Нил Эшер – Завод войны (страница 78)
Он знал, конечно, что на них напал Цворн. Придя в себя, он обнаружил, что прилип к стене, корабль содрогается, а гравитация неустойчива. Он видел, как верхняя часть стены Четвертого сектора выпучилась и прорвалась, будто созревший фурункул, выплеснув струи раскаленных добела газов. Похоже, проектор силового поля расплавился. Но Трент понимал, что Спир говорит не об этом.
– Позволь объяснить, – сжалился Спир.
Трент слушал, размышляя о том, что, видать, судьба его такая – из огня да в полымя.
Свёрл
Свёрл бродил взад-вперед по своему святилищу, осматривая террариумы, аквариумы, маленькую теплицу, несколько отдельно стоящих растений и еще кое-какие проекты, которыми занимался после войны. Он изучал процесс холодного выращивания ИИ-кристалла, во-первых, чтобы понять, как тот ведет себя внутри него, и, во-вторых, чтобы изолировать свою первоначальную генетическую ткань от той мешанины, что воцарилась в нем. Идея состояла в том, чтобы однажды вырастить себе новое прадорское тело. Пробовал он и изолировать человеческую генетическую ткань и проверять ее, ведя поиск по несметному количеству государственных геномных файлов. Отправившись взглянуть на разрозненные части демонтированного У-пространственного двигателя, он осознал, что не размышляет о том, чем заняться дальше, а прощается.
Идея Рисс была хороша по многим причинам. Цворн в конце концов выследит их у завода-станции, Цеха 101, и, возможно, даже прибудет туда раньше, чем они завершат свое дело, каким бы оно ни оказалось. Да и все равно дредноуту не перенести еще одной стычки с Цворном. Он и так серьезно поврежден, практически лишен боеприпасов и энергии. Нужно было придумать, как покинуть судно, а еще – найти способ попасть на борт завода-станции. Рисс предложила воспользоваться истребителем Спира, поскольку автоматическая защита на него не среагирует, и тем решила обе проблемы. Что случится дальше, Свёрл не представлял. Но Пенни Роял должен был быть там, значит, они наконец встретятся с черным ИИ. И это все, что ему хотелось знать.
Не возвращаясь к пультам – большинство задач он теперь решал мысленно, – Свёрл проверил, как продвигаются дела с истребителем Спира. Роботы и дети почти восстановили его, единственное, чего не хватало кораблю для входа в У-пространство, это разума. Но для короткого путешествия с дредноута к Цеху 101 он и не понадобится. И, в конце концов, это место может занять и сам Свёрл, если Флейт не вернется с опасного задания. Люди – «моллюски», после ноль-заморозки уложенные в надежные контейнеры, уже грузятся на корабль. Бсорол и Бсектил тоже там, размещают в арсенале боевых дронов и разумы. Оставшиеся вторинцы на подходе. Пора бы выдвигаться и Сверлу, но он все еще медлил. Пришло время того, чего он всегда избегал. Надо признаться самому себе, что его корабль, такой совершенный, но незащищенный, уязвим. Цворн аннигилирует его, не задумываясь, а значит, настала пора решительных мер – нужно попытаться спасти хотя бы то, что было у него тут.
Как и все прадорские дредноуты, только-только построенный, корабль Свёрла являл собой неделимую технологию. Он, точно слои брони, окутывал отца-капитана, и либо выживал, либо погибал вместе с ним. Однако Свёрл отметил практичность подхода, применявшегося в военное время на некоторых государственных кораблях: разбивали их на ряд отдельных компонентов и пускали их разными путями. Данный вариант порой делал звездолет непригодным, зато государственные силы могли извлекать сохранившиеся компоненты и собирать из них целый корабль – или отправлять служить частью другого судна. Свёрл оценил идею и применил ее к собственному дредноуту. И первой же проблемой, с которой он столкнулся, оказалась обшивка из редкого сплава, объединяющая все остальное. Необходимость резать ее делала звездолет слабее – и слабость эта аукнулась сейчас в бою с Цворном. Он наметил линии раздела, щедро разбросав по ним плоскостную взрывчатку, поля сдвига, жесткие силовые поля и ракетные двигатели для обеспечения тяговой мощности. Он распределил и источники энергии и в итоге действительно разделил свой корабль на восемь секторов. Во всех располагались жилые помещения, трюмы, кладовые с припасами, оружие и прочие необходимые вещи. В одном из секторов находился термоядерный двигатель, в другом – У-пространственный, а еще именно в этом секторе размещалось святилище Свёрла.
