Никос Зервас – Дети против волшебников (страница 77)

— Смотри, брат, — Ванька выставил вперёд ладони с цепко растопыренными пальцами. Каждая из ладоней показывала одного из состязающихся борцов. — Получается, колдун принуждает тебя сделать неверное движение — совершить грех — чтобы потом ухватиться за твой грех своей магией и бросить тебя через бедро. А если ты вовремя признаешь свой грех, тем самым как бы ликвидируешь слабинку в своей обороне — и восстанавливаешь защиту, которую даёт тебе Бог.

Ставрик немного подумал, поиграл бровями и сказал:

— Это всё, конечно, правильно. Но неплохо бы покушать. А то моя бедная сеструха уже, похоже, собралась рухнуть в голодный обморок.

Ребята с радостью набросились на генеральские баранки, извлечённые из Ванькиного рюкзака. Царицын тоже захрустел баранкой — и улыбнулся, чувствуя, что силы постепенно возвращаются. Кадет даже попрыгал на носочках, покрутился на месте, сделал пару приседаний — как не было никакого заклинания!

— Ой, а чьи это пакетики? — прозвенел Надинькин голос. Ваня увидел, что девочка поднимает с пола два чёрных свёртка…

— Не трогайте! — Ванька подскочил и бросился к Наде. Но девочка уже заглянула внутрь и радостно удивилась:

— Ах, смотрите! Я куколки нашла!

— Какие-то нехорошие пакеты, — вырвалось у Касси. — В кино в таких пакетах обычно трупы перевозят…

— Да нет, ничего страшного, — сказала Морковка. — Тут правда куклы, вот смотрите.

И она вынула небольшую восковую куклу, изображавшую взрослого мужчину в костюмчике.

— Ой, — сказала Надинька испуганным голосом, — а почему у куклы… голова отвалилась?

Действительно, голова восковой фигурки совершенно не держалась на плечах.

— Тут ещё одна куколка, — сообщила Надинька.

И вытряхнула на смятый ковёр небольшую восковое чучелко российского десантника — в тельняшке и с голубым беретом на голове. Кукла была пронзена двумя длинными стальными спицами — в задницу и в голову.

— Братцы мои… — выдохнул Иван. — Это ж Телегин!

В чёрных пакетах, оброненных Карлисом Гаафсом при падении, помимо колдовских куколок имелись бумажки, густо исписанные от руки красными чернилами.

Первая бумага сообщала, что Принципал академии Мерлина дарует Лиге колдунов право на умерщвление сотрудника ФСБ России младшего лейтенанта Геннадия Перепёлкина на основании списка серьёзных прегрешений, допущенных Г. Перепёлкиным и дающих Принципалу Мерлина определённые права на Г. Перепёлкина ввиду серьёзного ослабления так называемой русской защиты.

Внизу виднелась жутковатая приписка, из которой следовало, что акт ворожбы произведён «успешно» специальной ликвидационной комиссией Лиги колдунов, в которую вошли профессор Колфер Фост, профессор Карлотта ван Холль и аспирант Карлис Гаафс.

Вторая бумага — и тут Иван оказался прав совершенно — касалась личности некоего Виктора Петровича Телегина, 1968 года рождения, русского, подполковника Воздушно-десантных войск, уволенного в запас по состоянию здоровья и состоящего на контрактной службе в ФСБ России.

Первым пунктом в бумаге указывалось, что В. Телегин пять лет назад был проклят матерью молодого солдата, которого В. Телегин сделал калекой, поддавшись вспышке гнева на фоне многодневного никотинового голода. Принципал Мерлина информировал Лигу колдунов, что данное преступление приводит в действие духовный закон ослабления Благодати, в силу чего имеются шансы успешной ворожбы с целью нанесения В. Телегину огнестрельного ранения средней степени тяжести, ведущего к инвалидности или уродству.

Вторым пунктом в той же бумаге указывалось, что 7 ноября 1992 года В. Телегин совершил деяние, в результате которого духовное действие Благодати сведено к минимуму, что позволяет с большой долей вероятности рассчитывать на успех наступательного колдовства с целью умерщвления.

Холодеющими руками Ваня перевернул страницу и, прочитав несколько строк на обороте, узнал, в чём же состояло преступное «деяние» Телегина, из-за которого он превратился в неплохую мишень для колдунов. Прочитав страшный документ до конца, Ванька уронил бумагу и опустился на пол. Минуту сидел молча. Потом вскочил, схватил восковую куклу и выдернул спицы.

— Вряд ли это поможет, — сказала Касси.

— Да. Я понимаю. Если бы я мог сообщить Телегину… чтобы он как можно скорее вспомнил про то, что случилось с ним 7 ноября 1992 года… — простонал Ванька, потом заскрипел зубами, сгибая поганые спицы узлом. — Он должен раскаяться в этом грехе, иначе… первая же пуля найдёт его.. Колдуны его «намагнитили», понимаешь?

Удивительно, что в коридор до сих пор никто не прибежал — ведь такой был грохот, даже выстрел прозвучал, а уж про ураган, выдернувший гвоздики из ковра и ручки из дверей, и говорить нечего… Хотелось, конечно, Ване Царицыну утешить себя тем, что в подземелье хорошая звукоизоляция, но мелькала и другая мысль: а что если… их давно обнаружили и наблюдают через видеокамеры?

