Ниль Блэк – Гукюн (страница 28)

Рин бледнеет, растерянно хлопает ресницами, готовясь разрыдаться в знак протеста против такого обвинения, но Гуук усмехается и, приподнявшись на локтях, продолжает: – Не твоя вина, что она сбежала и украла.

Рин выдыхает.

– Виновных надо наказывать, – говорит он и, протянув руку, поглаживает шелковистые волосы. – Она за свою вину ответила, и так будет с каждым, кто посмеет меня ослушаться или, скажем, поступит так, как мне бы не понравилось, – темнота в глазах мужчины топит зрачок, и девушка часто-часто кивает.

– Конечно, мой господин, – кладёт голову на его грудь Рин. – Вы, как и всегда, правы.

***

Ясмин из гарема до отбытия правителей не выходит, её и не вызывают. Девушка сидит в отведённой ей комнатке и под наблюдением Диаса зализывает раны, оставленные Монстром, и оплакивает свои обречённые так и остаться мечтами надежды.

Ани ночует у Хосрова эти ночи и в одну из них просится навестить Юну, о диалоге с которой она рассказал ему. Ани получает строгое предупреждение от Хосрова и категорический запрет на попытку любого контакта.

Правители империи покидают столицу, и в Идэне воцаряется относительный покой.

***

Через две недели Юна встаёт на ноги, а ещё через десять дней возвращается к своим обязанностям во дворце. Раны затянулись, но их всё равно периодически просматривает лекарь и продолжает мазать специальными мазями, чтобы шрамы рассосались. По словам лекаря, Юне повезло, что хлыст не успели сменить, и так как он уже был промокшим в ее крови, это смягчало удары и не позволяло рвать кожу. Глубоких шрамов на спине девушки всего три, а остальные со временем совсем потускнеют. Юна узнаёт, что дядю Дунга не трогали, он смог убедить стражников, что девушка сама взобралась в повозку, но стражников, выпустивших её за пределы дворца, наказали хлыстами. Бао, как ни странно, молчит, увидев девушку, отворачивается, лишней работой, как было доселе, не грузит. Юна думает, что в нём, наконец-то, человек проснулся, а Бао после разговора с господином за свою жизнь боится. Рин, получив открытое предупреждение от Гуука, осторожничает, обдумывает, только наблюдает. Юна понимает, что у неё во дворце есть враги, спит плохо, ест с опаской, постоянно оглядывается и ото всех ждет подвоха. Плохое питание и отсутствие нормального сна делают своё дело – она еле стоит на ногах, сильно теряет в весе.

Самым невыносимым для девушки становится обслуживание обедов гарема. Вся еда гаремных пробуется их людьми, они могут себе позволить спокойно и вкусно поесть без страха свалиться замертво, а Юна даже похлёбку прислуги не ест, заменяя её сухарями, потому что умереть от яда она не планирует, пока не узнает, кому обязана шрамами на спине. Всё, что ей остаётся, – это, глотая слюни, наливать им вино и уговаривать себя не терять достоинство и не наброситься на очередной недоеденный кусок мяса, пока она несёт грязную посуду на кухню.

С Дунгом Юна ещё больше сближается. Парень, видя, как она плохо питается, начинает меняться с ней тарелками, заставляя Юну кушать. Дунг помогает всё ещё слабой девушке с обязанностями, закончив свои дела, спешит доделывать и её и не оставляет в одиночестве. Чудовище из снов снова возвращается, не позволяет сомкнуть глаз. Юна, которая отказался верить словам лекаря, что от кошмаров её спасал Гуук, даже мысли об этом не допускает и, не в силах мучиться очередную ночь, часто встречает рассвет у пруда. Дунг эти ночи проводит с ней, отвлекает, рассказывает истории и не даёт скучать. Юне с ним было легко и хорошо, пока в одну из таких ночей парень её не поцеловал. Юна сразу же прервала поцелуй и отодвинулась, о том, что ей не понравилось, не сказала, но попросила не повторять. Дунг не стал давить, просто предложил попробовать, а там посмотреть, как сложатся их отношения, но Юна честно сказала, что смотрит на него только как на друга.

Юна, несмотря на периодически ноющие раны на спине, на ворота поглядывать не перестаёт, надежду вернуться домой к семье не оставляет. Она будто ради этого и живёт. Хотя бы разок к груди отца прижаться, а потом пусть хоть Ад в лице Гуука наступит – Юна переживёт.

***

Через семьдесят пять дней во дворец возвращается Гуук с победой. В Иблисе праздник. Горожане ликуют, с песнями встречают правителей и бросают под ноги коней цветы. В городе за счёт правителей накрываются столы, и весь Иблис будет этой ночью есть и пить, празднуя расширение «империи черепов». Гуук направляется прямиком во дворец, Арслан отделился и отбыл к себе, а Хосров пока всё ещё за стенами города, распределяет между отличившимися воинами награбленное добро и земли.

В Идэне страшная суматоха. Слуги носятся, как угорелые, готовясь к пиру в честь победы. Юна, не покладая рук, работает, в душе думая о несчастных, которым пришлось положить свою жизнь, чтобы Гуук смог отметить еще одну победу.

Нагретый воздух летнего вечера пропитан умопомрачительными запахами жарящегося на заднем дворе мяса, в главном саду расстелены скатерти, за которые способны уместиться более двухсот человек, наружу выкачены бочки с вином, на деревьях развешаны фонари. Главные девушки дворца разодеты в свои лучшие наряды и с нетерпением ждут своих правителей в гареме. На мраморных ступеньках дворца Гуука встречает одетая в белый наряд, расшитый золотистыми нитками, Рин, ветер треплет ее белоснежные волосы, на пальцах и запястьях поблёскивают под лучами готовящегося спать солнца дорогие украшения. Девушка напоминает спустившегося с небес на землю ангела.

Юна вешает на дерево очередной фонарь, когда видит короткой поступью идущего к Рин Маммона. На коне восседает облаченный в черное её личный дьявол. Его лицо стало суровее, рука, держащая поводья, покрыта свежими шрамами, взгляд острее обычного. Каждая битва будто накладывает на Гуука свой отпечаток. Он только вернулся с боя, должно быть, вдоволь напился крови, но взгляд всё такой же голодный и ненасытный. Гуук, не слезая с коня, принимает чашу с вином из рук Рин и, испив до дна, возвращает её ему. Юна чувствует, как неприятное чувство изнутри скребётся о грудную клетку, но отгоняет от себя все мысли о зависти Рин или тем более ревности. Девушка убеждает себя, что лично бы всыпала в эту чашу яда, а ревность скорее к Маммону, который так послушно стоит перед Рин. Она слезает с дерева и понуро плетётся делать остальную работу, не разделяя всеобщего ликования. Юна по поручению Бао тоже сегодня обслуживает праздничный ужин.

Гуук лично провожает Маммона в денник, благодарит верного друга за службу и очередную победу и, побыв с ним пару минут, идёт в сад. Юны нигде нет. Гуук с момента прибытия во дворец ищет её глазами, но не находит. Кажется, она нарочно прячется. Гуук опускается на подушки во главе скатерти, к нему присоединяется прибывший наконец-то во дворец Хосров. Он продолжает оборачиваться, смотрит на слуг, снующих туда-сюда, но Юны не видно. Гуук решает после ужина проведать барак, плевать, какую причину придётся придумать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.