Свёрл запустил автоматическую подготовку к разделу, подведя энергию к рассредоточенным аккумуляторным электростанциям и выстроив в определенной последовательности системные команды. Все это заняло меньше секунды, ведь никакой материальной подготовки не требовалось – кораблю оставалось л ишь закрыть и герметизировать переборочные двери. Когда он выйдет из У-пространства, плоскостная взрывчатка и поля сдвига перережут физические соединения. Силовые поля будут готовы развести сектора, ракеты выведут их на курсы, направляя к астрономическим объектам системы, где расположился Цех 101.
«Что ж, а теперь…»
Свёрл повернулся и двинулся к двери святилища. Две ее половинки откатились, скрывшись в стенах, но прадор мешкал, думая о том, что, хотя он часто открывал и закрывал эти двери, впуская и выпуская других, прошло очень много лет с тех пор, как сам он переступал порог кабинета. Он стоял, глядя в коридор, подробнейшим образом анализируя свою реакцию. А проанализировав, понял, что никакого анализа не требовалось – он просто стал немного агорафобом и просто боялся.
– Нужно было больше гулять, – сказал он на человеческом языке и шагнул в коридор.
Через несколько минут он добрался до широкой гравишахты; на прадорских кораблях такие никогда даже не проектировались. Радужные гравитационные поля пронесли Свёрла по кораблю, высадив наконец через люк трюма в устланный гравипластинами коридор. Приземлившись с громким стуком, он услышал позади визг и паническое бульканье и, обернувшись, увидел пару вторинцев, которых только что чуть не раздавил. Они в замешательстве попятились, но, когда переносимые воздухом феромоны достигли их в полном объеме, прадоры замерли.
– Отец? – проклацал один из них.
– Конечно, – ответил он.
Все дети знали об изменениях, которым он подвергся, но немногие видели его
– Можно пройти?
Вторинцы, прижимаясь к стене, проскользнули мимо и направились в сторону трюма, где стоял истребитель Спира. Вздохнув, Свёрл двинулся за ними, попав прямиком в организованный хаос.
Люди – «моллюски» прибывали – на гравивозках, поскольку гравитация уже включилась, в сотнях ящиков размером с гроб каждый. Если бы один контейнер вмещал только одного «моллюска», то не хватило бы ни контейнеров, ни места для них в истребителе. Тем не менее в каждый ящик втиснули по три-четыре «моллюска», смерзшихся, точно куски мяса. Всем им ввели специальные антифризы и консерваторы клеток, так что даже при температуре лишь на десять градусов выше абсолютного нуля их тела будут гибкими. Потом их разделят и поместят – каждого индивидуально – в то устройство, которое потребуется для их оживления.
Разглядывая сцену, Свёрл внимательнее присмотрелся к маленькой группе людей, собравшихся у носовой части корабля. Они, в свою очередь, наблюдали, как Бсорол и Бсектил ведут боевых дронов через люк в арсенал. Затем Свёрл заметил, что два вторинца, которых он напугал, занялись погрузкой контейнеров. Только когда это дело будет закончено, вторинцы, повинуясь приказам, поднимутся на борт сами – и упакуются как можно плотнее, в чем-то уподобившись людям с ампутированными конечностями – разумеется, вместе со всем своим широким ассортиментом оружия и инструментов. Едва Свёрл показался, работы прекратились, и все глаза – в глазницах ли, на турелях или на стебельках – повернулись к нему. Внезапно занервничав, он поймал себя на том, что запустил программу контроля конечностей, вместо того чтобы просто использовать прадорский ганглий. И тут же, немного разозлившись, послал приказ напрямую на форс Бсорола. Первенец громко защелкал, интерком послушно повторил его речь на весь трюм. Когда работы возобновились, Свёрл подошел к первенцам и людям.
Здесь стояли Спир, Трент, котофицированная Сепия и психотехник Райдер Коул. Кроме них, находившихся в сознании людей на корабле не осталось, поскольку вдова Тэйкина решила подвергнуть себя и двух своих детей ноль-заморозке. Свёрл заметил, как озадачен этим Трент Собель, и предположил, что его новая эмпатия имеет свои пределы. Женщина и психотехник, никогда раньше не видевшие Свёрла, разинули рты.
– Черт побери, – выдохнула Сепия.
Не обращая на нее внимания, Свёрл остановился перед Спиром.
– Мое место готово? – спросил он по-человечески.
В вопросе не было необходимости, поскольку он постоянно следил за изменениями внутри корабля частью своего ИИ-разума.
– Пристройка за рубкой расширена, – сообщил Спир. – Тебе ведь не нужно смотреть на экран, чтобы все видеть.
– А они? – Свёрл указал клешней на других людей.
– Придется потесниться – но я установил в рубке дополнительные противоперегрузочные кресла.
– Мы все будем в тепле и уюте, – раздался еще чей-то голос.