Ниль Блэк – Кальдрон (страница 23)

– Я иду к двери, ты меня прикрываешь. У меня всего два патрона, – кричит ему Маркус.

– Это самоубийство! – удерживает его Кристиан.

– Иначе нам не выбраться, это единственный путь наружу, – настаивает Маркус и отвлекается на выбежавшего на середину с дверцей от автомобиля вместо щита Матео.

– Эй, обезьяны, тут я, – кричит Матео и падает на пол прижатым к нему матерящимся Кристианом.

Этой пары секунд хватает, чтобы Маркус добежал до стреляющих в друзей нападающих и отрубил первую руку вместе с пистолетом. Маркус размахивает тесаком и не смотрит, выстрелов больше не слышно, но в ушах стоит звук ломающихся костей и рвущейся плоти. Через еще двадцать минут Кристиан сбрасывает последнего из нападающих с крыши и валится обессиленным рядом с друзьями.

– Будет второй заход, – придерживает исполосованную руку Матео.

– Надо вооружиться, – прокашливается Маркус, кивая на тайник с оружием.

– Блять, Мо ранен, – подползает к младшему Крис и прижимает рану на бедре друга.

Снизу доносятся очередные выстрелы и подползший к кромке крыши Маркус облегченно выдыхает.

– Наши подошли, – поворачивается он к друзьям и, невзирая на боль от колотых ран, идет к тайнику. – Ещё два автомобиля, значит, опять семь-восемь человек, мы их добьём, пусть парни отвезут Мо в больницу, а мне нужно срочно домой, – говорит друзьям Маркус. – Если Хьюго объявил ликвидацию, то моей семье грозит опасность.

– Мы с тобой, – с трудом встает на ноги Матео, пока Мо выводят из здания поднявшиеся «звери». – Я сказал маме оставаться в больнице, Мо заберут к ней.

Парни покидают место бойни через черный ход, оставив за собой еще три трупа, и пока их люди отстреливаются, несутся к дому Маркуса.

Маркус бросает машину у дороги, бежит во двор и, перепрыгивая лестницы, залетает внутрь:

– Белль.

Он бегает по комнатам, открывает подряд все двери, но женщин нет.

– Белль, где ты? – на грани истерики кричит Маркус и вновь выбегает во двор, пока Матео обследует дом, а Крис двор.

– Белль! – продолжает кричать парень.

– Маркус, – хватает его за плечи Кристиан, – их нет дома.

– Их нет, – подтверждает спустившийся вниз Матео, а Маркус, достав мобильный, набирает сестру.

– Не отвечай, – просит Илона и обнимает дочь на заднем сидении автомобиля, уносящего их в Обрадо, но девушка не слушается.

– Белль, где ты? – выпаливает Маркус.

– Мы уехали в Обрадо, Маркус, мы…

– Слава Богу, я испугался, что вас похитили, – с облегчением выдыхает парень. – Это правильно, я буду спокоен за тебя. Я позвоню тебе, кроха, закончу тут одно дело и заберу тебя.

– Маркус…

– Береги себя, – парень вешает трубку и оборачивается на стекающихся во двор дома «зверей». Парни от тринадцати до двадцати, вооружившись подручными средствами, собираются у дома Маркуса и ждут приказов своих лидеров.

– Вызывайте всех, – обращается к ним Маркус. – Сегодня выживут либо они, либо мы. Сегодня вы будете биться не за жизнь ваших лидеров, а за своё будущее.

– Я уже сообщил нашим в картеле, – подходит к парням один из помощников, и они одобрительно кивают.

– Отлично, Матео, поезжай к складу, чтобы все были вооружены, – распоряжается Кристиан. – Будем убивать Хьюго его же оружием. Забрав всё, выдвигайтесь к особняку, никто из тех, кто не принимает новую власть, не должен выйти оттуда живым.

Парни одобрительно гудят.

– Мы едем к Хьюго, – заявляет Маркус. – Убьем главного, воевать с нами никто не захочет, подмогу ему ждать неоткуда, все территории хотят нового лидера, мы им его подарим. Они, во всяком случае, будут так думать.

***

Хьюго о провале покушения уже сообщили, он сразу объявил полную мобилизацию и взять особняк под защиту. Только Хьюго ждал удара снаружи и готовился к атаке, а бойня началась внутри. Кристиан с момента, как стал отвечать за особняк Хьюго, вводил внутрь «зверей», которым было запрещено показывать свою принадлежность банде. В итоге началась перестрелка между охраной Хьюго, и на подмогу своим прибыли остальные «звери». Население Амахо, поняв, что у «зверей» есть все шансы убрать Хьюго, помогает им. Также на их сторону перешла большая часть людей картеля, которые устали от деспотизма Хьюго. Через почти четыре часа ожесточенных боев Хьюго пал.

Маркус запретил трогать его и добрался до гостиной уже на рассвете.

– Я недооценил тебя, – хрипит раненый Хьюго, корчась на полу под ногами парня.

– Ты не дал мне времени, ты нанёс удар в день моей скорби, рассчитывал, что чем быстрее избавишься, тем лучше, но ты разбудил во мне зверя, которого я держал в клетке, кормя обещаниями, – утирает рукавом окровавленное лицо Маркус. – Ты, стреляя в меня и моих братьев, снёс ту преграду, которую я, даже несмотря на смерть отца, удерживал.

