Нил Стивенсон – Падение, или Додж в Аду. Книга вторая (страница 61)

Впрочем, это Прим лишь угадывала или восстанавливала по памяти. Ибо, как пела Плетея, вся Твердыня была накрыта куполом из склепанных между собой изогнутых железных пластин, грубых, как те боевые шлемы, что кузнецы-ульдармы куют для ульдармов-воинов. От обода отходили железные полосы и цепи, скованные между собой и с железными плитами на окнах и дверях. Издали это напомнило Прим воз, который хозяин нагрузил всевозможным добром и обмотал веревками вдоль и поперек, завязывая узлы где попало, пропуская одну веревку под другой и натягивая изо всех сил, без всякой заботы о красоте – лишь бы держало надежно. Возникала даже мысль, что вся эта грубость – сознательная насмешка над красотой заключенного внутри.

Наковальня под ногами содрогнулась. Прим глянула в другую сторону. Безднир повернулся и шел к ней! Однако, пока она стояла, парализованная ужасом, великан шагнул к огромной железной пластине, которую Прим заметила раньше. Она думала, это деталь купола, по каким-то давно забытым причинам не пошедшая в дело. Может, так оно и было, но Безднир собирался пустить пластину в ход. Он подцепил ее когтями и повернул вогнутой стороной к себе. Там, как ремень у щита, была приклепана цепь. Великан забросил пластину на плечо.

Пока это происходило, Прим могла видеть мост. Путник в белой хламиде уже дошел до первой сторожевой башни, спокойно поднял руки, и мост начал расти перед ним. Путник двинулся вперед, ступая босыми ногами по настилу, которого не было мгновение назад. Опорная арка удлинялась с той же скоростью. Ближний обрубок моста заклубился хаосом, как рассеченная рука Марда, и потянулся через пролом к северу, навстречу другой половине.

Безднир поднял с земли звено цепи, валявшееся тут тысячелетиями. Оно было согнуто из железного стержня толщиной с туловище взрослого мужчины. Великан распрямился и метнул звено прямиком в Эла – ибо путником на мосту мог быть только сам Эл. Он увидел летящее звено и небрежным взмахом руки остановил его в воздухе. Оно рухнуло с лязгом, проломив мост, который Эл, впрочем, тут же восстановил, так что почти не замедлился. Безднир бросил другую железяку с тем же результатом: мост в целом продолжал расти. Пролом уменьшался. Эл шел вперед.

Уже совсем рассвело. Прим видела Корвуса – тот кружил над Бездниром и, видимо, давал советы. Каким-то образом он сумел достучаться до тупых великаньих мозгов, потому что Безднир оторвал взгляд от Эла и посмотрел прямо вверх. В следующее мгновение он вскинул щит, и как раз вовремя: с неба прямо ему на голову падала каменная глыба размером с дом. От звука, с которым она отскочила от железной плиты, у Прим заныло под ложечкой.

Прим подняла голову и увидела, что другая глыба падает прямо на нее. И не одна, а множество глыб сыпалось с Нависающей скалы. Эл каким-то заклинанием изменил там направление силы тяжести. Прим еле успела пробежать по наковальне и спрыгнуть под выступающую часть, как огромный валун разлетелся на куски там, где она стояла мгновение назад. Она скатилась по лестнице, тут же перевернулась на спину и глянула вверх, ожидая новых камней. Стратегия Эла была ясна. Он знал, что ему противостоит Смерть, и должен был ее сдержать.

Раз так, ей не следовало приближаться к друзьям, чтобы не подвергать их опасности. Они поднимались по длинной лестнице к воротам Твердыни, где на цепях криво висел огромный замок, и уже преодолели большую часть пути. Прим видела, как у замка кружит огонек, ныряя в замочную скважину и обратно. Лин тоже был там и взбирался по цепи, как паук по ниточке. Кверк и Мард уже добрались до замка. Мард запустил в него ауральную руку – наверное, вычищал скопившиеся за тысячелетия пыль и снег. Хвощ поднималась рядом с Эддой, медленно и мучительно преодолевавшей ступеньку за ступенькой. Прим догадывалась, что та ободряет Эдду, которая выглядела теперь древней старухой, согнутой под непомерным бременем. Хвощ ничем не могла ей помочь, кроме как восхвалять каждый ее шаг и уговаривать сделать следующий.

У моста шел поединок, и Прим жалела, что не видит его в подробностях и не сможет сложить о нем песню или рассказать о нем мастерице, которая изобразит это на ковре. Может быть, Эл сейчас полностью занят боем с Бездниром. Да почти наверняка! Возможности Эла не безграничны. Иначе почему бы он так страшился Ждода? Почему в Ждодово отсутствие не переделал Землю по своему вкусу?

И он боится Прим. Боится настолько, что уже попытался ее убить.

Знает ли Эл, что у них есть ключ от Твердыни? Ключ наверняка лежал в Кубе долгое время. Знай Эл про это, он бы его уничтожил. Они извлекли ключ на свет только сегодня утром, а Эл шел за ними через Область Бурь много дней. Значит, он здесь не из-за ключа.

