Николай Яковлев – Дракончики на загадочном дереве (путешествие в страну Эгоинию) (страница 5)
– А почему ты считаешь, что везде должен быть только Твой Порядок? – спросил Вири.
– Но это же страна Моего Порядка, а не кого-то ещё! Чей ещё тут может быть Порядок?
– А когда ты его определяешь, ты советуешься с кем-то? – продолжал свои вопросы Вири.
– Зачем? Мне и так видно, как лучше!
– А все ли согласны с Твоим Порядком?
– Это не имеет значения, когда Порядок установлен, его все должны выполнять!
– Но, как я понял, тебе не удаётся достичь этого никогда. Всегда будет возникать беспорядок. В этом ты уже сам убедился. Правда?
Аистомчик молча и нехотя кивнул головой.
– А не хотел бы ты изменить название своей ветки? Например, не Мой Порядок, а Наш Порядок? – предложил Мири, который что-то начал понимать.
– А что изменится? – вздохнул Аист.
– Наверное, твоё отношение. Ведь ты тогда уже не будешь требовать от других делать так, как тебе удобно и лучше, остальные будут сами заинтересованы делать, как нравиться им.
– Так это и есть самый настоящий беспорядок! Порядок должен устанавливать я! – почти крикнул Аист.
Дракончики, поглядев друг на друга, поняли, что уже ничем не смогут помочь хозяину ветки. После этого очертания улицы начали таять, и они были возвращены к стволу.
Глава 6. На ветке Саи-Бобрёнчика
Когда братья оказались на очередной ветви этого таинственного дерева, то снова удивились. Опять ветвь была необычной. Её боковые побеги могли отклоняться прямо от основания в любую сторон, как будто они были укреплены на подвижных шарах, а некоторые складывались гармошкой, что было совсем необычно для дерева. Кончики веток, откуда росли молодые побеги, имели аккуратные колпачки, видимо прикрывавшие их от внезапных морозов или жгучайших лучей Солнца, которые иногда проникали на поверхность Земли и останавливали в том или ином месте развитие растительности.
– Скорее всего, это место, где частенько нарушается мир Природы, – догадался Мири и сказал об этом брату.
– Но, с другой стороны, смотри, как разумно тут всё устроено, – не мог скрыть своего восхищения Вири, которого с раннего детства тянуло к разным машинам.
Его восторг ярко проявился, когда при его приближении одна из боковых веточек внезапно сложилась в удобное кресло. Он с удовольствием разместился на нём. А как только он начал мечтать о том, как было бы здорово и прилечь, веточка-кресло превратилась в
веточку-кровать. Вири даже подпрыгнул от радости и позвал Мири, чтобы вместе отдохнуть. Когда Мири устроился рядом, Вири спросил:
– Как ты думаешь, кто здесь живет?
– Наверное, какой-то маг, увлекающийся растительной техникой. Видишь, как тут всё похоже на технические устройства, – ответил Мири.
В это время ближайшая веточка повернулась в их сторону и превратилась в изящный столик, на котором стояло блюдо с виноградом.
Вслед за этим они услышали:
– Здравствуйте, дорогие дракончики!
Из-за столика поднялся и, широко улыбаясь, направился к ним кто-то похожий на бобра.
– Здравствуй, – хором ответили братья и хором тут же спросили:
– Ты бобр?
– Меня недавно звали Бобрёнчик. Я – повелитель этой местности, – он откинул левую лапу в сторону, и пред малышами раскинулась зелёная лужайка на берегу реки, – а недавно мне присвоили почетное имя – САИ-Бобрёнчик, т.е. Самоизобретатель Бобрёнчик.
У меня великолепное мышление с техническим уклоном. Я могу заменить любое растение техническим устройством, и никто не заметит разницы. Мне разрешено здесь проводить любые опыты. Поэтому я заменил природное моими устройствами и изобретениями.
– То, на чём мы сидим, твоё изобретение? – не скрывая восхищения, произнёс Вири.
– Да, эту модель я разработал ещё три года назад, очень давно, – как бы небрежно произнёс Бобрёнчик. – Пойдёмте, я вам покажу что-то поинтересней.
Он подвёл дракончиков к витрине на опушке рощи из пробковых деревьев. На ней размещались медали, кубки, ордена, грамоты. Витрина сверкала золотыми и серебряными знаками отличия и оказалась говорящей.
