Нил Гейман – Реально смешное фэнтези (страница 41)
Тулло изо всех сил махал руками, словно пытался взлететь. А Келл а больше всего тревожили массивные стволы и бритвенно-острые камни, со свистом пролетающие мимо них с обеих сторон, которые грозили судьбой хуже смерти. На всякий случай Келл старался не разводить ноги. А потом связывающий их трос зацепился за что-то и лопнул — звонко, точно струна. По инерции они пролетели вперед, а потом обрушились вниз. Келл зажмурился, когда ветви деревьев понеслись на них. Раздался страшный треск — это сучья распарывали одежду, — и мальчик повис в двадцати футах над землей, с трудом держась за качающиеся ветки, а легкие снежные хлопья продолжали лететь вниз. Затем сук треснул под его весом и сравнительно мягко опустил мальчика на землю. Келл мрачно поднялся на ноги и с облегчением обнаружил, что, за исключением пары мелких царапин, с ним все в порядке. Ни одна кость не сломана!
А Лисс уже ждала его.
Мальчик ошеломленно уставился на женщину.
— Как ты сюда попала? — спросил он.
— Меня принес Фо-Го, — ответила она.
— Что?
Она улыбнулась:
— Да. Он бегает быстрее ветра. Мы добрались сюда раньше тебя. Это создание дружелюбно. — Женщина хихикнула, словно вспомнила что-то приятное. — Он только хотел помочь. Вот почему он прогнал волков. И он не мог понять, почему Тулло перерезал трос, когда Фо-Го уже почти вытащил вас на безопасное место.
Келл возвел глаза к небесам, но потом, все еще не уверенный, нервно оглянулся вокруг.
— А где он сейчас? — поинтересовался он.
Лисс обернулась.
— Ох, — грустно вздохнула она, — исчез. Какой стыд. Он был такой теплый, такой приятный. Может, ему не понравился Тулло…
— А где Тулло? — вспомнил Келл, успев слегка удивиться легкомысленному блаженству, скользнувшему по лицу Лисс.
Она показала на большой сугроб, из вершины которого торчала пара яростно дергающихся ног. Тулло провалился глубоко и застрял крепко.
— Вот он.
Келл уставился на это нелепое зрелище и захохотал так, что едва не задохнулся. Смех мальчишки оказался таким заразительным, что Лисс не смогла не присоединиться к нему. Прошло несколько минут, прежде чем они сообразили, что мужчину следует все же вытащить.
Конечно, Тулло пребывал в сквернейшем настроении. Усталый, он почти молча тащился, медленно закипая от едва сдерживаемой ярости. Но даже он слегка оживился, когда они, выйдя из-под деревьев, оказались на окраине маленького городка, окруженного аккуратным узором четко распланированных полей. Огни в окошках говорили Тулло только об одном.
— Трактиры! — забормотал верзила, облизывая слюнявые губы. — Я уже чую запах пива. — Затем он застонал: — У нас нет денег!
И как всегда, разочарование свое он перенес на Келла. Без предупреждения мужчина ударил мальчика, и тот растянулся на земле. Грязные лоскутья, обмотанные вокруг головы Келла, сползли, открыв глаза.
— Гляди, — прорычал Тулло, потирая костяшки, — вот настоящая причина, из-за которой нас вышвырнули из Элбора, — ненормальный сынок твоей сестрицы. Жаль, что он не сдох при родах, тогда бы мы просто закопали его вместе с его мамашей и избавились бы от кучи неприятностей.
Лисс беспомощно вздохнула и помогла мальчику подняться.
— Ты не меньше виноват в том, что нас прогнали, Тулло, — напомнила она ему. — Все эти твои пьяные драки, воровство… Я предупреждала, что однажды это случится.
Тулло выругался и занес кулак, но тут взгляд его упал на что-то. Вместо того чтобы ударить женщину, он схватил ее за руку и потащил к передней двери дома, частично встроенного в склон холма. К двери была пришпилена записка.
— Чего там накарябано на этом клочке бумаги, женщина? — вопросительно рявкнул он.
Лисс вырвалась, наклонилась поближе и нахмурилась, с трудом разбирая странные слова:
Срочно требуется ученик!
Молодой человек, который станет помогать доктору Августасу Вему с лечением и уходом за глистообразными, офиоморфными[30] и рептилиевидными формами. (Кандидат должен быть здоров и скор на ногу.)
Обращаться внутрь.
30 крон.
— Тридцать крон! — задохнулся Тулло. — Это же почти годовое жалованье! — Он ткнул пальцем в Келла. — Вот твой шанс научиться ремеслу, парень, а заодно заработать мне и моей хозяйке пару монет. Замотай-ка свои зенки и не горбись. Я хочу, чтобы ты произвел хорошее впечатление.
Чувствуя, что его в некотором роде продают в рабство, Келл в ужасе попятился, но Тулло крепко ухватил его за ухо и забарабанил в дверь свободной рукой.
