Николай Живцов – Настоящий американец 3 (страница 41)

Но, леди и джентльмены, Америка великая страна потому что — это страна мечтателей. Такими были пассажирами Мэйфлауэра, высадившиеся на плимутской скале. Такими были отцы-основатели нашей великой нации и те, кто провел страну через горнило испытаний во время гражданской и второй мировой войны.

И сейчас я стою среди точно таких же мечтателей. Таких как мистер Генри Форд Второй, великий внук великого дела, как Джон Фицджеральд Кеннеди, господин сенатор не покладая рук работает ради лучшего будущего для всех нас, и таких как Фрэнк Брайн Уилсон Третий и мистер Кэрролл Шелби. Эти двое являются настоящим воплощением американского духа, локомотивами нашего прогресса и примером для подражания для всех молодых американцев. И даже меньше чем за полгода этим двоим удалось сотворить то, что я считал невозможным. Вот она, новейшая гоночная трасса, которая обеспечит рабочими местами сотни, если не тысячи флоридцев!

И я очень надеюсь, что мистер Шелби, и особенно мистер Уилсон, не остановятся на достигнутом и продолжат не покладая рук работать на благо хранимой Богом Америки!

— Отличную речь вы произнесли на церемонии открытия, господин губернатор, — лизнул я хозяина Флориды на вечеринке в честь открытия Дайтоны.

Красавицы Грид-герл, которых мы наняли в Апсайте и Нью-Йорке сейчас выполняли роль официанток. Одеты они были в униформу, что служила нативной рекламой Wilson American, Альфа Ромео, Макдональдс, наши с Билли снегоходы и другая моя продукция. Всё это попадет в газеты и кинохронику, так что логотипы и названия моих компаний долго будут на слуху.

Пилоты и механики команд чувствуют себя сиротами на этом празднике жизни. В отличии от остальных им нельзя пить и в их бокалах только сок. Ничего, оторвутся поле гонки. Объём спиртного, приготовленный на афтепати больше чуть ли не в три раза.

Остальные же веселятся во всю, не отказывая себе в выпивке.

А главным украшением вечера, кроме Жаклин, является несравненная Одри Хепберн.

Съёмки “Гран-При” практически закончены. Сейчас фильм находится на монтажном столе в студии Парамаунт. И главные звезды будущей кассовой сенсации, Одри, Грегори Пек и Джеймс Дин, который сыграл антагониста, сейчас во всю торгуют лицом, обеспечивая так необходимую картине рекламу.

Коннери тоже здесь, но пока что он для всех какой-то непонятный актёр, до этого игравший «вон того пятого в седьмом ряду». В моем фильме он снимался практически за еду. При этом был готов покупать эту еду сам для всей съемочной группы.

Кстати, Шон оказался приятным в общении парнем, подошел ко мне, поблагодарил. Понимает, что только благодаря мне получил этот великолепный шанс сняться в крутом фильме, причем в главной роли. Впрочем, дальше на голодном пайке я его держать не собираюсь. Будет и премия, если кассовые сборы оправдают ожидания, а, главное, в дальнейшем он получит роль в Бондиане.

Нашего славного режиссера Джона Франкенхаймера на этой вечеринке нет. А всё потому что его не устроили кое-какие сцены, и он в последний момент решил их переснять. А именно, ему не понравились обзорные дубли гонки. Массовка хоть и поработала отлично, не смогла обеспечить нужный эффект.

Поэтому режиссера завтра ждет напряженный день. Джон лично будет с вертолёта снимать необходимый материал на трассе. Его захватила идея вставить в фильм реальные кадры с Дайтоны.

— Отличная церемония открытия и вечеринка, — вернул мне любезность губернатор. — Мистер Форд! — говоря со мной хозяин Флориды не выпускал из виду все, что происходило вокруг и заметил крупнейшего в мире автомагната, которого пена приёма вынесла рядом с нами. — Вы ведь знакомы с Фрэнком?

— К сожалению, только заочно, — ответил мой недруг и пожал мне руку.

Без напряга ответил на его рукопожатие и ответно сверкнул зубами. Хоть внук основателя компании Форд и пытается вытолкнуть меня с авторынка, но уважать его есть за что. Именно этот грузный мужчина с высоким лбом и залысинами принял на себя руководство огромной корпорацией после войны, нанял целую плеяду талантливых управленцев, того же Ли Якокки и Роберта Макнамары, перестроил производство и обеспечил доминирование компании Форд на американском рынке на долгие и долгие годы. Последнее, правда, случилось в изначальной истории мира.

— Ты отлично тут всё организовал, Фрэнк, — похвалил меня Форд. — Хорошая трасса. И твоей рекламы тут полно. Необычный подход. Может мы сможем договориться о стажировке моего маркетинга у тебя?

— Почему нет, мистер Форд. Вы мне двигатели, я вам стажировку. Я всегда открыт для сотрудничества, — мы друг другу по-акульи улыбнулись.

— Я слышал, ты справился и без моих двигателей.

