Николай Яковлев – Об артиллерии и немного о себе (страница 27)

Но ведь был еще и Степной военный округ с его тысячами орудий и танков, довольно большими людскими ресурсами (с учетом ВВС — 573 тыс. человек). Ему-то Ставка и поставила задачу не допустить возможного прорыва крупных группировок врага в восточном направлении как со стороны Орла, так и Белгорода, для чего подготовить контрудары в направлениях Малоархангельск, Щигры, Курск, Обоянь, Белгород. Таким образом, Степной военный округ как заранее подготовленное формирование резерва Ставки не только увеличивал глубину обороны советских войск, но и был готов к решению наступательных задач стратегического значения.

А пока штабы и войска готовились к этой новой стратегической операции, ГАУ по заданию Ставки ВГК усиленно обеспечивало фронты вооружением и боеприпасами. Так, в период с марта по июль им из центра было отправлено: винтовок и автоматов — свыше 0,5 млн. единиц, пулеметов, ручных и станковых, — 31,6 тыс., крупнокалиберных — 520 штук, противотанковых ружей — 21,8 тыс., орудий и минометов — 12 326 единиц. Таким образом, только вооружения за этот период фронтам было отправлено 3100 вагонов и платформ. Такой подачи вооружения на обеспечение одной лишь стратегической операции история еще не знала. Да это было новым и для ГАУ [7].

Я не буду подробно описывать здесь ход оборонительной операции советских войск под Курском. Это дело полководцев, непосредственных участников тех событий. Скажу лишь, что в ходе Курской оборонительной операции войска Центрального и Воронежского фронтов сорвали все попытки гитлеровского командования окружить и уничтожить более чем миллионную группировку советских войск. Сражения носили исключительно упорный характер. По своему размаху и напряженности они стоят в ряду крупнейших сражений второй мировой войны. Ведь с обеих сторон в операцию в целом было вовлечено до 2,5 млн. человек, 37,8 тыс. орудий и минометов, 8 тыс. танков, САУ и штурмовых орудий, 6 тыс. боевых самолетов!

Но главное все-таки было в другом. В летнем сражении 1943 года Красная Армия сорвала наступление фашистов в самом его начале, буквально за несколько дней. Никогда еще наступательная стратегия гитлеровцев не терпела такого краха в столь короткие сроки!

Контрнаступление Красной Армии, открывшее новый этап Курской битвы, началось тогда, когда на белгородско-харьковском направлении шло еще оборонительное сражение, а на орловском продвижение противника было только-только остановлено. Более конкретно это выглядело так: войска левого крыла Западного и Брянского фронтов, не связанные отражением вражеского натиска, нанесли удар на орловском направлении 12 июля. Армии правого крыла Центрального фронта перешли в контрнаступление 15 июля. Воронежский и Степной фронты во взаимодействии с Юго-Западным начали его на белгородско-харьковском направлении позднее всех — 3 августа.

Итак, орловское направление. К началу наступления на этом направлении нами было сосредоточено огромное количество огневых средств — более 21 тыс. орудий и минометов, 2400 танков и САУ! А в ходе контрнаступления наших войск на белгородско-харьковском направлении — еще 12 тыс. орудий и минометов и 2400 танков и самоходно-артиллерийских установок. Итого на новом этапе Курской битвы в деле участвовало 33 тыс. артиллерийских и минометных стволов! И это не считая танков, САУ, реактивной артиллерии. Представляете, какое море карающего огня обрушивалось в эти незабываемые дни на противника!

А как обеспечивалась эта стратегическая операция боеприпасами? Начну с ее оборонительного этапа.

По тяжелым калибрам фронты перед началом операции имели от 3 до 5 боекомплектов снарядов. А всего около 20 млн. снарядов и мин, 630 млн. боеприпасов для стрелкового оружия и 7 млн. ручных гранат.

Но подача боеприпасов проводилась, естественно, в течение всей операции. А это составило довольно внушительную цифру — 4781 вагон!

Если говорить о среднесуточной подаче, то она составляла: Центральному фронту — 51 вагон, Воронежскому — 72 вагона. Брянскому — 31 вагон. Всего трем фронтам в среднем за сутки подавалось 154 вагона, то есть 6 железнодорожных составов[8]!

Весьма показательны и данные о расходе боеприпасов в этой операции. Только за период с 5 по 12 июля 1943 года войска Центрального фронта израсходовали 1083 вагона боеприпасов, то есть 135 вагонов в каждые сутки.

Но это — войска фронта. А представьте себе, что только одна 13-я армия за 8 суток ожесточенных боев выпустила по противнику 817 вагонов снарядов! Просто диву даешься, как выдержали это адское напряжение стволы ее артиллерии!

О накале же боев с танками противника говорят следующие цифры:

на Центральном фронте было израсходовано 387 000 патронов ПТР (на день боя 48 370 штук);

на Воронежском фронте — 754 000 (на день боя 68 250 штук).