Через пару минут дверь открылась, и наружу высунулся высокий тощий человек с длинной козлиной бородой и седыми волосами до плеч. Облачен он был во все черное.
— Да? — буркнул хозяин, вглядываясь в гостей сквозь толстые стекла очков в проволочной оправе. — Что вам нужно?
Доктор Августас Вем, не так ли? — спросил Тулло, изображая почтение.
— Да… да. Я доктор Вем. — Он оглядел их с ног до головы. — Так что вам нужно?
— Я привел вам помощника, о котором вы давали объявление, сэр, — ухмыльнулся Тулло. — Толковый парнишка. А уж какой усердный и добросовестный! А уж как быстро он все схватывает!
Старик всмотрелся в ночь, близоруко прищурясь через очки:
— Помощник? Где? Уж не этот ли костлявый недомерок?
— О, внешность нашего Келла обманчива, сэр, — захныкал Тулло. — Согласен, жира на нем не слишком много, но паренек крепок, как гвоздь.
— Ну и забирай его назад, дурак. Мне он без надобности. Использовать его я не смогу.
— Но, сэр!..
— Спокойной ночи!
Доктор Вем попытался захлопнуть дверь, но Тулло вогнал в щель носок своего сапога.
— А что, если мы, к примеру, скажем, за пятнадцать крон?
— Простите? — отреагировал тут же доктор Вем.
— Ну тогда за десять? — предложил Тулло, впадая в отчаяние. — Я, так и быть, возьму десять.
Доктор Вем недоверчиво взглянул на оборванную, дурно пахнущую фигуру, выжидающе застывшую перед его дверью.
— Ты хочешь, чтобы я заплатил
— Ну… — шмыгнул носом Тулло. — В вашем объявлении говорится тридцать крон, сэр.
— Дурак! Это
Тулло застонал. У него только что украли год райской жизни, состоящей лишь из пьянства и безделья. Лицо его скривилось от уныния и отчаяния, и он повернулся к своей жене:
— От этого мальчишки одни несчастья, Лисс. Не надо было брать его с собой. Он приносит несчастье, понятно! Чертов бедоносец! — И мужчина одарил Келла очередным увесистым подзатыльником, швырнувшим мальчика на колени в дорожную грязь. Снова лохмотья свалились с его глаз, и неуклюже растянувшийся у порога Келл лишь безмолвно поднял взгляд.
Доктор Вем охнул.
— Его глаза… — недоверчиво пробормотал он.
— Да, — удрученно подтвердил Тулло. — Жуткое дело. Он, должно быть, какой-то недоразвитый уродец, выродок. Дурная кровь в семействе и все такое. То есть я имею в виду, видели ли вы когда-нибудь что-нибудь типа этого? Один глаз красный, а другой — зеленый. И глядите, сэр, они светятся в темноте. Это работа дьявола, не иначе.
Но доктор Вем уже лихорадочно рылся в карманах. Наконец он извлек пригоршню тяжеленьких золотых монет.
— Вот! — рявкнул он. — Бери! Все бери. Здесь по меньшей мере шестьдесят крон.
— Что? — Выражение лица Тулло говорило о его полнейшем замешательстве. — Вам
— Да! — гаркнул Августас Вем, втискивая деньги в грязные ладони Тулло. — Шестьдесят крон. Достаточно? По рукам?
— По рукам? — По небритой широкой физиономии Тулло медленно начала расплываться ошеломленная ухмылка. — О да, сэр. Забито.
— Нет! — сердито воскликнула Лисс. — Это нечестно! Отдай ему деньги, скотина!
Но прежде чем Келл сообразил, что происходит, доктор Вем схватил его за запястье, сорвал с него заплечный мешок и втащил мальчика в дом. Дверь захлопнулась за ними, родив эхо далекого грома, и листок бумаги, объявление о поиске ученика, спорхнул, никем не замеченный, на землю.
Когда дверь захлопнулась, Келл пришел в себя — по крайней мере настолько, чтобы завопить: «Караул, убивают!» Он лягался и царапался, пытаясь вырваться из хватки доктора Вема, но это оказалось невозможным. Хотя воля его оставалась крепка, в полуобмороженных и истощенных мускулах Келла совсем не осталось силы после долгих дней голода во время изнурительного перехода через горы.
Доктор Вем протащил мальчика по широкому коридору, освещенному хилыми язычками масляных ламп. Отперев еще одну дверь, он впихнул Келла в крохотную каморку, затем закрыл ее на ключ и захромал прочь, не произнеся ни слова.
Келл осмотрел свою темницу и сразу увидел, что побег неосуществим. Тяжелая дверь надежно заперта, стены — из сплошного камня, а тусклый свет сочится в комнатку из ряда маленьких отверстий высоко под потолком. Даже если взобраться туда, протиснуться в дырку он не сможет, слишком она мала. Единственным предметом мебели здесь был набитый соломой матрас, прикрытый грубыми шерстяными одеялами.