в прямом смысле смешивали с грязью. Анонимный автор безапелляционно заявлял о моей сексуальной озабоченности; рассуждал, что над нимфоманкой двойной звездой непременно нужен жесткий контроль, иначе беды не оберешься. Дескать прямо на улице начну силой брать мужчин. И много-много раз упоминал о том, какое я тягостное бремя для рода, что решиться сделать меня своим членом.
Все мерзопакостные тексты сопровождалась фотографиями. Если бы просто моими — не беда. Можно ссылаться на бред сумасшедшего. Однако порочащая мою репутацию сволочь постаралась на славу. На всеобщее обозрение этот гад выложил фото, которые не сложно трактовать двояко.
На одной фотографии я сидела за столиком с худощавым юношей. Определенно это моя встреча с «фээсбэшником». Не помню, что б вообще улыбалась службисту. Однако удачливый папарацци умудрился запечатлеть меня с сексуально-загадочной полуулыбкой.
На другой фотографии выходила из машины барона Росса, шла к машине Алексея Пожарского. И уже на следующей меня страстно целовал граф Алексей Васильевич Пожарский.
Твою ж мать! Меня реально делали озабоченной нимфоманкой!
Краем уха услышав звонок, извещающий о начале лекции, даже не пошевелилась. Злость, буквально клокотала в груди.
Совладав с эмоциями, я посмотрела на Аню, глухо спросила:
— Случайно не знаешь чьих рук дело?
— Нет, — староста отрицательно помотала головой. — Ни малейшего представления. Влад, что будешь делать? — прошептала на грани слышимости.
— Пока не знаю. Но эту тварь безнаказанной не оставлю, — скрипнув зубами, я сжала кулаки добела.
Утро следующего дня. Московский особняк барона Росса
Из открытого окна веяло прохладой. Положив ладони на подоконник, барон Росс нечитаемым взглядом смотрел на свои кисти. В предрассветных сумерках пепельно-серая кожа и длинные черные когти выглядели угрожающе-отвратительно.
Минувшая ночь, как и предыдущая принесла адские мученья, но он вновь выдержал. И вот уже несколько часов наблюдая за руками, мужчина видел, как когти уменьшаются. Константин определенно возвращался к привычному облику. Однако легче от этого не становилось. Темный маг знал, что неумолимо превращается в
— Господин, — послышался тихий голос Гурова.
— Что? — не оборачиваясь бросил Росс.
— Спецы вычислили, кто выкладывает в сеть статьи про Метельскую.
Не шелохнувшись, глава рода сухо спросил:
— Неприкосновенные?
— Нет. Это графский род Пожарских, — твердо ответил Матвей.
Хмыкнув, Росс помолчал, а после распорядился:
— Сегодня же передай эту информацию Владе через наставницу. Прикажи охране особняка Метельской усилить бдительность.
— Будет исполнено, — молниеносно отреагировал Гуров. Спустя короткую паузу, он тихо спросил: — Константин Александрович, а вы сами не поможете Владиславе Юрьевне? Один ваш звонок Федору Лукичу и все ведь закончится.
Резко развернувшись, барон пристально посмотрел на безопасника черным, как сама тьма, взором. Не дрогнув и не отводя глаз, Матвей ожидал ответа.
— Мое вмешательство утихомирит Пожарских, но не восстановит репутацию Метельской, — сдержанно произнес Росс. — Влада уже сейчас стоит армии воинов и должна сделать это сама. Иначе с ней никто считаться не будет, — неожиданно усмехнувшись, темный маг добавил: — Лукич допустил стратегический просчет. Эта девочка совсем не такая слабохарактерная, как он думает. Ступай. И позови моих эскулапов. Извелись уже в ожидании очередных тестов, — барон поморщился.
— Слушаюсь, — четко отрапортовал Гуров и вышел из комнаты.