— У вас отличная разведка.

— А у тебя отличная команда. Да и сам ты, смотрю, не промах. Дайтона, Бельгия, уже и о чемпионате договорился. Но все это тебе не поможет завтра победить.

— Вы принимаете желаемое за действительное, — вежливо ответил я на подначку. Форд то ли меня прощупывает, то ли реально считает, что из-за молодости меня легко вывести из себя.

— Джентльмены, — в нашу словесную пикировку встрял губернатор, — Завтрашняя гонка вас рассудит.

Глава 20

Мы с пилотами вышли из занимаемого нашей гоночной командой бокса и дружно уставились в небо. Пока никаких признаков обещанного синоптиками тропического урагана, который, по их прогнозам, уже этим вечером должен обрушиться на восточное побережье, не наблюдалось. Солнце светило, ветер с океана не дул, тучи на Дайтону не надвигались.

— Думаете пронесет? — спросил сразу всех Майлз.

— В Пуэрто-Рико сейчас ветер под 75 миль в час и дождь стеной, — вместо обнадеживающего ответа повторил последние услышанные по радио новости Шелби.

Синоптики считают, что если этот ураган пойдет по обычному маршруту, на северо-восток в море вдоль побережья, то он может повернуть на запад и в итоге Дайтоне тоже достанется. И даже если поворота не произойдет, то ночью всё восточное побережье Флориды будет залито дождём. В общем, ни один вменяемый человек в такой ситуации не согласится участвовать в 24 часовой гонке.

Знаменитый австриец, чемпион мира Ники Лауда едва не сгорел заживо во время проливного дождя на этапе Формулы 1. Не хотелось бы, чтобы история Дайтоны началась с чего-то подобного. Это может поставить крест на гонке.

В будущем вопрос вообще бы не стоял. При таком прогнозе погоды гонки бы перенесли, зрителям вернули бы деньги за билеты и на этом вопрос закрыли. Но тут вам не там, на дворе середина пятидесятых, время непуганых идиотов. Левег на Ле-Мане не сгорел, Джеймс Дин из-за участия в съемках «Гран-При» тоже остался жив, до жуткой аварии Лауды еще два десятилетия. Понятное дело, каждый год случаются аварии, даже кто-то из гонщиков погибает, но пока отношение к этому, что у самих пилотов, что у владельцев команд наплевательское. Ну да, опасно, но это часть работы. Поэтому вполне возможно, что гонка состоится.

Когда мы вошли в конференц-зал, в котором должно было проходить собрание пилотов и руководителей команд, то все уже были в сборе.

Первым кого я здесь увидел был Генри Форд. Он беседовал с руководителем своей заводской гоночной команды. Их разговор сосредоточенно слушали пилоты, которые должны были стартовать на «фордах».

Откашлявшись, чтобы привлечь к себе внимание всех присутствующих, я, как организатор гонки, взял слово:

— Господа, мы все знаем для чего здесь собрались. Поэтому не буду ходить вокруг да около и перейду к делу. Ураган может прийти к нам в районе восьми вечера. Скорее всего, он не заденет Флориду и обойдет её стороной, уйдя дальше на север, но также возможен и неблагоприятный вариант. В любом случае ночью обещают сильные дожди и ветер под 70 миль в час.

Поэтому у меня к вам только один вопрос — да или нет? Мы переносим гонку или проводим. И так как рисковать жизнями придётся пилотам, а это именно что повышенный риск в нашей и так опасной работе, то решать должны в первую очередь именно они.

Форду, судя по его недовольному виду, мое заявление о приоритете права голоса простых пилотов над голосами владельцев и руководителей гоночных команд очень не понравилось. Но мне было глубоко на это плевать, мне нужно было набирать очки репутации, а заодно подстраховаться, так что я проигнорированный его полный раздражения и гнева взгляд.

— Итак, у нас шестьдесят четыре пилота и соответственно шестьдесят четыре голоса, — продолжил я. — Господа пилоты, не стесняйтесь, высказывайте свое мнение.

— Джентльмены, с вашего позволения я начну. — Со своего места поднялся Зора Аркус-Дунтов, первый пилот заводской команды General Motors. — Я за то чтобы ехать. Мы мужчины или как? Ну, будет дождь, пусть даже ливень, но это же не повод отменять гонку. Так что я за то, чтобы проводить гонку. Кто согласен со мной поднимите руку.

— Я говорю от от лица всех пилотов Форда, это наше общее решение, — взял слово Тим Флок. — Мы едем!

— Уже восемь голосов «за», — прокомментировал Форд, буравя меня взглядом.

— Еще бы они не были «за», — отреагировал на это Шелби, — Они все на новеньком Ford Thunderbird, а это такая тяжелая машина что ей ветер, даже и такой сильный помехой не будет. Там металла на две наших Джульетты.

— А ты что думаешь? — также тихо спросил его я. Да, я не вмешивался в принятие этого решения. Все же не мне рисковать жизнью.