Нил Шустерман – Рокси (страница 4)
— И что это у нас здесь? — мурлычет Крис, уставившись на девушку. Он мрачно улыбается, сверкая всеми своими гранями. Или, может, это лишь блестки на его ногтях. — Аддисон, ты нас не познакомишь?
Тот обреченно вздыхает.
— Крис, это… это…
— Кейтлин, — подсказывает девушка.
— Точно. Кейтлин. — Аддисон забудет ее имя, как только она скроется с его глаз. Я тоже. Потому что мы живем одним мгновением.
— Очень приятно, — произносит Крис. Затем берет тонкую кисть девушки, его пальцы смыкаются вокруг ее ладони, словно венерина мухоловка вокруг комара. — Танцуй, — приказывает он и ведет ее на танцпол. Она не сопротивляется. Впрочем, если бы и сопротивлялась, это не имело бы значения. Крис всегда добивается своего.
Аддисон смотрит им вслед, сжав губы, — видимо, в попытке удержать в себе то, что хотел бы высказать.
— Мог бы дать мне немного больше времени с ней повозиться, — цедит он.
— Крис не из таких, — напоминаю я ему.
Под вспыхивающими огнями Крис и девушка начинают свой танец. Для нее он ничем хорошим не закончится. Потому что еще до исхода ночи Крис затянет ее в VIP-салон. Интимный. Смертельный. Там она получит все, о чем когда-либо просила, и целую кучу того, о чем не просила. VIP-салон — это место, где разворачивается настоящий Праздник. Девчонке привалила удача, ибо Крис — сияющее сокровище своей линии. Она совершила очень выгодный обмен.
Аддисон трясет головой.
— Не нравится мне стиль Криса, очень не нравится. Я бы хотел, чтобы моим начальником был ваш босс.
— Лучше не надо.
— Да ты смеешься?! Хиро никогда не покидает своего потаенного кабинета. Позволяет вам приводить своих протеже к нему, когда вы уже вволю натешились.
Я не пускаюсь в спор. Никому не дано знать, каково приходится звеньям чужой цепи.
— Пойдешь искать кого-нибудь свеженького? — спрашиваю я.
— Зачем? Чтобы его тут же увели?
— Возможно, Праздник попросту не для тебя, Аддисон? — Хотя я произношу это с дружеским участием, он воспринимает мою фразу как удар под дых.
— Все на свете меняется, Рокси. Крис не вечно будет оставаться главой моей линии. Сообразительный игрок всегда найдет способ вскарабкаться по карьерной лестнице.
Я едва сдерживаю смех, но решаю пощадить его чувства. И так над ним хохочут все в его линии.
— Сообразительный игрок — это не ты ли?
— Почему нет?
— Ты ни разу никого еще не привел в VIP-салон. Никого не довел до конца. Просто ты не такой.
Он злобно таращится на меня.
— Если я еще этого не сделал, это не значит, что не смогу! — И он устремляется прочь, исходя негодованием.
Я выхожу на террасу глотнуть свежего воздуха. Клуб находится на невероятной высоте, откуда открывается захватывающий вид на весь мир, на огни бесчисленных городов — всех городов на свете. Огни горят всегда, ибо здесь царит вечная ночь. Посетители могут меняться, но сцена остается одной и той же. Бар никогда не закрывается. Диджей никогда не выключает музыку. Это место существует в то золотое мгновение, когда бас становится особенно глубоким.
Я присоединяюсь к Алу, который тоже вышел на воздух и стоит у перил, глядя вниз на мир. На его тревоги и радости. На ветры, которые могут и вознести тебя, и разорвать в клочья.
— Да там, похоже, сплошные праздники, — замечаю я.
— Существует только один Праздник, — возражает Ал. — Все остальные лишь его бледное подобие. Люди хотят дотянуться до него, ощутить его, но не могут найти. Им нужно приглашение.
И тут слева от меня раздается голос:
— А вам никогда не хочется достигнуть большего?
Я разворачиваюсь и вижу худосочную особу с неопределенным выражением лица, в платье с яркими разводами. На шее у особы висит массивное бриллиантовое колье, совершенно выбивающееся из стиля. Если это вообще можно назвать стилем.
— Большего? — переспрашивает Ал. Мысль явно забавляет его. — И как же, Люси[6]?
