Николай Ярыгин – Тернистый путь к трону (страница 24)

Марк сделал священный круг, помолчал и заговорил вновь:

– Настоятельницей монастыря была моя старшая сестра, она и отправила тебя ко мне, посвятив в это короля. Помнишь старого Варха, садовника? Это он и твоя кормилица привезли тебя. Я тебя усыновил и каждый год слал отчеты о тебе королю. И жил бы ты так до своего совершеннолетия и только потом узнал бы, чей ты сын. Но буквально за год до того, как ты пропал, старшие сыновья короля, находясь на охоте, подверглись нападению дикого тура, и произошло так, что один погиб сразу, а второй ударился спиной и обездвижел. Вначале была надежда на излечение, но она постепенно умирала. Вспомнили о тебе, а тут ты пропал. Ты должен понимать, что мне пришлось пережить и каково было мне стоять перед королем. Только благодаря твоему письму стало немного легче. Видя, что у короля нет наследника, в королевстве среди герцогов начались волнения: каждый хочет сесть на трон. Пошли споры, дошло до того, что началась война между двумя герцогами. К счастью, оба погибли вместе с семьями.

Марк замолчал, переводя дух, во рту у него пересохло.

– Прикажи, пусть подадут воды.

Дарк словно очнулся, посмотрел на Марка и спросил:

– Отец, может, лучше вина? Или настоя сейчас заварят.

– Давай, сынок, настоя, голова нужна трезвая и светлая, не до вина.

– Сейчас, одну минуту.

Дарк открыл дверь и прокричал:

– Эй, кто там есть, передайте кухарке, пусть заварит травяного настоя и подаст с сыром и коржиками. – Он повернулся к отцу и сказал: – Сейчас принесут. Скажи, почему началась война между этими герцогами?

– Я многого не знаю, потому что кто я такой, но, по слухам, вроде бы оба хотели выдать своих сыновей за принцессу и через нее сесть на трон.

Что там произошло, точно не скажу, но вроде бы один сватался, а Ивица отдавала предпочтение другому, и тот вызвал первого на дуэль, чтобы освободить дорогу к принцессе и трону. Но погибли оба, один во время дуэли, а другой после, от ран. Отец одного из них решил отомстить за сына и пошел войной на другого герцога. В результате герцогства разрушены, обе семьи погибли, король ввел войска и занял их земли, прекратив войну между дворянами. И пока земли находятся в королевской вотчине, а что будет дальше, не знаю.

– Значит, мою сестру зовут Ивица? Красивое имя.

– Красивое не только имя, а и сама принцесса. Правда, для большинства аристократов важна не сама принцесса и ее красота, а трон, который стоит за ней, и много еще прольется крови, если это не прекратить сейчас.

– Ну и скажи, как мое появление может прекратить бойню.

– Когда появишься ты, все поймут, что надеяться не на что: есть наследник и королевство в надежных руках. Кто не поймет, тот погибнет: твой отец никогда не позволит, чтобы трон зашатался, когда он уйдет на перерождение.

– Отец, я не знаю, мне надо подумать. Это настолько неожиданно, что у меня сумбур в голове.

– Хорошо думай. Я, наверное, чтобы тебе не мешать, перееду на постоялый двор.

– Да ты что, даже не думай! Живи здесь как хозяин.

– Что еще хочу сказать. Когда будешь принимать решение, подумай о людях королевства, о сиротах, которых появятся многие сотни, о разоренных селах и городах, о войне всех со всеми ради того, чтобы кто-то один сел на трон и удовлетворил свое чувство превосходства.

– Отец, я же сказал, что подумаю, не надо давить на меня. Кстати, когда заберут щенка берга, предлагаю съездить в мой замок, посмотришь, как я устроился.

Дарк пытался думать, мысли мельтешили, перескакивали с одного на другое, и он никак не мог сосредоточиться. Ему совсем не хотело садиться на трон и испытывать на себе вечные интриги окружения. И ведь все равно придется реагировать на них: разбирать, кто прав, кто виноват, пытаться примирить. Ему это надо?

К тому же он просто боялся, что не справится. Толи дело сейчас: никому ничего не должен, живи себе спокойно. Ну, при нужде отслужит королеве и снова свободен, тем более с его состоянием можно жить, ни в чем себе не отказывая. Да и не был Дарк избалован вседозволенностью, воспитание его не было аскетичным, но Марк его и не баловал.

Дарк вдруг вспомнил детство, свои проказы и невольно улыбнулся. Казалось, это было давным-давно, в какой-то другой жизни. Ему хотелось увидеть сестру: интересно, они и правда так похожи друг на друга, как говорит отец? Хм, отец… А ведь он ему совсем не отец. И тем не менее Дарк даже наперекор себе самому решил, что отцом будет называть только Марка, а матерью – Веронику. Просто он вспомнил, с какой теплотой и заботой они к нему относились, и это не была обязанность, это была искренняя любовь.

«А тот отец, король, как быть с ним? Ладно, посмотрим, как там сложится», – думал Дарк, даже не осознавая, что где-то в подсознании уже принял решение. Он не хотел пока в этом признаться даже самому себе.