Когда дракончики остановились перед окошком, в котором висела и отливала золотистым цветом круглая медаль, раздался приятный голос, который хвалил Бобрёнчика. Оказывается, ему её вручили за изобретение питательной установки. Установка с любого расстояния направляла точно в пасть какую-нибудь еду. Владельцу надо было только вовремя открыть рот и проглотить пойманную пищу.
– Вот это да! – восхитился Вири. – А это правда? – тут же усомнился он, потому что даже не предполагал необходимость такого устройства.
– Всё, о чём рассказывается здесь, изобрёл я и это правда! Хотите проверить?
– Не проверить, а попробовать, – уточнил Мири, который к этому времени порядочно проголодался.
– Пожалуйста! Р-р-раз! – Мири не успел открыть рот, как что-то тёплое и мягкое шлёпнуло его по губам. Он успел только подставить лапы, и в них упал румяный пирожок. Тогда он понял, что от него требовалось. В следующее мгновение была широко раскрыта пасть, и там оказался точно такой же пирожок. Дракончик его с
удовольствием съел. А затем ещё несколько… десятков. Такие уж они – эти дракончики! Рядом также развлекался Вири. Наконец голод был утолён.
– Ну, как? – спросил Бобрёнчик, в его голосе малыши почувствовали какое-то ожидание.
– Ах, да! – вспомнил Мири, – большое спасибо!
– А аплодисменты? Где бурная овация? – с явным нетерпением воскликнул Бобрёнчик.
– А что, обязательно хлопать? – спросил Вири.
– Обязательно, и как можно больше и громче. Мне от этого становится очень хорошо. Ведь каково исполнение! А?
Дракончики начали хлопать лапами, но как-то сразу перестали, энтузиазма на это у них не было. А Бобрёнчик вроде и не заметил остановки и начал возбужденно говорить, размахивая лапами и стуча о землю своим плоским хвостом:
– Я непрерывно трудился над этим изобретением два года! И вот! Все сначала были в восторге! И сюда с собой разрешили взять. Правда, это великолепно?
Братья молча кивнули в знак согласия и двинулись дальше. Говорящая витрина поведала им о других изобретениях бобра. Он шёл рядом с братьями, расправив плечи, приподняв хвост, а заодно и нос. Ему явно нравилось показывать свои достоинства. Каждый раз он ждал аплодисменты, но гостям это порядком надоело, и их вялые хлопки рассердили Бобрёнчика.
– Как вы можете не восторгаться этим? – и показывал устройство, которое само вскапывало и рыхлило почву где угодно и, причём, незаметно.
– А вот этим?
И к дракончикам полетели с разных сторон разноцветные мячики. Братья начали их отбивать в стороны, но мячики вновь и вновь возвращались к ним. Так играть можно было до усталости, но, поиграв немного, им продолжать не захотелось. Наконец братья подошли к последнему экспонату.
Это был орден, лучившийся отблесками многочисленных драгоценных камней. Голос молчал по этому случаю, что очень удивило дракончиков.
– Что это? – спросил Вири, – это что-то особое? Наверно, за нечто выдающееся?
Бобрёнчик почему-то молчал, потом поднёс лапу к губам и загадочным тоном произнёс:
– Т-с-с! Это тайна. Единственное, что могу сказать, что это за особые! заслуги перед повелителем Эгоинии. Он высоко оценил мои способности.
– А остальные жители страны? – спросил Вири.
– А они меня почему-то избегают. Вроде бы я и очень необходим здесь, но никому до меня дела нет. Никто не восторгается моими прекрасными машинами, которые могут заменить всё и всех. А я без этого спокойно жить не могу, потому и тоскую.
– А тебе здесь нравиться?
– Всё бы хорошо, у меня получаются любые творения, но почему-то
жители Эгоинии и входящие в неё в таких машинах не заинтересованы. У каждого свой уголок страны и своя жизнь.
– Мне кажется, это связано с твоей тайной, – уверенно произнёс Мири.
– Ты думаешь? Но ведь её никто не раскрыл! – возразил Бобренчик.
– Я знаю закон Вселенной – всё тайное становится явным. Поэтому кто-то, вероятно, уже догадался, – сказал Мири, – всё зависит, по моему, во благо ли остальных это твоё изобретение?
– Ты думаешь, от этого зависит?
– Да, это же ещё один закон. Если не во благо, то ты выходишь из Гармонии с Природой. Поэтому все начинают чувствовать это, хотя могут и не понимать.