Николай Яковлев – Жуков (страница 52)

12 января 1943 года Ленинградский и Волховский фронты ударили по обеим сторонам вражеского коридора, упиравшегося в Ладожское озеро и не допускавшего связи Ленинграда со страной по суше. Хотя немцы ожидали нашего наступления год, как день его, так и мастерство Красной Армии оказались для них неожиданными. Отчаянное сопротивление врага не поддается описанию. Немцы понимали: идет битва за вызволение Ленинграда из тисков блокады, что навсегда похоронит их надежды уничтожить город. Звериному упорству наши воины противопоставили исключительное мужество.

На седьмые сутки не прерывавшегося ни на минуту сражения войска Ленинградского и Волховского фронтов подали друг другу руку в районе рабочих поселков № 1 и № 5. Жуков, находившийся там, «видел, с какой радостью бросились навстречу друг Другу бойцы фронтов, прорвавших блокаду. Не обращая внимания на артиллерийский обстрел противника со стороны Синявинских высот, солдаты по-братски, крепко обнимали друг друга. Это была воистину выстраданная радость».

В этот же день, 18 января 1943 года, Президиум Верховного Совета СССР присвоил Георгию Константиновичу Жукову звание Маршала Советского Союза. Весть о получении высшего воинского звания настигла Жукова, как и подобает солдату, на поле боя — он находился в передовых боевых порядках войск, которые вели напряженный бой.

Через два дня после снятия блокады Жуков побывал в Ленинграде. Город оставался прифронтовым: фашисты злобствовали, часто раздавалась канонада, грохотали взрывы снарядов. Очередной артиллерийский обстрел. Но времена изменились, контрбатарейная борьба была отлично налажена, и вражеские орудия моментально подавлялись. Как все бывавшие в Ленинграде в то время, Жуков был потрясен и взволнован до глубины души. Ленинградцы, лица которых носили следы страшной блокады, не жаловались на жизнь, а с энтузиазмом говорили о том, что сделал и сделает теперь город для фронта!

На всю жизнь Г. К. Жуков запомнил победителей января 1943 года. Воздавая должное ленинградцам, он писал: «Сказывались сила и мужество советского парода, воспитанного партией Ленина, народа, который не может победить никакая вражеская сила… Пусть наша молодежь за новыми кварталами, площадями и проспектами нынешних городов разглядят окропленные кровью минувшей войны улицы и переулки, разбитые и черные от пожарищ стены, вздыбленную землю, с которой руками советских людей, их ледов, отцов и матерей был сметен жестокий враг».

Г. К. Жуков никогда не забывал — он стал Маршалом Советского Союза в битве под Ленинградом,

В начале 1943 года пришла развязка на западном и северо-западном направлениях. Противник, укрепивший оборону на протяжении года — полутора лет, серией операций наших войск частично был сбит с позиций и отводил войска, находившиеся в невыгодном оперативном положении — наследие Жуковских ударов в 1941–1942 годах. С начала марта немцы, преследуемые по пятам, вынуждены были бросить ржевско-вяземский выступ, оставив обильно политый кровью плацдарм. Они ушли от Москвы еще на 130–160 километров. Германское командование страшилось возобновления борьбы на рубежах, куда их в свое время загнали воины Западного фронта под командованием Жукова.

В феврале — марте маршал Жуков координирует действия фронтов на северо-западном направлении, где выполнялась операция «Полярная звезда». Боевые действия развернулись в болотистой местности, каждый шаг даже медленного продвижения давался с трудом. Немцы при первых признаках, что фронт приходит в движение, бросили демьянский плацдарм, вытянувшийся на восток, который держали 17 месяцев. После Сталинграда они отнюдь не горели желанием, более того, панически боялись попасть в еще один котел. Наше наступление, однако, не получило большего развития, необычно ранняя оттепель сделала болотистые места непроходимыми, а враг успел укрыться за разлившейся рекой Ловать. Жуков доложил Сталину, что нужно на время остановиться. Верховный согласился. Было это в середине марта 1943 года.

Линия фронта на западном и северо-западном направлениях на рубеже 1942–1943 годов перемещалась в местах, где нет крупных городов.

Исключение, может быть, составило освобождение древнего русского города Великие Луки. Штаб 3-й ударной армии принял решение об этой операции в знаменательный день, 19 ноября 1942 года — в этот день наши войска перешли в контрнаступление под Сталинградом.

И именно тогда на совещание в штаб армии прибыл маршал Жуков. Генералы 3-й ударной ожидали увидеть сурового военачальника и были удивлены, когда во время обстоятельного ознакомления с делами их армии он был прост, спокоен, шутил.