— Ты знаешь, как, — отвечает Люси, словно это само собой разумеется. — Надо найти наше истинное предназначение. Расширить пределы.
— А, ну конечно, — продолжает глумливо улыбаться Ал. — Удачи!
— Мы такие, какие есть, Люси, — осаживаю я ее. — Мы не изменимся, так что примирись с этим.
— Ладно, — соглашается она, — но так приятно помечтать!
Люси направляется обратно в помещение, широко разведя руки и наклоняясь из стороны в сторону, словно вообразила себя самолетом.
— Терпеть ее не могу, — произносит Ал. — Есть у нее в глазах что-то такое… не от мира сего.
Он тоже уходит внутрь, чтобы поприветствовать новоприбывших и освежить содержимое бокалов.
Я задерживаюсь, глядя на бесчисленные созвездия огней.
«Неужели вам не хочется достигнуть большего?»
Вопрос сердит меня. Я и так хороша! Я на пике своей игры. Любима всеми, чье мнение имеет вес, и ненавидима остальными, ибо они хотели бы быть мной.
Аддисон, конечно, может сетовать, но мне жаловаться не на что. Для меня настало время вернуться обратно в мир и уловить в сеть новую добычу. Пора найти себе очередного протеже.
4
— Массачусетский технологический, Стэнфорд, Принстон или Калтек, — перечисляет Айзек своему консультанту по учебным вопросам. — В этих вузах лучшие аэрокосмические программы в стране.
Мистер Демко кривит рот в снисходительной усмешке:
— Так ты, значит, хочешь стать астронавтом?
— Нет, — терпеливо возражает Айзек. Демко сделал то же неверное предположение, что и все остальные. — Я хочу строить корабли для астронавтов. Стать конструктором космических двигателей.
— Ах вот оно что. — Демко тут же принимается стучать по клавиатуре, видимо, пытаясь быстренько разузнать что-либо о подобных программах. Не то чтобы Айзеку не нравился мистер Демко — ему не нравится, что приходится заниматься обучением собственного консультанта по учебе.
— Итак… ты хочешь в конечном итоге работать в НАСА?
— В Лабораториях реактивного движения, — подтверждает Айзек. — Это подразделение НАСА. Они, так сказать, поднимают груз тяжелой работы на своих плечах. До того, как груз действительно начнет подниматься.
У друга Айзека, Чета, дядя работал раньше в ЛРД, так что по крайней мере, один потенциальный контакт имеется. Скромная мечта Айзека заключается в том, что он поработает какое-то время в ЛРД младшим инженером, а потом его заметят охотники за талантами из SpaceX или какой-нибудь другой передовой аэрокосмической корпорации, которая к тому времени выйдет на сцену. Он знает, что заглянуть за горизонт уже означает сделать шаг в нужном направлении. А уж там его поджидает сказочный шанс…
— Есть много вузов с отличными аэрокосмическими программами, — говорит мистер Демко. Затем, просмотрев список учебных заведений, появившийся на экране, улыбается: — Точно, МТИ, Стэнфорд, Принстон и Калтек, как ты и сказал… Но, может, тебе стоило бы расширить круг? Нет, я не утверждаю, что тебе эти вузы не по зубам, но посмотри: проходной балл в МТИ — 4,18.
— Знаю. А у меня только 3,77. Но ко времени поступления я могу повысить его до 3,93. И еще я знаю, что в прошлом году МТИ принимал абитуриентов и с баллом ниже 4,0.
Мистер Демко еще раз проверяет список.
— Говорят, ты играешь в футбол[7]?
— Да…
— И как? Хорошо играешь?
Айзек пожимает плечами, понимая, куда клонит Демко.
— Вообще-то я капитан команды. Но получить стипендию как футболист… Многие на это надеются, и никто никогда не получает.
Услышав это, Демко фыркает.
— Ты реалист! В этом у тебя преимущество перед другими учащимися, с которыми я работаю. — Он наклоняется ближе: — Но тут такое дело. Простой кивок футбольного агента поднимет тебя над верхней границей облаков. Даже без всякой стипендии этот кивок приравняет 3,77 к 4,0…
И хотя Айзеку и самому приходила в голову эта идея, в устах консультанта она обретает реальные черты. Стипендия — почти несбыточная фантазия. Но кивок? Это дело вполне обычное.