Николай Живцов – Следак (страница 2)

– Младший лейтенант Горзеев! – козырнул он.

Сюрреализм какой-то. Словно я угодил в кинохронику советских лет.

Точно! Вот на что это все похоже! От догадки я дернулся, пытаясь встать.

– Поаккуратнее, товарищ, не упадите, – пробасил Горзеев, подхватив меня под локоть. – А вот и ГАИ, – добавил он, и мы все повернули головы в сторону подъехавшей легковушки желтого цвета с синими полосами по бортам.

Из машины вышли два сотрудника, тоже в ретроформе, и сразу же направились к нам. Я к тому времени уже стоял на ногах, слегка покачиваясь от шока и последствий удара автомобиля. Горзеев же, стиснув в своей ладони мой локоть, помогал мне удерживать равновесие.

– Лейтенант Попов! – представился старший из гаишников. – Рассказывайте, что здесь произошло.

Не успел я открыть рот, как вмешалась женщина в деловом костюме.

– Понимаете, товарищ лейтенант, этот человек выскочил прямо на дорогу, – немного нервно начала она свой рассказ. – Я ничего не смогла сделать. Ударила по тормозам, отвернула руль, но все произошло так быстро, что я просто не успела избежать наезда.

– Понятно, – проговорил он, изучая взглядом место ДТП.

Второй сотрудник в это время начал делать замеры.

– Ваши документы, пожалуйста, гражданочка, – потребовал Попов.

– Да, конечно. – Женщина протянула лейтенанту водительское удостоверение.

– Зудилина Ольга Васильевна, – прочитал он вслух. – А у вас, гражданин, есть с собой документы? – Попов повернулся в мою сторону.

– Э-э, – протянул я и принялся шлепать по своим карманам. В рубашке отыскался студенческий билет.

Только я собрался его раскрыть и посмотреть, что там внутри, как лейтенант ловким движением завладел найденной мною ксивой.

– Так-с, Чапыра Альберт Анатольевич.

Кто?! От потрясения я закашлялся.

– Пятый курс, – продолжил он читать содержимое билета, бросив взгляд в сторону крайнего корпуса универа. – Ну так и что произошло, гражданин Чапыра? – вернулся он к опросу.

– Ну, я переходил дорогу, а тут машина откуда-то вырулила. Не успел отскочить, – начал я импровизировать. Черт знает, что там произошло на самом деле, но вот лучше бы не меня признали виновным. Я еще не разобрался с тем, во что вляпался, и лишние проблемы мне были не нужны.

– Это я вырулила?! – возмутилась Зудилина. Ее глаза сверкали в гневе. Женщина обличительно ткнула в мою сторону пальцем. – Это ты бросился под мою машину!

– Да неужели? – ухмыльнулся я, но тут же посерьезнел. Если решат, что я самоубийца, то в психушку упекут на обследование. – Товарищ лейтенант, я из университета в магазин шел. Просто шел, не бежал, из кустов не выскакивал, водителей не пугал. А вот она, – теперь уже я выставил свой палец, – гоняет по городу, как по трассе Париж – Дакар.

Зудилина от моего спича покраснела, открыла рот, чтобы обрушиться с обвинениями, но тут неожиданно меня поддержала толпа. Люди, как оказалось, никуда не ушли, они с интересом следили за происходящим и даже решили поучаствовать в спектакле.

– Она, она виновата! – закричала бабка, потрясая клюкой. – Чуть человека жизни не лишила!

– Гоняют словно шальные! Дорогу перейти спокойно не дают! – перебивали ее женские голоса.

– Баба за рулем – обезьяна с гранатой, – заглушил всех мужской бас.

– А ну тихо! – это уже гаркнул лейтенант Попов. – Кто из вас видел момент аварии?

– Так это… Да я уже после подошел, – послышались голоса.

Зудилина посветлела лицом. Ответы ее явно воодушевили, и женщина вновь бросилась в наступление.

– Не видели, а наговариваете! Что за люди?! – закричала она. – Это он мне под колеса прыгнул и врет! Бессовестный!

– Гражданочка, не кричите так, – поморщился Попов. – Сейчас во всем разберемся.

Он вытащил из планшета чистый лист бумаги и принялся рисовать схему, периодически уточняя информацию у коллеги.

Неожиданно воздух со свистом резанула промелькнувшая немного в стороне от меня клюка.

– Это кого ты тут лгуньей назвала?! – закричала старуха и начала надвигаться на совершившую наезд женщину. Походу, она только что переварила ее слова и каким-то образом всё приняла на свой счет. – Да как ты смеешь?! Я ветеран, орденоносец! – Клюка стучала по асфальту, старуха надвигалась.

Зудилина, отступая, нырнула за спину все еще поддерживающего меня Горзеева, и я оказался первым на пути разгневанной старухи. Первому мне и прилетело клюкой. Хрупкое равновесие было нарушено, и я начал оседать.

