Николай Яременко – Фигурное катание. Честная история самого скандального вида спорта (страница 3)
Камиле уже не сочувствуют. Посмотрим на проблему под другим углом
А заметили, как быстро во время Игр сместился вектор симпатий и сочувствий? Камилу очень быстро перестали поддерживать так безоговорочно. Ведь из-за неё на пьедестал теперь могут не подняться другие. И я не знаю, что лучше: двойное награждение в Солт-Лейк-Сити-2002, о котором было в своё время столько разговоров и пересудов, или – случись так – никакого награждения в Пекине-2022?
В любом случае, из-за того, что мы никак не можем побороть этот несчастный допинг, падение наше в пучину становится всё более стремительным.
Впрочем, посмотрим на проблему под иным углом. Больную Камилу Валиеву пичкали коктейлем из лекарств?
Депутаты, группирующиеся в Думе, в очередной раз подтвердили старую истину, что парламент – не место для дискуссий. Это место, где приличному человеку становится неловко за всё, что произносится в думских стенах. Вот встаёт депутат Нилов, представитель партии, являющейся уже 30 с лишним лет симулякром, и произносит: будем, дескать, вводить уголовные сроки за неуважение к своим спортсменам. Видимо, все остальные группы населения, уважение к которым вводили отдельными законами, уже настолько уважены, что надо срочно куда-то ещё распространить это положительный опыт.
А тут как раз обнаружился весомый инфоповод – все эти хэштеги #позортутберидзе с тысячами подписчиков. Ясно, что эта депутатская инициатива – не более чем самопиар депутата. Шансов быть реализованной у неё нет. Но тут ведь интересно просто вооружиться лупой, пинцетом – ну, что там ещё берут в руки, когда анализируют всяких букашек? Ведь в этом высказывании забавно ровно всё: и срок, откуда-то взявшийся – 10 лет, и особенно отсылки к зарубежному опыту. Депутат Нилов ссылается на Америку. Они, эти сравнения, всегда очень иллюзорны. И потешны. Потому что, когда надо – Америка враг, они там все «пиндосы» несчастные, нечего нам на них равняться. А когда надо по-другому – образец для подражания.
Тут мне депутаты напоминают одну школьную тему, с которой порой сталкиваются родители учеников выпускного класса. Школу многие 11-классники заканчивают уже в полные 18 лет. Так вот, когда учителю не хочется говорить с родителями – он скрывается за формулой «дети уже совершеннолетние – мы с ними предпочитаем решать вопросы вместе», а когда лень что-то втолковывать совершеннолетнему лоботрясу – поднимает трубку и звонит родителям: «Ваш ребёнок книжки в библиотеку не сдал!»
Итак, вот эта школьная библиотекарша депутат Нилов заикнулся об Америке. Но если б он до конца был честен, то тренерский штаб, все врачи, весь технический персонал и все, кто мимо Камилы Валиевой проходил – давно были бы отстранены от работы с подопечной. Дальше шло бы разбирательство, но они на пушечный выстрел к ней не приблизились бы. Потому что вина (пока ещё официально не доказанная) – на них.
И почему вообще спортсмены нуждаются в отдельном законе об уважении? А сотрудник транспорта? А строитель? А учитель? А артист? Критика артиста или режиссёра – камень, брошенный в основание культурной политики? До бесконечности можно продолжать ведь…
Две последние зимние олимпиады – в нашей сборной громкий допинг-скандал. В прошлый раз мы не нашли ничего умнее, чем говорить, что сейчас снимем в Корее видео со всех гостиничных камер видеонаблюдения – и сразу найдём, кто подсыпал кёрлингисту Крушельницкому допинг. Надо ли напоминать, что закончилось всё это позором вселенским? Теперь тренерский штаб Тутберидзе, памятуя, что Камиле 15 лет и она имеет статус «защищённого лица» (наверное, в стране в тот момент уже не осталось ни одного человека, который не разбирался бы, что это значит), и понимая, что это автоматически ставит в уязвимое положение всех, кто с ней работает, придумал сразу же версию, которая, как им кажется, отводит подозрения разом от любого члена в штабе – дедушка и его лекарства!
Надо ли говорить, что это сужает все последующие юридические возможности для защиты? Но дело даже не в этом. Прогнали эту версию 9 февраля – когда разбирательства проходили в РУСАДА. Потом пришлось повторить уже 13-го, когда Камила по видеосвязи давала показания суду CAS. Вот просто представьте себе ситуацию (сразу скажу – для суда! – что я там не был и всё это моя апперцепция, то есть представление о том, как скорее всего всё это должно было происходить): сидит 15-летняя девочка перед компьютером, говорит заученные слова, когда начинает плавать – ей кто-то сидящий рядом даёт подсказки, она послушно повторяет. Она несовершеннолетняя, поэтому, наверное, это законно. Но ты басни рассказываешь не тем, кто готов тебе поверить – ты их «прогоняешь» профессиональным дознавателям, которые «колют» тебя. Дедушка? Отлично. А когда ты к нему ездила? Какого числа? А где он живёт? А остались билеты от поездки? А почему не помнишь? А часто ли ездишь? А там всегда пьёшь из его стакана? И тебе никто не говорил, что это опасно?
