Николай Зайцев – Золото империи. Золото форта (страница 34)
– А служба ждать не может!
Быстро повернулся через левое плечо, сдвинул медленно пятки ичиг и мягко, по-кошачьи, вышел за дверь. «Повоюем. Не впервой. И не таких в рог бараний скручивали!»
Закат крупным оранжевым диском, озарив напоследок Васильевский остров, коснулся прохладных вод Невы и через мгновение растворился в надвигающемся на столицу сумраке. Над Санкт-Петербургом постепенно нависало темное покрывало ночи, скрывая собой красоту и величие города, названного в честь Святого Петра, небесного покровителя царя-основателя, но со временем ставшего все больше ассоциироваться с именем самого Петра I – предка правящего государя Александра III. Город исторически и культурно связан с рождением Российской империи и вхождением России в историю в роли европейской великой державы.
На больших улицах, как Невский проспект, то тут то там стали зажигаться фонари. Новые, электрические, создавали серьезную конкуренцию старым – керосиновым и масляным, вытесняя постепенно последние из обихода. Но небольшие улочки так и оставались неосвещенными. На них то и дело мелькали какие-то непонятные тени, и запоздалые прохожие старались обходить такие места стороной. В городе начиналась совсем иная, незаметная днем жизнь.
Рестораны открывали свои двери настежь, приглашая состоятельных столичных жителей окунуться в мир, отчасти греховный, замешанный на чревоугодии, винопитии и всем том, что называется человеческим пороком.
«Трезвый боцман» не был исключением и славился тем, что в его стенах с наступлением вечера отказаться от предлагаемых соблазнов смог бы лишь человек ну очень строгих правил. Посему публика валила в эти двери греха бесконечно, платя за пороки довольно приличные суммы.
Здание ресторана, открытая терраса и даже небольшая пристань у реки были обильно освещены небольшими электрическими фонариками, создававшими праздничность обстановки. Фонарики присутствовали и на лодках, в которых подвыпивший мужской контингент посетителей охотно уединялся с особами женского пола, не утруждающими себя этикой поведения. Электрические фонари считались роскошью для этого времени, но владелец ресторана мог позволить себе такое, ведь ресторан приносил баснословные прибыли, причем не все пути, ведущие к такой прибыли, были законными.
– Ну что, господа хорошие, приступим? – сквозь шум пьяных голосов и громкой музыки раздался густой, прокуренный бас. В небольшой комнатке в подвале «Трезвого боцмана» за круглым столом, освещаемым мерцающим огоньком большой восковой свечи, сидело шесть человек. Еще несколько стояло несколько позади. Лиц, по причине плохой освещенности, почти невозможно было разобрать. Но этого и не требовалось. Присутствующие хорошо знали друг друга, а посторонним, тем более если вдруг нагрянет полиция, видеть их было ни к чему.
– Зачем собрал в такой час? – раздался из темноты недовольный голос бородача. – Самое веселье в ресторане. Пожрать бы да с бабой какой на лодочке повеселиться, а не сидеть в этой духоте и вони! По понятиям жить должен!
– Тебе лишь бы веселиться! – грубо прервал бородача начавший разговор человек. Серый с иголочки костюм, подогнанный по фигуре, аккуратно уложенные волосы, перстень с черным драгоценным камнем, просеченным тонкими белыми прожилками, – арабский оникс, в огранке кабошон – говорили о том, что человек занимал не последнее место в темном мире столицы. Человек сверкнул глазами на бородача и с усмешкой добавил: – К тому же как ты лодкой-то править собрался с одной рукой? По кругу плыть будешь. У мадам голова закружится!
– А может, мне того и надо!
Раздался дружный хохот. Пламя горевшей свечи дернулось и заплясало, оставляя блики на лицах присутствующих.
– Да ладно! Тоже мне братва и уважаемые люди! – обидчиво отозвался безрукий бородач. – Разберемся как-нибудь. С любой бабой можно найти общий язык! Может, она грести будет! Не подумали?!
– Угомонились все, – оборвал смешки главный. – Не о том речь сейчас. И точно не про бабу. Не «как-нибудь»! – передразнил однорукого ловеласа человек в сером костюме, поднимая руку, нарочито показывая перстень. – А так разобраться надо, как того требуют от нас! Иначе будешь до гробовой доски на своей повозке по городу колесить! И еще и без ног.
– А ты не пугай! Пуганые мы!
– Нет, не понимаешь ты всей ответственности!
– Хватит лясы точить, – произнес сидевший справа от говорившего здоровый амбал. – Говори по делу, зачем звал! Честной народ в нетерпении знать.
Человек в сером костюме осмотрел не торопясь присутствующих, выжидая соответствующую паузу, показывая тем самым, что он владеет ситуацией, и положил руки на стол; перстень красиво заиграл в отблеске свечи.
– Так вот, господа хорошие! Предстоит крупное дело. Заинтересованные люди просят помочь… – Тут говоривший вновь сделал паузу, посмотрев на безрукого бородача.
