Нил Ландау – Сценарий сериала. Как написать историю, достойную Нетфликса (страница 9)
В первые десятилетия телевидения отвечать на этот вопрос не стремился никто из игроков ТВ-бизнеса. Первые телевизоры были роскошью, которую, как и рекламируемые в перерывах товары, не могли себе позволить бедные и бесправные люди. Малоимущий низший класс, в том числе иммигранты, был невидим, если только не появлялся как стереотипные и стигматизированные преступники, бандиты, проститутки и „прислуга“. Нужда белого сообщества в комфорте и уверенности способствовала росту предсказуемых счастливых концов. Мы всегда на 100 % знали, кто преступник, потому что подозреваемый в конце признавался, выражал раскаяние и объяснял свои мотивы полицейским или супергероям, после чего его уводили прочь в наручниках. Уверенность и предсказуемость были краеугольными камнями телесериалов в последние пять десятилетий (за исключением сериалов Нормана Лира, Тома Фонтаны и Стивена Бокко; все они – белые мужчины, но их сюжеты прекрасно отражают проблемы реального мира).
С революцией цифрового телевидения публика переросла формальный и предсказуемый подход и обратилась к неоднозначным серым зонам сложных, небезупречных героев, антигероев и антагонистов в сериалах, отрицающих стереотипы и легкие решения. Аудитория стремится к хаотичному, часто иррациональному миру, в котором мы живем. Сегодняшние первопроходцы контента создают сериалы, стоящие на суровом реализме, неуютном, намеренно жестком юморе и иронии. Возможно, некоторые из них даже слишком умны. Но большинство бросает вызов нашим ожиданиям в отношении устоявшегося жанра, раздвигая границы и заставляя нас сомневаться в существующем положении вещей.
Истина где-то рядом, но это скользкий и субъективный путь
„Народ против О. Джей Симпсона“ не без причины настолько соответствовал духу времени; мы словно не знали исхода дела о двойном убийстве. Сейчас, когда мы можем что угодно снять на видео (а еще у нас есть видеорегистраторы, камеры на дорогах и наблюдение со спутников), мы уверены, что кто-то где-то знает больше: если правда так легко вышла на свет, это наверняка заговор. За „Секретными материалами“ последовали „Мистер Робот“ и „Человек в высоком замке“, созданный одним из создателей „Секретных материалов“ Фрэнком Спотницем. В популярности этих сериалов ключевую роль играет паранойя.
В прошлом, если мы понимали, как решить загадку, и оказывались правы, мы могли похлопать себя по спине за то, что мы умны. Сегодня мы скорее переключим канал. Наша нынешняя жизнь интерактивна. Предсказуемая сюжетная линия в лучшем случае разочаровывающе вторична, в худшем – оскорбительна для нашего разума. В сегодняшнем ландшафте стриминговых сервисов ясно одно: публике нужен выбор. И напротив, если мы не смогли устоять перед захватывающей историей, мы, как и в случае с хорошей книгой, не хотим, чтобы она заканчивалась. Зрителям нужны сюжетные повороты. Нам нравятся флешбэки, проясняющие и оправдывающие неудачные решения героев и героинь. Раскрытое дело, взломанный код, вылеченная болезнь, даже искупление – все это возможно, если достоверно и активно заслужено. Публика любит щепотку магического реализма и/или мистики, но отвергает deus ex machina[21],удобные совпадения и простые средства. Запоминающиеся персонажи много работают и много играют и часто очень ответственны. Героические – стремятся спасать жизни, но склонны к саморазрушению.
В моей последней книге TV Outside the Box: Trailblazing in the Digital Television Revolution я анализировал разницу между новым экзистенциальным детективным сюжетом и старыми, более традиционными детективами. „Настоящий детектив“ от канала НВО (2014–2019 годы) – это не обычная детективная история; сериал экзистенциален, это общепринятый жанр с сюжетным твистом, он созерцателен и задается вопросом „Кто мы есть?“. Сценарист, создатель и шоураннер Ник Пиццолатто выучил два важных урока: один перед началом первого сезона^ второй после. Пиццолатто начал карьеру с часовой драмы канала АМС „Убийство“, расследующей трагическую смерть девочки-подростка Рози Ларсен. Когда автор адаптации датского оригинала Forbrydelsen (“Убийство“) и шоураннер Вина Суд решила не раскрывать убийцу Рози в конце первого сезона, медленное развитие оттолкнуло аудиторию. На самом деле реакция была столь негативной, что АМС чуть не закрыли сериал. Урок выучен: преступника нужно раскрыть в конце первого сезона. Пиццолатто также познал боль, последовавшую за феноменальным успехом первого сезона „Настоящего детектива“ и неудачей второго сезона. Урок выучен: расставаться трудно, особенно с такими актерами, как Мэттью МакКонахи и Вуди Харрельсон, сыгравшими в первом сезоне уникальных, культовых персонажей. После потрясающей оригинальности трудно создать еще более потрясающую оригинальность, но, возможно, дело во времени. После долгого перерыва мы с нетерпением ждем третьей попытки Пиццолатто. НВО дали зеленый свет третьему сезону с Махершалой Али в главной роли и Джереми Солнье в кресле режиссера. События происходят в Озарке, следуя за жестоким преступлением и загадкой на протяжении трех разных отрезков времени[22].
