Ниль Блэк – Жёлтый Дракон (страница 7)

Рейна зачарованно кивает.

– У тебя есть враги? – прищурившись, спрашивает мужчина. – Ну кто-то, кого ты ненавидишь, кто-то, кто тебя обижает.

– Есть, – не задумываясь, отвечает девушка.

– Так поставь их на колени, а я прикажу подать тебе карету, – усмехается Леон. – Ты просто похожа на неё. Ты очень похожа на неё. Поэтому я на тебя, когда ты танцевала, и смотрел. Надеюсь, ты похожа на неё только внешне. А теперь иди домой, я вышлю за тобой машину. Пиджак можешь оставить себе.

Рейна соскальзывает с дивана и, всё ещё с трудом соображая, шатаясь, идёт к двери.

– И ещё, – окликает её Леон, и девушка замирает. – Попробуешь сбежать или, более того, куда-то пожаловаться – я прикажу тебя зацементировать живьём. Обещаю.

***

– Как бы это сказать и не рассмеяться? – Магнус усиленно борется с расплывающейся на лице улыбкой, но выходит не особо успешно.

Леон сидит в кресле за столом в своём кабинете и ожидающе смотрит на друга.

– Колись уже, – не выдерживает мужчина.

– Короче, на клуб было совершено небольшое нападение, избили охранника. То есть, мало того, что его избили, – Магнус делает паузу и продолжает. – Над ним поиздевались.

– И что здесь смешного? – хмурит брови Леон. – Что смешного, что на мой клуб напали? Что какой-то отброс настолько осмелел и, зная, чей это клуб, напал на него и даже избил моего человека! Отвечай! – взрывается мужчина.

– Спокойно, – Магнус стаскивает с себя пиджак и идёт к бару. – Я не сказал самого главного.

– Так говори, а то у меня уже руки чешутся найти этих людей и устроить показательную казнь, чтобы этот сраный город знал, с кем не стоит связываться, – рычит Леон.

– Я уже всё выяснил, – Магнус выдерживает театральную паузу. – Напали пешки твоей невесты, а сам Инсу вообще не в курсе, что произошло, – он не сдерживается и начинает громко смеяться.

Леон пару секунд смотрит на друга, а потом дьявольская улыбка расплывается на лице мужчины.

– Какая прелесть, – усмехается Леон. – Это она меня так встретить решила?

– Нет, – Магнус ставит бокал перед Леоном и плюхается в кресло напротив. – Её в клуб не пустили. Её, сука, в клуб не пустили, и она приказала трахнуть охранника петардой.

Леон взрывается громким смехом и пару минут не может в себя прийти.

– Она мне уже нравится, – наконец-то успокаивается Леон. – Достойная пара. Никаких мер не принимай, я хочу поговорить с Инсу.

***

Далия вылезает из мерседеса и, отпустив шофёра, нехотя плетётся к университету, где у ворот её уже ждут подруги. Как назло эти дни Рейна не приходит на занятия и лишает девушку развлечений. Далия не доходит до ворот, потому что из подлетевшего к ней внедорожника вылетают двое мужчин и пихают её в машину. Далия кричит, вырывается, но ей на голову надевают мешок, завязывают руки за спиной и, ткнув в бок дулом пистолета, приказывают заткнуться. Но Далия не затыкается. Кроет матом, грозится своей семьёй, обещает шкуры с них снять – правда, её никто не слушает. Через минут тридцать машина останавливается, и ничего не видящую девушку тащат куда-то дальше. Далия продолжает брыкаться и орать, чуть не вылетает из лифта, но её скручивают и волочат по полу. Только когда Далия летит вперёд от толчка и падает коленями на пушистый ковёр – её отпускают.

– Вы – суки, вы все ахуели, вы вообще знаете, что творите? – кричит девушка и пытается скинуть с головы мешок, но безуспешно. – Сегодня ваш последний день, надышитесь воздухом, ублюдки.

Мешок с головы девушки стаскивают, и Далия, поморгав пару раз подряд, начинает осматриваться. Она сидит на коленях перед тем самым мужчиной, которого видела у клуба пару дней назад и который сейчас, усмехаясь, держит в руке мешок.

Далия кое-как поднимается с колен и продолжает зло смотреть на мужчину. Верёвки больно стягивают запястья, она ударилась боком о дверцу машины, когда пыталась сбежать, ей совсем немного страшно, но самое ужасное – Далия задыхается. А задыхается она потому, что приходится не дышать. Дышать в этом кабинете невозможно – он весь пахнет этим мужчиной, этот запах настолько сильный, настолько умопомрачительный, что Далия бы дала себе пощёчину, были бы руки развязаны, лишь бы перестать внюхиваться. Она не может понять конкретно, что это за запах, но пахнет смесью виски, красного апельсина и кориандра. Сумасшедшее сочетание, от которого у девушки подгибаются колени. Надо бы побольше воздуха в лёгкие набрать и показать этому хаму, кто здесь главный, но пока Далия его запаху проигрывает и пытается взять себя в руки.

