Никонов Андрей – ALT-KOT+2 (страница 5)

Остров Кайо-Коко я купил девять лет назад, когда способности начали потихоньку исчезать. Песок там напоминает сахарную пудру, а если лечь в воду лицом вниз, то можно любоваться морскими звездами, устилающими дно. Я любовался уже почти год.

- Марк, - отвлек меня от размышлений голос жены. – Лиза звонит.

- Иду, Леночка, - я несколькими гребками бросил тело к берегу, далеко не заплывал, зачем, вода идеально чистая везде. – Что она хочет?

- Вот сам узнай, - Лена мою сестру недолюбливала. Может быть, потому, что та мешала ей мной командовать, а может – потому что наши коты любили ее больше, чем хозяйку.

- Марк, привет, - на вылезшем экране появилось лицо Лизы. – Слушай, я хочу тебя кое с кем познакомить, не только тебя, вас всех. Похоже, я выхожу замуж.

- Не шути так, - строго сказал я. – Это уже пятый, и если и он сбежит, я утоплюсь.

Лиза рассмеялась.

- Братик, отжимай свои плавки, и через два дня жду вас в нашем доме. Кстати, Ира тоже обещала прилететь.

- Она-то зачем? – Белова уже пять лет как развелась с Серегой. Спасибо Ашши, та ей обьяснила, что одаренная должна иметь детей от обладающего ядром, а не унылой физиономией и занудством.

- Ты же ее командир. И вообще ты к Ире несправедлив, она всегда на твоей стороне. Как и Катя.

- Она что, тоже будет? – Неземная любовь Уфимцевой и Кеши разбилась как раз о Белову. По моему представлению, эти две симпатичные женщины должны были друг друга ненавидеть. А они наоборот, подружились.

- Так, все, - Лиза не любила долго трепаться. – Через три дня на ранчо. Форма одежды свободная. И мне не нравится родинка у тебя над левой бровью, приедешь, посмотрю.

Уж что-что, а это я мог сделать и сам, медицина не требует большого расхода энергии, и то, если лечить кого-то еще, а для себя, любимого, достаточно тех крох, которые остались.

Мать на молодости лет занялась фермерством, купила огромный участок в Эквадоре, и теперь выращивала там бананы и коров. Так что это было настоящее ранчо, на четырех квадратных километрах паслись стада.

Рык и Шарик встретили меня с достоинством, чуток приправленным опаской, хоть и прошло десять лет, кота они не забыли. Я тоже. Погладив собак, обняв родителей, уселся рядом с Беловой,з а это время она почти не изменилась. Чуть-чуть. Внешне – в лучшую сторону, характером – в худшую, одно другое компенсировало.

- Как жизнь, командир? – Ира приехала без Кеши, но с Катей. И поэтому Сергей искоса бросал на нее глубокомысленные взгляды, которые она игнорировала. – Киснешь?

- Ага, - я проводил глазами Вику, за это время превратившуюся в уверенную в себе молодую девушку. – Может, бросить здесь все, махнуть на Луну?

- Лена тебе махнет, - Ира помахала Сельчанской, еще одна близкая подруга. Вот ведь гадюшник прямо на груди пригрел. – Ногой. Какой у нее пояс по каратэ?

Я хотел отшутиться, но тут мать выбежала на огромную веранду центрального дома эстансии, что-то прокричала.

- Лиза приехала, - перевел я с кухонного на русский. – Сейчас своего кавалера будет показывать.

Белый лимузин заехал на круг возле дома, остановился у входа. Слуга распахнул заднюю дверь, оттуда выпрыгнула моя сестра. А из другой появился хорошо знакомый мне человек.

Уставшие гости давно разошлись по комнатам, дом темнел окнами - ни в одном не горел свет, все звуки утихли, и только мы с Лизиным женихом сидели в глубоких креслах под старой бальсой, укрывшей нас ветками и создавшей подобие отстранённости. Я раскурил сигару на двадцать минут, помахал ей в воздухе, отгоняя москитов. Хотя они и так меня не кусали, просто по привычке.

- Они не мучились, считай это подарком в честь нашей бывшей дружбы, - Кир Громеш проделал то же самое, оставляя в воздухе белый след. – Дар богини. Не удивляйся, в мирах многое изменилось. Хочешь меня убить?

- Хочу, - честно ответил я. Хотя, честно сказать, в душе была пустота. Как только я увидел Кира, я понял, что произойдет. Бежать, сопротивляться, что-то делать было бесполезно, на шее Лизы висела белая удавка, и она ее не чувствовала. За то время, что мы не виделись, наследник Громешей сильно вырос, похоже, повелителем стал. Такой может и всю планету уничтожить. – Убил бы, если мог.

Кир ничего не ответил.

- Как ты сюда попал? – первым нарушил я затянувшееся молчание.

- Кристаллы-то остались, - Кир пожал плечами, затянулся сигарой. – Десять лет твой мир был закрыт, но теперь снова сюда можно попасть.

- Что будет с остальными? – Я обвел рукой круг. Широко.