Ваня понимал, что надо срочно тикать отсюда — да только девочкам явно был нужен отдых, хотя бы несколько минут. Прийти в себя, чтобы утихла эта дрожь в коленях, перевязать царапины… Ванька успел затащить тела Коша и Гаафса в туалет, в кабинки — и только-только вымыл руки, как девочки доложили, что готовы двигаться дальше.

Честно говоря, Царицын не очень ясно представлял себе, куда именно надо двигаться. Профессор Кош сказал, что Петрушу могли утащить на опыты в Лабруис. Однако двери с табличкой RuReL, то бишь Лаборатория русских исследований, на этом этаже не было.

Зато Иванушка обратил внимание на крошечную дверцу в конце коридора. Таблички на ней не было, и заперта она была как-то особенно качественно: плотно, почти герметично прилегала к косяку. Царицын насторожился. Каптёрки и санузлы накрепко не запирают. Любопытно, что никаких замков и запоров тоже не виднелось: только привычный глазок сенсора поблескивал посередине двери на уровне Ваниной переносицы.

— Я знаю, что это такое! — закладывая руки за спину, важно сообщил Ставрик. — Это сканер радужной оболочки глаза. У нас в Афинах такие перед Олимпиадой устанавливали. Нужно приложить глаз к окошечку, тогда лазерный лучик тебя опознает и откроет дверь. Если, конечно, ты есть в списке тех, кому можно заходить внутрь.

— Ого! Похоже, мы нашли важную дверцу! — Ванька радостно щёлкнул пальцами. — Ставрик, нам пора в туалет.

— Это ещё зачем? — поразился маленький грек. — Я уже посетил, мне не нужно.

— Прости, но в одиночку я не смогу дотащить сюда дохлого Карлиса, — пояснил Ваня. — Девчонки, вам лучше не смотреть.

Ставрик не слишком удачно пошутил, предложив достать у чёрного Карлиса глаз и приложить его к сканеру, но Ваня сразу сообщил, что лично он на такие вещи не способен. Пришлось мальчишкам тащить ужасно тяжёлое тело добрую сотню метров по скомканному ковру.

— Осторожно… поднимай и прикладывай его лицом к двери, — хрипловато командовал взмокший Ваня, прислоняясь к косяку и взваливая мёртвого колдуна на плечи.

— Есть! — радостно доложил Ставрик. Красный огонек скользнул по остекленевшему глазу Карлиса, и дверца, мелодично попискивая, отодвинулась внутрь стены.

— Бросаем здесь, — скомандовал Ваня, роняя тело на пол. — Давай, что ли, ковром его накроем… Чтобы не так заметно.

Получилось, правда, всё равно довольно заметно. Но тащить Карлиса обратно в туалет уже не было сил. Иванушке не терпелось устремиться вперёд — по грохочущей железной лестнице, уводившей… разумеется, вниз. В гулкую черноту тоннеля.

— Слушайте, братцы… это ж на метро похоже! — прошептал Ваня. — Смотрите, рельсы впереди! Только не прыгайте вниз, током ударит!

Рядом с рельсами, чуть повыше, была проложена дорожка для пешеходов, огороженная жёлтыми перильцами.

— Ты уверен, что мы на правильном пути? — Касси попыталась заглянуть Иванушке в глаза. Кадет отёр лоб рукавом, немного поморгал, стряхивая с ресниц капельки пота, и ответил:

— Рассудите сами. Кохан Кош вёл нас в Лабораторию русских исследований. И привёз на лифте не куда-нибудь, а именно на этот этаж. Значит, на этом уровне есть проход в RuReL. Все двери в коридоре — обычные, и только эта оборудована сканером. Значит, она секретная. А это — именно то, что нам нужно.

— Надеюсь, профессор Кош вёл сюда не для того, чтобы мы попали в какую-нибудь хитрую западню, — задумчиво сказала Касси.

— Успокойся, дорогая! — сказала Надинька, бережно поддерживая Касси под ручку. — Доверься Ванечке, и всё будет хорошо. Знаешь, во всех дурацких фильмах тётеньки вечно мешают дяденькам справится с проблемами. То вопросы задают не вовремя, то плачут невпопад, а иногда ещё сдуру попадают в плен к врагам… Давай не будем делать как в кино!

— Свет! Смотрите, вдалеке что-то светится, — быстро сказал Ставрик, указывая влево. — Наверное, там станция.

— Хотите, я сбегаю? — спросил Ваня, пытаясь невзначай отобрать у Ставрика волшебный зонтик. — Быстро погляжу, что там такое, и вернусь…

— Нет уж! — возразила Кассандра. — Если не хотите, чтобы я была похожа на киношную тётеньку, то не бросайте меня, пожалуйста, без присмотра.

— Ладно-ладно, — уступил Царицын. — Идём все вместе. Держитесь за перила и старайтесь не слишком грохотать…

Ни один поезд так и не проехал мимо. Через четверть часа свет в конце тоннеля сделался ярче, а ещё через минуту дети заморгали, стали жмуриться: что там такое?