Леон удивлён, но виду не подаёт. Он помнит эту девушку. Её забыть было бы нелегко. Перед ним стоит та самая дерзкая блондинка, которую он видел пару дней назад у клуба. Леон мысленно сам себе пять даёт – очень интересный экземпляр попался ему в жёны, а уж он точно знает, чем будут заниматься эти розовые губы долгими ночами в Сеуле. Правда, сейчас из них безостановочно льётся поток мата. Заткнуть бы её, и Леон даже знает, чем и как, жаль, правила игры нарушать нельзя.

– Ты кто, блядь, такой? – рычит на него девушка, пытаясь выпутать свои руки. – Хотя неважно, скоро тебя черви жрать будут. Похороним в безымянной могиле.

– Такая маленькая, щупленькая, а сколько агрессии, – усмехается мужчина.

– Ты идиот? – Далия подходит к нему вплотную и смотрит прямо в глаза. Это было ужасной идеей – лёгкие обжигает запахом, и девушка еле заставляет себя не отшатнуться. Но его глаза даже хуже запаха – они в ней все вены-сосуды стягивают. Назад дороги нет. Далию так просто не сломать. – Ты знаешь, с кем ты связался?

Мужчина кивает и продолжает изучать взглядом лицо напротив. Девушка вблизи даже красивее – у неё тончайшая кожа, Леон её не касался, но уверен, на ощупь она нежнее самого дорогого шёлка. Мужчина сжимает пальцы в кулаки – он её наказать собрался, а не кожу пробовать, хотя хочется так, что в паху тянет. А её губы, блестящие от постоянного облизывания, так и манят, будят в Леоне охотника. Вот только глаза у девушки злющие и колючие, Леон буквально на себе чувствует эти шипы. Он смаргивает наваждение и возвращает свой коронный режущий взгляд, скалится, заметив, как девушка дёргается назад, но ей надо отдать должное – ещё выше задирает подбородок. Она напоминает Леону взъевшегося на него котёнка. Есть в ней что-то притягательное, что-то, что заставляет кровь бурлить в сосудах. Но в то же время есть в ней что-то, что Леона отталкивает – то ли эти высокопарные речи, то ли излишняя самоуверенность, то ли эта чересчур прущая из неё агрессия. Леон пока не уверен, но он знает: если сейчас рыкнет на неё, девчонка рассыплется. Всё равно рано или поздно упадёт на колени, и Леон интерес потеряет. Пока можно и поразвлечься.

Далия уже трескается от одного взгляда бездонных глаз, сама себя уговаривает не пойти на попятную, не показывать слабость, хотя это и тяжко даётся, быть с ним рядом невыносимо. Мужчина перед ней подавляюще сильный.

– Мой отец тебя в пух и прах разнесёт, ты дорого за это заплатишь, – выплёвывает слова ему в лицо Далия.

– Ты напала на мой клуб, – Леон становится ближе, но Далия шага назад не делает. Если это бой, то она выиграет, и плевать, что он сильнее. – Ты покалечила моих людей.

– Я? – издевательски тянет девушка. – Ни в коем случае. Я бы свой чудесный маникюр ради твоих обезьян портить не стала. Я приказала на него напасть, – Далия приближает лицо вплотную и делает паузу после каждого слова. – Я приказала наказать того сукиного сына, который меня не впустил. И если ты хозяин клуба, то тебе бы следовало отличать обычных посетителей от VIP-гостей. Хотя откуда тебе знать, что такое VIP. Патек Филипп на твоём запястье тебя элитой не делает, – фыркает она в лицо Леону.

– Я твой язык вырву и заставлю тебя же его проглотить, поэтому притормози, не буди во мне зверя, – угрожающе говорит Леон.

Далия чувствует себя мизерной под его взглядом. Она уверена, что он её не тронет, никто не захочет переходить дорогу клану Канг, но этот мужчина уже её похитил, уже бросил вызов, и девушка боится. Ощущение, что у него нет никаких компасов и тормозов – слишком он уверен в себе и явно не из тех, кто просто бросается словами. А ещё он потрясающе красив и притягателен, и это выбешивает на раз. Далия не привыкла вот так теряться перед кем-то, будь то мужчина или женщина – а этот только словами выбивает весь дух.

– Я придумал, как тебя наказать, – продолжает Леон.

– Развяжи меня и выпусти – может, я сжалюсь, и тебя быстро убьют, – топает ногой девушка.

– Ты пять минут в моём кабинете, а я столько угроз услышал, сколько за всю жизнь не слышал, а врагов у меня много. У тебя, кроме мелющего чепуху языка, вообще что-то есть? – Леон смеряет девушку с ног до головы презрительным взглядом. – Нет. Ничего нет. Я тебя отпущу, но сначала накажу, потому что считаю, что за всё надо платить.

– Ты серьёзно или тупой? Ты не понимаешь, с кем связался? – истерически смеётся Далия, старательно пропуская мимо ушей подкол мужчины про свою якобы невзрачную внешность, но Леон просто хватает её поперёк талии и, подтащив к дивану, опрокидывает через его спинку. Далия брыкается, не понимает, что он делает, и продолжает истошно кричать и материться. Леон тем временем расстёгивает ремень на брюках девушки, попутно пытаясь удержать её на месте, и рывком вытаскивает его из петель.