Заметив на одном генерале добротную новую шинель, Георгий Константинович улыбнулся и сказал: «А я, как видите, в форме командира 4-й донской кавалерийской дивизии, которой командовал в середине 30-х годов, да и генеральские знаки довоенные». Все рассмеялись. Эта шутка как-то сразу сняла напряженность минуты. Командующий армией К. Н. Галицкий подумал тогда: «Шутливое замечание, которое Г. К. Жуков неожиданно сделал, не меняя серьезного выражения лица, выдает в нем отнюдь не человека высокомерного, как это кажется на первый взгляд. Ведь он готов подшутить и над собой».

Масштабы операции 3-й ударной были куда как скромными по сравнению с тем, что происходило в это время под Сталинградом, но Жуков отнесся к ней со всей серьезностью. Когда Галицкий с нажимом доложил свое решение (уже утвержденное командованием фронта) действовать только стремительно и застыл в ожидании одобрения, Жуков очень спокойно, даже подчеркнуто, пояснил: «Все равно задачу будем считать выполненной, если вы притянете на себя силы противника и он не сможет снять их с вашего участка для переброски на юг. Итак, своими действиями сковать на длительное время, повторяю, на длительное время сковать противостоящие войска».

Присутствовавшие, у которых чесались руки внести свой вклад в наступление, недоуменно переглянулись. Жуков, увидев их замешательство, добавил: «Не бойтесь и обороны, главное, перемолоть побольше сил противника».

Это был другой Жуков. Всего две недели назад, напутствуя командиров 4-го механизированного корпуса под Сталинградом, он, выслушав неторопливые речи — об окружении, уничтожении, захвате определенных рубежей, вспыхнул:

— В который раз вам повторяю: никаких «окружая», «уничтожая», «отражая»! Никаких остановок, никаких развертываний в боевой порядок! Темпы и темпы, и только вперед!

Он быстро подошел к карте на стене и решительно сказал:

— Пусть стреляют справа и слева — это не ваша забота! За вами идут стрелковые соединения. Еще раз повторяю: на максимальных скоростях вперед и только вперед! Поймите, что подвижные соединения не должны ввязываться в затяжные бои с контрнаступающим противником. Они должны обходить его опорные пункты и стремительно продвигаться вперед, чтобы как можно быстрее окружить главные силы врага. Нужно стремительно создавать внешний фронт окружения и отодвигать этот фронт как можно дальше.

Пожалуй, только последнее замечание Г. К. Жукова под Сталинградом совпало с тем, что он говорил теперь, нацеливая войска на Великие Луки.

С двадцатых чисел ноября 1942 года войска 3-й ударной армии перешли в наступление и, медленно продвигаясь вперед, в начале января 1943 года обложили Великие Луки. Жуков несколько раз наезжал в армию, бывал в штабах дивизий, на переднем крае. Он вырвал из своего напряженного графика даже несколько дней непосредственно перед приездом на Ленинградский фронт. «Не торопиться», — неизменно подчеркивал он. Когда один из его приездов совпал с подготовкой немцев к деблокированию своего гарнизона в Великих Луках, он отвел предложение об упреждающих ударах, указав: «Нужно и резервы и части, снятые с других участков, эшелонировано ставить перед фронтом наступающих немецких дивизий. Пусть они сами разобьются о нашу оборону.

В этом случае их потери будут несравненно больше. Да и в город им так и не прорваться». Своевременное напоминание! Яростные атаки противника по кольцу наших войск оказались безрезультатными.

Незадолго до решительного штурма Великих Лук Жуков- нагрянул прямо в город, часть которого ужо была освобождена. Он не мог не заметить, что командование армии, командиры соединений и частей, предвкушая победу, на радостях запамятовали, что немецкие войска могут внезапно обрушиться на них. Жуков серьезно предупредил Галицкого: «Пусть действующие в городе части готовятся по вашим планам к штурму, вы же все свое внимание по-прежнему направьте на отражение прорыва извне». 16 января 1943 года после почти двухмесячных боев Великие Луки были освобождены относительно небольшой ценой, а немцам пришлось долго зализывать тяжелые раны.

Итак, линия фронта на западном и северо-западном направлениях неуклонно перемещалась на запад. Главное — умный нажим наших фронтов связал все силы, которыми располагал здесь вермахт. Много их было или мало? В самом авторитетном исследовании, советской двенадцатитомной «Истории второй мировой войны», сказано: «На этих направлениях вражеское командование имело 124 соединения, или более половины всех сил, находившихся на советско-германском фронте. Это были наиболее боеспособные войска противника».