– Ты сдохнешь, ты ничего не получишь, Амахо присоединят, а тебя уберут, потому что ты просто пёс, – сплевывает Хьюго. – Думаешь, почему никто не вмешался, почему меня так легко сдали, потому что ты игрушка, ты сделал то, что хотела Конфедерация.

– И я прекрасно это понимаю, – опускается на корточки рядом с ним Маркус, – вот только Амахо никуда не присоединят, всех один за другим я присоединю к Амахо, жаль, ты не увидишь этого.

– Только дочь мою не трогай, – сжимает зубы мужчина.

– Меня твоя семья не интересует, – достаёт из-за ремня нож Маркус. – Признай пред всеми, что мой отец не предатель, и ты почувствуешь лезвие моего ножа один раз.

– Он предатель, – хрипит Хьюго и сразу же взвывает от того, что Маркус вонзает нож в его плечо и вертит.

– Мой отец не предатель, – тихо говорит парень и выдёргивает нож, думая, куда бы его вонзить снова. – Ну же, скажи это.

– Предатель, – кричит Хьюго и поворачивается к Марии, которую тащат вниз по лестнице люди Маркуса.

– Отпусти моего отца, чудовище, – кричит зарёванная Мария.

– Эль Диабло, – поправляет девушку усмехающийся Маркус и вонзает нож в бедро Хьюго.

Мария бросается вперед, но ее тянут назад и удерживают на месте. Девушка бьется в руках удерживающих ее парней и, воспользовавшись замешательством охраны, выхватывает пистолет из-за ремня одного из них и наводит на Маркуса, но нажать на курок не успевает. Выстрел оглушает комнату, взвывшая от боли Мария, придерживая простреленную руку, оседает на пол, а Матео убирает пистолет за пояс.

Маркус выстреливает в лоб потерявшего сознание от боли Хьюго и идёт к парням.

– Она же была твоей первой любовью, – смотрит на друга Маркус.

– Я вообще-то в голову целился, потом вспомнил, что мы женщин не убиваем, – пожимает плечами Матео. – Она чуть не убила тебя.

– Чтобы никого не впускали, если что, стреляйте на поражение. Пока в Амахо не установится наш контроль, решаем всё силой, – приказывает Кристиан людям, а Маркус, набрав Ису, выходит наружу.

– Кроха, – окровавленными пальцами убирает волосы со лба выдохшийся парень и сползает вниз по стене, следя за тем, как солнце знаменует новый рассвет на земле проклятых. – В час дня я буду на границе ждать тебя.

– Маркус, я не приду, – доносится до него приглушенный голос.

– Нечего бояться, Хьюго мертв, всё правда хорошо, мы вернёмся в наш дом, – улыбается в трубку парень, чувствуя, как высохшая кровь стягивает кожу на спине.

– Мой дом здесь.

– Я правда устал, кажется, я не соображаю, – нервно трёт лицо Маркус. – В час я буду на границе, – говорит и вешает трубку.

Распределив людей на места, Маркус с друзьями едет в больницу навестить Мо и Лэй. Мо счастлив новостям, долго сокрушается, что не был с друзьями в такой важный момент, и обещает поскорее встать на ноги. Лэй, как и всегда, просит быть осторожными и, осмотрев их раны, подолгу обнимает каждого.

***

В час дня Маркус стоит на границе, его парни позади, осеннее холодное солнце бьет прямо в глаза, слепит. Маркус жмурится, по-прежнему вдаль всматривается, на часах уже половина второго, а со стороны Обрадо никого. Матео и Кристиан рядом, ждут Ису не меньше, чем Маркус, отгоняют дурные мысли, всем сердцем просят небеса так жестоко брата не наказывать. Маркус нервно ходит между автомобилей, постоянно поглядывает в сторону Амахо и всем своим видом нервирует пограничников. В два часа дня он набирает сестру, но телефон выключен. Маркус не сдаётся, уезжать не торопится, он словно врастает в землю по эту сторону ветхой изгороди и взглядом в горизонт впивается. Крис и Матео, несмотря на хаос в Амахо и на уйму дел, которые предстоит ещё сделать после переворота, тоже не уходят, оставлять брата не хотят. Внезапно телефон в руках Маркуса вибрирует, оповещает о входящем смс, и парень, разблокировав его, начинает читать.

« Маркус, мне страшно, и я устала бояться. Смерть отца, камни в наши окна, которые завтра могут стать пулями – это всё поставило последнюю точку. Я не чувствую себя с тобой в безопасности, ты не даришь мне ощущение полного покоя и счастья, и я не виню тебя, я понимаю, что мы живём в таких условиях, где каждый новый день – очередное испытание. До этого дня я терпела, всё надеялась на лучшее, но я понимаю, что смерть отца принесет нам только новые беды. Трястись от страха, недоедать, бояться выйти наружу и всё это ради того, чтобы держаться за твою руку? Согласись, цена слишком велика, а я всего лишь подросток, который хочет нормальной жизни. Меня одолевают сомнения, и мне нужно время, чтобы обо всем подумать. А пока я хочу жить в безопасности, хочу достатка, покоя, возможности гулять спокойно по улицам. Я не вернусь в Амахо. Я больше не хочу жить в этой дыре. Я хочу лучшей жизни, свободы, безопасности, ты не в состоянии мне это дать, и пусть моя детская любовь удерживала нас вместе, но больше даже она не помогает. Ты не должен меня осуждать. Во мне нет твоей силы. Я люблю тебя. Береги себя. Выживи назло всем. Назло мне.»