Дарк встал, прошел в кабинет. Дом спал. Он присел перед Бану, погладил его, тот поднял голову и лизнул ему руку.

– Ну вот, мы с тобой уже друзья. Скоро ты будешь бегать, как и прежде, осталось совсем немного. Завтра посмотрим, как там у тебя срослось.

Дарк снова вернулся в спальню, постоял у темного окна.

– Нет, поеду только после того, как посмотрю, как там ребенок старого пирата, помогу, подкинув денег, и выполню обещание, данное судейским чинушам.

Нет, никого он убивать не будет. Он их разорит, он ударит по их карману. Все это заварила семья Грава: вначале этот великовозрастный болван, потом подключился его отец, и в конце уже старший брат. Тот вообще гад: пользуясь беспомощностью Дарка, он получал удовольствие, избивая его. Даже если бы он и убил осужденного, ему бы ничего за это не было, вот он и пользовался этим.

И тут в голове Дарка родился план, над которым он бился все это время. Прежде у него ничего не выходило, а тут он вдруг ясно представил, что и как надо делать. Он еще постоял, подумал, а потом лег в кровать и тут же заснул, и спал так спокойно, словно уже выполнил все, что планировал. Главное, он принял решение, хотя себе в этом еще не признался.

Глава десятая

– Говоришь, дом в начале дворянского квартала, почти на отшибе? Хорошо. – Беспалый сунул несколько мелких монет одному из нищих, следивших за Дарком, и буркнул: – Поделите.

Он задумался. Уже было о чем доложить Мастеру: парень оказался бароном, участвовал в войне с Польмаром на стороне королевы, но родом был из дальнего королевства Болар, было такое. Охрана дома малочисленна, днем по двору болталась пара человек, да барона почти всегда сопровождали двое. (Казарма дружины находилась глубоко в парке, и наблюдатели не видели ее и не могли посчитать количество дружинников, вот и доложили только о том, что видели.)

Беспалому никого не удалось подвести к барону, и он довольно сильно по этому поводу переживал. Ему вообще очень не нравилось это задание, пахло от него неприятностью и смертью, а своей интуиции он привык доверять. Но когда его вызвал Мастер, Беспалый шел на встречу с ним с уверенным видом. Он доложил Мастеру о том, кто этот парень, о численности охраны и о количестве прислуги, а также о том, что на ночь в доме остаются только пожилой слуга и помощница повара, остальные спят в доме для прислуги, стоящем вдалеке.

– Ну вот и хорошо. Завтра к тебе придут еще несколько человек, знающих, с какой стороны держать в руках меч, да плюс твой десяток. Вот и пощипайте перышки этому барону, только осторожно. Ну и что найдете, можете оставить себе. Ты в этом деле старший и время выберешь сам, но не затягивай. Сам понимаешь, время такое, что королева может и чистку устроить, не стоит ее провоцировать. Пришли, аккуратно все сделали и ушли. Слуг не трогайте, не надо заливать усадьбу кровью. Надеюсь, ты понял?

Беспалый закивал и поднялся, понимая, что ему все сказали, что хотели, и что так называемая аудиенция окончена.

«Как же, оставьте все себе. Не дай Спаситель тебе долю не отдадим, думаю, обязательно припомнишь», – думал он, уходя от Мастера.

К вечеру появились те, о ком говорил Мастер, было их четверо. Беспалый сразу понял, что эти люди к ночной гильдии не относятся. Скорей всего, когда-то они служили в армии и сейчас, скорей всего, тоже кому-то служили, ну да его это не касалось. Он согласовал с ними, когда они совершат вылазку и кто и как будет действовать. Прибывшие брали на себя барона, а Беспалый – охрану.

На следующий день вновь прибывшие и люди Беспалого валялись, дожидаясь темноты, в снятом доме рядом с тем местом, где планировали действовать. Когда на город опустилась ночь, они осторожно пробрались к усадьбе барона, проникнув на территорию с дальней стороны в районе парка. Двигались осторожно, стараясь никого не разбудить. Когда парк закончился, стали разделяться: прибывшие направились к дому, а люди Беспалого принялись выглядывать дежурных дружинников. Они не знали, что ночью дежурят пятеро, и их попытку проникновения давно заметили. Бывшие воины конной разведки уже давно подняли отдыхающие смены в количестве десяти человек, и разведка тихо кралась позади бандитов, охватывая их со всех сторон, чтобы ни один не ушел.

И никто, ни бандиты, ни дружинники барона, не знали, что сегодня за Бану пришли родители. Прошло ровно двадцать лун, и они пришли забрать своего первенца. Дарк еще три дня назад снял со щенка лубки, и тот потихоньку расхаживался и даже бегал, пусть и не быстро. Суслик и его подруга еще вчера вошли в город и прятались среди лачуг местных бедняков, а сегодня, когда начало темнеть, незаметно пробрались в парк Дарка, послав ему перед этим мысленное сообщение. Дарк ждал Суслика. Но он и подумать не мог, что сегодня ночная гильдия придет сводить с ним счеты.