– Ну! Не томи! – буркнул амбал.
– Помочь убрать действующего императора! – негромко произнес человек в сером костюме. По комнате разлилась тишина. Безрукий бородач закашлялся, поперхнувшись слюной.
Присутствующие недоуменно уставили свои мрачные взоры на говорившего.
– И зачем нам такие хлопоты? – зловеще прошептали из темноты. – Пускай господа и дальше тешатся в свои бунты и свержения. Моя хата с краю.
– Золотом платят! Золотом империи! Самой звонкой монетой мира!
– И много?..
– И зачем нам – это золото империи, если мы все поляжем? Кой толк мертвым от золота?
– Понимаю, господа хорошие, что дело иного толка, – продолжил он. – Это не контрабанда, не проститутки, не мошенничество, чем мы привыкли заниматься и что приносит неплохой, а главное, проверенный доход. Это иное дело! И за положительный результат нам заплатят золотом столько, что до конца жизни можно не думать о деньгах совсем! Понимаете? Оцените масштаб сделки!
Бородач снова закашлялся.
– Не буду тянуть кота за причинное место, – тоном, не терпящим возражения, сказал человек с перстнем. – Скажу сразу. Дело опасное. Но если выгорит, будем кататься как сыр в масле! Стоит рискнуть! Мы же рисковые господа или нет?!
– Уж больно мягко как-то стелешь! – заметил амбал. – Против конвойцев с наганами и финками? Да что за бред-то!
– А кто сказал, что так будет? – нахмурился вожак. – Я? Это твой бред! Твои домыслы! У меня же отряд будет оснащен даже ручными бомбами! Плюс стрелками верными помогут – будут действовать офицеры из укрытия! И отстреляют всех! Для них это охота и развлечение!
– Ох уж эти господа голубых кровей! Не верю я им! Подведут под монастырь! В первый раз, что ли?!
– А ты не ссы! – неожиданно отозвался бородач без руки. – Ты об имперском золоте думай! Дело стоящее. Или пан, или пропал. Надоело мне мелочевкой заниматься! – И, обратившись к человеку в сером костюме, добавил: – Говори в деталях, что нужно делать!
Человек с перстнем подробно описал весь план готовящегося покушения и объяснил каждому его непосредственную задачу. Громкая музыка, доносившаяся сверху, из ресторана, заглушала порой говорившего, и ему приходилось говорить громче, что было нежелательным, ведь полицейские шпики могли оказаться здесь совсем неожиданно.
– Назад хода нет! Вы все теперь подписаны! Так как знаете о его сути. Выход один: или завтра идем вместе, или же… – Тут говоривший сложил пальцы на руке с перстнем в виде дула пистолета и сделал соответствующий жест, дунув затем на воображаемое дуло. – Сам резать буду!
В дверь комнатки постучали известным всем кодом, обозначавшим опасность.
– Завтра здесь утром! – негромко выпалил человек в сером костюме и задул свечу.
Расходились быстро. В темноте. Ориентируясь по лишь им известным знакам.
А наверху, в ресторане, все так же играла музыка и пьяные голоса, перекрикивая друг друга, горланили очередную песню.
– О! Ваше сиятельство! И вы здесь! – шутливо высказался Билый, заметив на пристани знакомую фигуру в парадном мундире. Чуть в стороне, пришвартованный к пристани, стоял, раздувая пары, пароход, на котором государь любил отправляться в короткое путешествие, чтобы полюбоваться окрестными видами.
– Так а как же без нас-то?! – поворачиваясь навстречу другу, ответил, широко улыбаясь и обнажив крепкие белые зубы, граф Суздалев. – На то мы и сиятельства, чтобы светить и сиять, подобно слиткам золотым имперским!
– Ты, Ваня, как будто не знаешь, что не все то золото, что сияет! – все так же шутливым голосом заметил Микола. – Рад видеть вас, господин штабс-капитан.
– Да ладно, господин подъесаул! Мы с тобой и огонь и воду прошли! Мы и есть золото империи! – отозвался граф.
– Во, во! Осталось медные трубы пройти, ваше сиятельство! И тогда полный комплект будет! – продолжил Билый.
– Это ты о том, что награды у нас золотые на груди засияют? – наивно произнес Суздалев, любовно поглаживая себя по орденам.
– Это я о том, – подъесаул сделал короткую паузу, – как бы нам с тобой самим не засиять по-другому и не загреметь золотым звоном под медные фанфары.
– Типун тебе на язык, Николай Иванович! Я ведь только жить начинаю! Откуда столько пессимизма, друг мой?! – не унимался Суздалев. – Такие люди, как мы с тобой, и есть самое что ни на есть золото! Любую корону украсим! Настоящие бриллианты!
– Ага. «Бриллианты». Эх, – глубоко вздохнул Билый. – Твоими бы устами… Только золото все одно металл, стало быть тяжелый, может и утонуть. Разумеешь, о чем я?