Он здесь из-за Софии. Еще в самом начале Подвига Эл как-то узнал, что через Второэл будет проходить некая необычная особа, и сообщил об этом Элошлему. Смерть Элошлема и других подтвердила страхи либо подозрения Эла: София на Земле и знает о своей силе. Он сделал попытку настичь ее на Вопросе, но она исчезла. Эл, вероятно, знал о тоннелях хаоса, созданных Плутоном, и догадался, что она ушла одним из таких. Он отправился к Затерянному озеру и двинулся по их следам. Теперь он здесь и осыпает глыбами щит Безднира, идя по восстановленному мосту. Безднир одной лапищей держал над собой щит, а другую выбрасывал вперед, однако не мог проникнуть сквозь окружавшую Эла ауральную сферу.

На глазах у Прим его когтистая лапа замерла в воздухе и рухнула в Бездну, словно отрубленная. Великан довольно быстро заменил ее валявшимися неподалеку клещами – вероятно, в свое время ими держали исполинский тигель. Но за это время Эл преодолел мост и достиг ближнего края Бездны. Прим хватило присутствия духа сообразить, что Эл, временно выведя противника из строя, вновь попытается убить ее. И она не ошиблась: несколько крупных глыб сорвались с Нависающей скалы у нее над головой. Впрочем, Прим их вовремя заметила и без труда увернулась.

Она больше тревожилась за товарищей на лестнице перед Твердыней. Они, занятые замком и ключом, скорее всего не знают, что Эл преодолел пропасть, и не смотрят вверх. Однако Эл и не рушил на них глыбы. Это подтверждало догадку, что Эл не знает о ключе. Наверное, он спрашивал себя, чего ради София с великими трудами отправилась в это место, где ее сила бесполезна, однако сейчас его занимало одно: как с ней покончить.

Так что Прим поднялась по лестнице на плоскую вершину наковальни, повернулась спиной к Твердыне и дошла до северного края, где Эл точно ее увидит. Она почти видела на себе его взгляд, когда Эл улучал мгновение средь схватки с Бездниром. Еще чуть-чуть, и она сможет посмотреть ему в глаза и убить его. Однако он знал ее силу и не приближался. Итак, она могла его сдержать, просто стоя здесь и оставаясь в живых. И тогда Эл не доберется до тех, кто, неведомо для него, приближается к Твердыне с ключом. Поэтому она стояла на месте, наблюдая за схваткой, готовая к новым попыткам Эла ее убить.

И он находил время для таких попыток. Несколько раз удары Безднира обращали его почти в бесформенную ауру, но он всякий раз восстанавливался до того, как враг успевал атаковать снова. Бездниру на это требовалось больше времени, зато у него был неограниченный запас того, из чего он состоял: хаоса и камней. В какой-то момент исполинская глыба расплющила великана на самом краю бездны, рядом с мостом, и Прим испугалась, что он соскользнет в хаос. Но вместо этого хаос поднялся к нему и восполнил утраченные части, а глыба, придавившая Безднира, приросла к его спине, добавив ему крепости. Так эти двое сражались, и Прим не решалась перебежать на другой конец наковальни и глянуть, как дела у Эдды. Однако она заметила стаю молниевых медведей на леднике. Они двигались к мосту, а среди них Прим различила нечто более темное. Сперва она решила, что это автохтон, поскольку он скакал на коне.

Однако автохтона медведи бы уничтожили. Они не атаковали, а сопровождали всадника. Или, вернее, всадницу.

Эл вроде бы тоже это заметил. Прим почти читала его мысли. Он не хотел сражаться с Бездниром между Смертью с одной стороны и неведомой всадницей на стремительном коне. Эл вырос многократно и обрушил на Безднира столько ударов с разных сторон, что тот рассыпался беспорядочной грудой валунов и хаоса. Почти вся она водопадом ссыпалась в ущелье. Прим чувствовала, что великан жив. Он вернется. Но за то время, когда он будет заново собираться из камней, Эл сможет заняться другими делами. Он быстро глянул на Софию, повернулся к мосту и взмахом руки обрушил его в Бездну.

Прим уже научилась смотреть вверх, когда у Эла появлялось время ее атаковать. Глянула она и сейчас, но ничего не увидела. Однако у нее закружилась голова, как иногда бывает, когда смотришь вверх, да так сильно, что она рухнула на колени. Прим ощутила боль в груди и попыталась схватиться за это место, но рука наткнулась на что-то твердое.

Прим глянула вниз. Ее грудь насквозь пронзила черная стрела. Эл наколдовал ее и выпустил в Прим за мгновение короткого взгляда. Древко было уже окутано аурой тающего вокруг тела.

Прим завалилась на бок. Из-под полуприкрытых век она видела, как всадница вылетела на мост и натянула поводья перед новым провалом. Сзади по леднику спускались молниевые медведи.