А всего за оборонительный период было израсходовано около 3 млн. снарядов и мин (2165 вагонов).

Но еще более впечатляющие цифры за всю Курскую битву. В ходе ее наши войска выпустили по противнику 14 млн. мин и снарядов, 500 млн. винтовочных и автоматных патронов, 3,3 млн. патронов для пулеметов ДШК, 3,6 млн. патронов для противотанковых ружей, израсходовали почти 4 млн. ручных гранат. А чтобы подвезти все это, потребовалось 10 640 вагонов!

Одним словом, за 50 дней Курской битвы был перекрыт расход Сталинградской операции, которая продолжалась 201 день.

В этом огромном расходе интересно выделить использование основных групп боеприпасов в процентах. А эти цифры таковы: боеприпасов для стрелкового оружия — 9,7 %; мин — 32,1 %; выстрелов зенитной артиллерии — 2,6 %; снарядов всех калибров наземной артиллерии — 55,6 % [9].

Эти цифры, думается, со всей наглядностью показывают, как важен дифференцированный подход к определению общих потребностей боеприпасов. А у нас это делалось далеко не всегда.

Итак, подведем некоторые итоги отгремевшей Курской битвы.

Из всего вышесказанного уже видно, что эта битва стала одним из важнейших этапов на пути к победе Советского Союза над фашистской Германией. По размаху, напряженности и результатам она по праву стоит в ряду крупнейших битв второй мировой войны.

Курская битва длилась менее двух месяцев, всего 50 дней и ночей. Но какие это были дни и ночи! В течение их на сравнительно небольшой территории произошло ожесточенное столкновение громадных масс войск с привлечением самой современной по тому времени боевой техники. В сражения с обеих сторон было вовлечено более 4 млн. человек, свыше 69 тыс. орудий и минометов, более 13 тыс. танков, САУ и штурмовых орудий и до 12 тыс. боевых самолетов!

А танковые сражения! Они явились величайшими во второй мировой войне!

Да, надежды, которые возлагало военно-политическое руководство фашистской Германии на операцию «Цитадель», не сбылись. Войска Красной Армии в ходе Курской битвы разгромили 30 дивизий, вермахт потерял до полумиллиона своих солдат и офицеров, 1,5 тыс. танков (причем новейших конструкций), 3 тыс. орудий и более 3,7 тыс. боевых самолетов.

Потери огромные. И полностью возместить их фашистская Германия уже не могла. Об этом со всей откровенностью скажет позднее в своих мемуарах «Воспоминания солдата» и бывший генеральный инспектор бронетанковых войск Германии генерал-полковник Гудериан. Вот его слова:

«В результате провала наступления «Цитадель» мы потерпели решительное поражение. Бронетанковые войска, пополненные с таким большим трудом, из-за больших потерь в людях и технике на долгое время были выведены из строя. Их своевременное восстановление для ведения оборонительных действий на восточном фронте, а также для организации обороны на Западе, на случай десанта, который союзники грозились высадить следующей весной, было поставлено под вопрос… и уже больше на восточном фронте не было спокойных дней. Инициатива полностью перешла к противнику».

Западногерманский историк В. Хубач в одной из своих работ вторит Гудериану:

«На восточном фронте немцы сделали последнюю попытку перехватить инициативу, но безуспешно. Неудавшаяся операция «Цитадель» оказалась началом конца немецкой армии. С тех пор немецкий фронт на Востоке так больше и не стабилизировался».

Планируя операцию «Цитадель», военно-политическое руководство фашистской Германии и вермахт большие надежды возлагали на свою новую технику — танки «тигр» и «пантера», штурмовые орудия «фердинанд». Они полагали, что это оружие превзойдет советскую боевую технику и принесет им победу. Не вышло! Советские конструкторы создали новые образцы танков, самоходно-артиллерийских установок, противотанковой артиллерии, которые по своим тактико-техническим данным не уступали, а часто и превосходили подобные системы противника.

Сокрушительный разгром немецко-фашистских армий на Курской дуге свидетельствовал и о возросшей экономической, политической и военной мощи Советского Союза.

А теперь расскажу об одном довольно неприятном случае, происшедшем только потому, что я отступил от той требовательности, которая вообще-то всегда была присуща ГАУ и исходила из твердых указаний на этот счет правительства и лично И. В. Сталина.

Для начала поясню, что все образцы танкового вооружения — орудия, пулеметы, оптические приборы — испытывались представителями арткома ГАУ и танкистами совместно с представителями наркоматов вооружения и танковой промышленности. И лишь после успешного прохождения таких испытаний принимались на вооружение, а следовательно, и в валовое производство. За соответствие этих образцов всем тактико-техническим требованиям отвечало ГАУ.