И вот наша девочка плывёт все дальше и дальше. И стресс испытывает она немалый как раз от этого – не от криков британских журналистов, не от неопределённости, будет выступать в индивидуальном зачёте или нет, вручат всё-таки золотую медаль или уже нет. Стресс – от того, что изворотливые взрослые бросили её на сковородку спортивного правосудия.
Противоположная сторона потому и предала огласке всю эту историю – чтобы мы уже не виляли и не нанизывали новых небылиц вместо этой. Мы сами себя подставили. В очередной раз.
Но это ещё не всё. Этери Георгиевна, красавица, каких мало, уверенная в себе волевая женщина, человек с грамотно выстроенным имиджем (мол, и прощать умеет – взяла же в своё время снова под крыло беглую Евгению Медведеву) – но всё это, наверное, лишь внешняя оболочка. Человек, наладивший в промышленных масштабах работу инкубатора одноразовых чемпионок, наверное, не может быть просто душечкой. Здесь нужен холодный цинизм и тщательный расчёт.
И вот тут-то мы переходим к главному. Почти к главному – самое главное будет ниже. Исследователи содержимого анализов фигуристки обнаружили там целый коктейль лекарств от сердца – два разрешённых и одно запрещённое. Спрашивается: зачем коктейль? И что за проблемы такие с сердцем у девочки, если собирают аж коктейль из препаратов? Помните, кстати, смеялись все над «коктейлями Родченкова»? Но дело его живёт, выходит? Запрещённый препарат выводится максимум за шесть часов. Но, видимо, накосячили со сроками. Или же растущий организм девочки повлиял на что-то и случился сбой?
А вот теперь вспомним, что в своё время говорила Тутберидзе в интервью Познеру, когда ведущий поинтересовался, тяжело ли сейчас работать, когда мельдоний под запретом?
– Да, приходится искать что-то новое.
Примерно так ответила давшая секундную слабину тренер.
Это не просто поиски «чего-то нового». Меня не оставляет мысль про сразу три препарата. Не исключено, что у девочки просто нездоровое сердце. Это при созревании бывает, проявляется. А девочку продолжали пичкать. Она же гордость страны. Она лидер. И допичкались.
Вы справедливо спрашиваете: зачем нужен допинг, если она и так на голову выше всех, если её лидерство безупречно? Но, может, не стоит менять причину со следствием? Может, она потому и лидер сейчас, что её организм работает не так, как ему положено в 15 лет? Может, эти циничные люди с трезвым и практичным умом, просто шли к очередной одноразовой победе, бросая в топку очередные сердца? Ради победы и новой порции славы.
Мы же говорим часто про вспыхивающих китайских звёздочек, которых потом никогда на спортивном небосклоне уже не видим? Не такая ли ситуация и здесь? В чём отличия?
Повторюсь: я ничего не утверждаю. Просто задача журналиста – не прославлять. И одновременно не очернять. Задача – задавать вопросы. Надеюсь на ответы.
Спасибо деду за победу?
В понедельник, 14 февраля, Спортивный арбитражный суд дал разрешение российской фигуристке Камиле Валиевой выступить в личных соревнованиях в Пекине, несмотря на положительную допинг-пробу 15-летней спортсменки. Таким образом, CAS отклонил протесты WADA и МОК, возражавших против снятия ограничения со стороны РУСАДА на её временное отстранение. Однако некоторое время оставалось тайной, какие именно аргументы были выдвинуты стороной защиты несовершеннолетней девушки.
Чуть позже в сети появилась информация из источника, который наши СМИ тут же назвали не заслуживающим большого доверия. Речь в новости шла о том, что запрещённое вещество триметазидин якобы попало в организм Камилы случайным образом – из-за её дедушки, который принимает лекарство от сердца.
Однако, как оказалось, все это было правдой. Уже во вторник утром глава дисциплинарной комиссии МОК Денис Освальд подтвердил версию с дедушкиным препаратом. В интервью изданию USA Today он рассказал, что лекарство, содержащее триметазидин, принимал дед спортсменки, и оно могло попасть в организм Валиевой. По словам Освальда, CAS принял во внимание эту версию.
В суде по делу фигуристки выступали её мать Алсу Валиева, а также юрист Анна Козьменко. Заседание проводилось по видеосвязи, продолжалось около семи часов с одним 20-минутным перерывом. Кто-то смог записать выступление сторон на видео и слил ролик в СМИ. Так и появились подробности, из которых мы узнали версию защиты.