Вновь отвернувшись к окну, Константин мельком глянул на свои руки и крепко смежил веки. Он неистово желал защитить Владу от всех невзгод. И что уж скрывать, жутко ревновал ее к Алексею Пожарскому. Однако просто-напросто не имел морального права вмешиваться в жизнь любимой женщины.
Поиграв желваками на скулах, Константин беззвучно прошептал:
— Ты справишься, девочка.
Глава 28
На улице весело щебетали птички. Хмурясь, я сидела за рабочим столом и битый час читала план по финансовому оздоровлению моей фабрики. Точнее, пыталась. Сосредоточится на тексте и цифрах, не получалось. Мысли то и дело соскальзывали на глобальную проблему.
Статьями, а главное, этими чертовыми фотографиями анонимный «доброжелатель» опустил мою репутацию ниже плинтуса. Причина нагловатого поведения столичного мажора теперь-то очевидна. Можно и не сомневаться, что это еще цветочки. Дальше будет только хуже.
Если экстренно не накажу «анонимуса», то не только на репутации, но и на родовом бизнесе можно ставить жирный крест. А в свете возможного лишения дворянства будущее выглядит еще мрачнее. Не только мое, но и маленького Пети.
Меня реально загнали в ловушку. И из нее необходимо выбираться как можно скорее. Однако для этого надо знать имя врага! Своими силами гада точно не найду. Из знакомых только студенты-недоучки. А тут нужна помощь профессионалов. Причем высококлассных.
Попросить Иванова? Его служба, вне сомнений, найдет злодея, даже не напрягаясь. А может статься, уже знают. Да вот только обращаться, за помощью к «фээсбэшнику» себе дороже. Неизвестно, что попросят взамен. К тому же не исключено, что спецслужбы все это и затеяли. Ничейная двойная звезда — слишком лакомый кусок. Иллюзий, что местное «Фсб» просто так оставит меня в покое — не питала.
— Уф-ф-ф, — шумно выдохнув, раздраженно отодвинула от себя папку с бумагами.
Откинувшись на спинку кресла, я напряженно размышляла и машинально хрустела костяшками пальцев. У Кости, однозначное есть нужные мне спецы. Вопрос: а захочет ли опять помогать?
Упрямо поджав губы, отрицательно качнула головой. Пойти самым логичным путем мешало банальное женское самолюбие.
— Ты как тут? — отвлек от тягостных дум заботливый голос наставницы. Подруга знала о моей беде. Я сама вчера рассказала. Собственно, поэтому Рая и не стала настаивать на сегодняшней тренировке. Обе прекрасно понимали, что мне не до физических упражнений.
Я мрачно посмотрела на Светлакову и хрипло призналась:
— Думаю, как наступить себе на горло и попросить Росса помочь.
Сев на край кровати, женщина помолчала, затем негромко сказала:
— У меня есть давний знакомый — преподаватель информатики. Я попросила оказать содействие.
— И что? — я застыла от напряжения.
— И ничего, — Раиса сокрушенно вздохнула. — Сказал, что этот анонимный писака — профессионал и пользуется какой-то навороченной защитой. На взлом требуется время, которого у него нет.
— Испугался? — я понимающе усмехнулась.
— Скорее всего. Он простолюдин, — задумчиво потерев лоб, Рая предложила: — Пожалуй, тебе и правда стоит обратиться к барону. Дальше будет только хуже, — добавила безапелляционно.
Мысли сходятся.
Хмыкнув, я сцепила руки за головой, смежила веки и вновь погрузилась в размышления. Любимый мужчина четко дал понять, что не нужна ему. И вот как после этого просить о помощи⁈ На коленях, да ползком от двери?
— Посмотри на меня, — неожиданно строго попросила Рая. Открыв глаза, я вопросительно изогнула бровь. Не отводя от меня напряженного взора, женщина твердо сообщила: — До сих пор Константин Александрович не обращался ко мне за информацией о той двойной звезде, что уничтожила его род. Тебе он дал понять, что выбирает месть. Несостыковку видишь?
А ведь и правда. Как-то этот момент упустила.