- Они останутся в живых, никто не будет устраивать здесь геноцид, да и с Маас-Арди ссориться не с руки.

- А с Уришами можно?

- Марк, сам понимаешь, когда убиваешь одного ас-ариду, месть неизбежна. Ты убил десятки тысяч, не считая всех остальных – и ассу-аридес, и обычных людей. Двадцать миллиардов тех, у кого не было проекций. Рано или поздно это должно было случиться, не я, так кто-то другой. Лучше я.

- Сколько?

Кир улыбнулся. Почти ласково.

- За то, чтобы убить тебя, другие сами готовы платить, в очередь выстраиваются. Мне повезло. Так что ману тут не при чем.

- Как все произошло?

- Я не знаю, в это время был на Оранжевой, она, кстати, теперь навсегда в изначальном мире, и доступна для порталов. Но ан Траг утверждает, что это не случилось мгновенно. Люди распадались, пусть доли секунды, но они это чувствовали. Мучились, умирая. Наверное, это больно, когда реальность вместе с тобой рвется на мелкие кусочки.

- Ан Траг спасся?

- Да, и те, кто был на Оранжевой и в соседних системах – тоже. И в других реальностях. Около трехсот тысяч человек.

- А…?

- Нет, прости. Она оставалась в мире-ноль, и Илани с ребенком, и Тодин с рыжей Линник. И Павел, и Тоальке. Ты словно нарочно убил всех, кто тебя любил, или хотя бы терпел. Возможно, оно того стоило. Более того, уверен, ты не мог поступить по-другому. Я – тоже. Ты готов?

Я кивнул. В принципе, если не для чего жить, то проще и не жить. Я сам сделал выбор, дал себе лишних десять лет. И по сути жизнь тем триллионам, что живут в изначальном мире – теперь у них есть шанс, возможно, они смогут отбиться от вторжения, с поддержкой оставшихся шумеров это более вероятно, чем без нее. И еще подарил жизнь тем людям, которые остались в отколовшихся реальностях, теперь они не будут сливаться, проекции останутся самостоятельными личностями, а время с основной вселенной синхронизировалось. Да и Громеш жив, по сути, только благодаря мне, так что, наверное, я все-таки сделал что-то хорошее. Вот только не для себя и своих близких.

И поэтому это не имело ровно никакого значения. Первый не совсем был прав. Если один из двух детей оживет, другой все равно останется мертв.

Глаза закрывать не стал, успел увидеть и даже почувствовать, как черный кинжал пронзает мое сердце.

А потом пришла боль. Боль каждого из двадцати миллиардов человек, их действительно рвало на куски, каждого – около одной сотой секунды, так что еще почти семь лет внутри себя я переживал то, что переживали они. Я был молодой женщиной с далекой планеты, и важным эгиром, и многими другими. И Эликой – она почти не страдала, одаренные блокировали в себе боль и ужас. И маленькой девочкой со светлыми волосами, очень похожей на меня, которая плакала, чувствуя, как растворяется в нигде. Я проживал последние мгновения их жизни как искупление, и только потом умер.

Вроде как.

Глава 3

03.

- Какого черта?

Это я произнес, уже стоя на траве. И покрепче выражений еще добавил.

Траве другого мира. Даже ногой потопал – настоящая, зеленая, жесткая. Щипать себя за руку не стал, бесполезно, что такое привиделось, оставалось только догадываться. Но уж очень реально все это было, десять лет до смерти и семь лет после, словно действительно со мной произошло. Причем первые несколько секунд я чуть с ума не сошел от остаточных эмоций, потом как-то все стало распадаться, словно сон – вот просыпаешься, и кажется, что произошло только что очень важное что-то, очень реальное, прямо как откровение снизошло. Можешь в деталях все описать и рассказать, эмоции зашкаливают. Но проходит чуть времени, и понимаешь, что на самом деле приснились какие-то фрагменты обычной фигни, а промежутки между ними ты додумал и сам запомнил. Еще минута – и сон почти забывается. Ну или помнится что-то действительно яркое и необычное, но точно осознаешь, что это не взаправду происходило.

Так и здесь, если и в эти семнадцать лет видений, и сразу после, казалось, вот оно, очередная жизнь прожита и закончена, то чуть погодя и логические неувязки полезли, и несоответствия. И полное отсутствие новой информации – во сне мозг пользуется тем, что знает или может додумать.

Громеш – это понятно. Бедняга полежал на камне, я пропал, он остался, парню обидно. Хотя, спрашивается, какого хрена я десять лет там сидел и ждал у моря погоды, зная отвратительный характер шумеров. Если бы это действительно был я, подготовился бы, появление Кира ведь не стало неожиданным. Пусть он в моем сне сделался повелителем потоков, но Белова, Лиза и Вика его бы в тонкий блин раскатали с помощью других одаренных, стрелкового оружия и РПГ. Первые несколько дней после перехода любой псион уязвим, а с возможностями моих знакомых и систем наблюдения отследить новичка в этом мире – задача не из сложных. К тому же Лиза не из тех, кто заводит любовь до гроба с первым встречным, пусть по жизни она была девочка скрытная, но голова-то на месте.