„Фарго“ от FX избежал проклятия второго сезона благодаря трансцендентному сюжету своего второго сезона, события которого происходят в 1970-е. Автор адаптации и шоураннер Ной Хоули превзошел наши ожидания, добавив диско, движение за права женщин, программы самопомощи ЭСТ-тренинга и НЛО – и мы проглотили все это, словно вафли из ныне печально знаменитой Waffle Hut[23].
Загадка длиной в сезон
Мы уже приняли медицинские процедуралы с неожиданным поворотом – „Доктор Хаус“, „Дорогой доктор“, „Анатомия страсти“; юридические процедуралы с поворотом – „Хорошая жена“, „Форс-мажоры“, „Хорошая борьба“; криминальные процедуралы – „Дефективный детектив“, „Ганнибал“, „Менталист“, „Элементарно“, франшизу CSI (с вопросом „как это было сделано?“, а не „кто это сделал?“) и „В поле зрения“ (с предвидением); теперь мы перешли от формальной структуры дела недели к загадке длиной в сезон.
Сезоны стали короче, когда британцы доказали, что время решает, с помощью таких высококлассных сериалов, как „Счастливая долина“, „Убийство на пляже“ и „Главный подозреваемый“. FX подарили нам юридический процедурал с одним делом на сезон – „Схватка“, созданный Тоддом А. Кесслером, Гленном Кесслером и Дэниелом Зелманом. Юридический триллер рассматривает сложное гражданское судебное дело с разных точек зрения и разных временных линий, а в центре его жестокие зловещие махинации старшего партнера-основателя Патти Хьюэс (Гленн Клоуз).
„Схватка“ рассматривает одно большое дело на протяжении каждого сезона, состоящего из 13 эпизодов, содержит частично открытую и частично закрытую загадку того, кто и как совершил преступление. Неопытная юристка Эллен Парсонс (Роуз Бирн) – невинное дитя, заведенное в лес на расправу, если только она не сможет обернуть ситуацию с Хьюэс в свою пользу. Предпосылки и актерский состав сериала не лучшим образом подходили для сети FX, в то время ориентированной на мужчин, но признанный критиками сериал аккуратен и полон напряжениями содержит неожиданные повороты и заглядывает вперед, предсказывая будущую разгадку[24].
Выдержать напряжение в сериале с более чем 22 сериями намного труднее. Первопроходец шоураннер Стивен Бокко выяснил это, создав два сериала, которые, как позже оказалось, опередили свое время. „Одно убийство“ впервые было показано на АВС в 1995 году, с Дэниэлом Бензали в роли судебного исполнителя по криминальным делам, который яростно защищает своих клиентов. Первый сезон рассматривает одно уголовное дело высокого профиля: убийство девушки-подростка Джессики Костелло, в котором Хоффман представляет сторону юной голливудской звезды (Джейсон Гедрик). В первой половине сезона сотрудники Хоффмана также работают над малыми, „с концом“, эпизодическими делами. Но весь сезон все-таки состоит из одного дела Hoffman&Associates.
Шоу, революционное по формату (одно дело – один сезон), тем не менее с трудом набирало аудиторию. Низкий рейтинг оказался симптомом того, что публике было трудно успевать за сериями, разве что заранее программировать видеомагнитофон на запись. „Остаться в живых“ столкнулся с теми же проблемами, но сериал Джей Джей Абрамса и Дэймон Линдело-фа все равно стал обязательным к просмотру феноменом, хотя некоторые устали от эзотерической манеры рассказа. В нем активно использовались флешбэки, но заглядывание вперед и прочие ответвления вызывали недоверие, и некоторые зрители терялись в сложном построении сюжета поздних сезонов.
После того как формат одного дела на сезон в „Одном убийстве“ потерпел неудачу, Дэниела Бензали в пересмотренном втором сезоне заменили на Энтони ЛаПалью. Его персонаж Джимми Уайлер, бывший помощник окружного прокурора, завладевает фирмой Хоффмана. В сезоне рассматриваются не одно, а три не связанных между собой дела на протяжении 18 серий. Но было уже поздно: второй сезон был еще менее успешным. АВС отменили „Одно убийство“ в конце сезона 1996–1997 годов. ЛаПалья стал звездой „Без следа“, успешного сериала CBS с делом недели о поиске пропавших людей.