Позади раздался вскрик Зудилиной.

– А ну прекратить! – Падая, я услышал голос Горзеева, которому пришлось меня отпустить, чтобы перехватить клюку.

– Убили! – истерически закричали женщины. Кто-то даже завизжал.

Я в это время лежал на асфальте, морщился от боли в локте, на который пришелся основной удар от падения, и изумлялся.

«Верните меня обратно!» – кричал я куда-то в небо, не разжимая губ.

Вот какого хрена меня сюда занесло?! Нет, я читал, конечно, книги про попаданцев. Но там в СССР обычно старперы отправлялись. Они когда-то жили в нем, знают его специфику, ностальгируют по нему. Поэтому и принимаются в новой жизни усиленно его спасать. А я здесь при чем? Зачем меня сюда отправили? Чего я здесь делать-то буду? Мне вообще до звезды этот СССР. Я в нем не жил и, соответственно, никаких нежных чувств к нему не питаю. На кой я здесь сдался?!

– Чапыра! Ты чего тут разлегся?! – Мои стенания прервал незнакомый женский голос.

Взгляд наткнулся на нависшую надо мной девушку. Строгая белая блузка, застегнутая под самое горло, черная юбка, открывающая острые колени. С двух сторон от ее русой головы болтались завязанные синими лентами тощие косички.

«Это еще кто?» – успел подумать я, прежде чем меня принялись поднимать в четыре руки.

– Да где эта «скорая»? – обеспокоенно заозирался Горзеев.

– Вы, гражданочка, кто будете? – раздраженно поинтересовался Попов у нового лица.

– Я комсорг. Лебедева моя фамилия, – поправив очки в толстой оправе, важно заявила девица и строго спросила: – А что здесь происходит?

– ДТП у нас здесь, – вздохнул Горзеев, вновь поддерживая меня за локоть.

– А при чем здесь Чапыра? Его на комсомольском собрании ждут. Нам, товарищи, задерживаться никак нельзя, – не терпящим возражения тоном заявила девица-комсорг. – Чапыра, ты в таком виде собрался на собрание идти?!

– А? Чего? – Я в это время раздумывал над значением слова «комсорг», поэтому не сразу среагировал.

– Девушка, у вашего товарища травма, его машина сбила. Не до собраний ему пока, – вновь раздраженно влез Попов. – Вы видели, что произошло? Нет? Тогда прошу вас покинуть место происшествия! И бабушку проводите уже до дома! – крикнул он столпившимся возле успокоившейся старухи людям. – Протокол читаем, подписываем! – Это уже он обратился к нам с Зудилиной.

Женщина первой схватила документ, а я задумался над тем, что эту Лебедеву отпускать никак нельзя. Раз она меня знает, то может оказаться полезной.

– Лебедева! – крикнул я в спину удаляющемуся комсоргу. – Подожди меня, я сейчас.

– Парень, ты куда это собрался? Сейчас «скорая» приедет, – придержал меня Горзеев.

– Да нормально все со мной, идти мне надо, – поморщился я от навязчивой заботы и в качестве аргумента добавил: – На комсомольское собрание.

– Протокол подпиши и иди, комсомолец, – подсуетился с протоколом Попов, сунув мне его в руки.

– В райотдел бы надо заехать, объяснения взять, – забеспокоился Горзеев.

– Да завтра подъедут, все же живы, – отмахнулся Попов. Его явно наше ДТП до печенок уже пробрало.

Первым делом я посмотрел на дату (именно она меня больше всего сейчас интересовала) – 18.06.1976. На дате я и завис ненадолго. Да уж, занесло. Текст протокола со схемой я просмотрел бегло, подписал их буквой «Ч» с завитком и, прихрамывая, поплелся в сторону Лебедевой. Смысл торчать здесь и что-то доказывать? Свидетелей нет, тормозной путь короткий, женщина – водитель, я пешеход, так что как-нибудь потом отбрехаюсь. А вот устраиваться в этой жизни нужно уже сегодня. Лебедева же ключ от этой новой жизни, удачно подвернувшийся мне ключ.

Глава 2

– Чапыра, а ты вообще как себя чувствуешь? – нарушила тишину Лебедева, когда мы ступили на территорию студенческого городка.

– Да как тебе сказать, – неопределенно начал я, соображая, как бы половчее из нее информацию выудить.

– Вижу, что сегодня от тебя толку не будет, – перебила комсорг, придирчиво рассматривая хромающего меня через свои окуляры.

Девушка вздохнула, что-то прикинув в уме.

– Ладно, пошли до общежития тебя провожу, а то упадешь еще по дороге. А мне потом отписывайся, – резюмировала она итог своих размышлений.

«Общежития?! – не на шутку встревожился я. – Прощай моя двухуровневая квартира?»