Николай Яковлев – Братья Кеннеди. Переступившие порог (страница 46)

Президент наглядно подтвердил умение говорить, не сказав ничего. Он не рассеял всеобщего чувства унижения в Вашингтоне, удвоенного кубинским фиаско, случившимся на той же неделе.

– Сидите и ждите до тех пор, – язвил публично один из руководителей американской космической программы, – пока русские не пошлют в космос троих, затем шестерых, потом лабораторию, соберут ее на орбите, снимут из космоса Нью-Йорк и пришлют нам карточки полюбоваться.

– Ничего, – успокаивал высокопоставленный сотрудник Белого дома, – Рузвельта сочли сумасшедшим, когда он сказал, что мы можем выпускать 50 тысяч самолетов в год. Мы сделали это. Только представьте, как он чувствовал себя, приказав приступить к манхэттенскому проекту, не имея никакой гарантии на успех.

– Кеннеди может потерпеть поражение на выборах 1964 года из-за этого, – предрекал другой вашингтонский авгур.

Президент не нуждался в напоминаниях. Он пытался сам разобраться в лабиринте проблем, нагроможденных предшествовавшими администрациями в ракетостроении. Читал, собирал совещания. Консультировался с Джонсоном, отвечавшим за космические программы по линии конгресса.

В конце апреля поздно вечером он провел совещание с руководителями национального управления аэронавтики и исследований космического пространства. Они доложили о весьма плачевном состоянии дел.

– Пожалуй, мы никогда не догоним русских, – задумчиво произнес Кеннеди и тут же оживился. – И все же, как догнать их? Сможем ли мы первыми облететь вокруг Луны? Сможем ли мы первыми высадить человека на Луне?

Ему объяснили, что такая программа обойдется в 20—40 миллиардов долларов, причем без гарантии на успех быть первыми.

– Мы делаем все, г-н президент, – заявил глава управления Д. Уэбб. – А теперь благодаря вашему руководству и проницательности двигаемся быстрее, чем когда бы то ни было…

Кеннеди прервал говорившего на полуслове. Не время для лести. Стоимость программы, вот что беспокоит его.

– Когда мы будем знать больше, – закончил он, – мы сможем решить, стоит ли приступать к программе или нет. Хоть кто-нибудь объяснил бы мне, как обогнать! Пусть это сделает любой, хоть дворник там у вас, если он знает, как! Для нас нет ничего более важного!

5 мая 1961 года американский космонавт А. Шеппард пробыл в космосе 15 минут, ракета подняла его на высоту 115 миль. То были мучительные минуты для Кеннеди, наблюдавшего с правительством по телевизору за подготовкой и полетом. Вдруг неудача? Страхи оказались напрасными. В честь Шеппарда устроили невероятный по пышности прием в Вашингтоне, полчаса он ехал по центральной улице столицы в открытом автомобиле, приветствуемый сотнями тысяч людей.

К концу мая 1961 года Кеннеди во второй уже раз в должности президента появился в конгрессе: «Пришло время сделать большие усилия, пришло время для нового, великого американского предприятия – время для нации взять на себя ведущую роль в овладении космосом, что во многих отношениях определит наше будущее… Пусть поймут, что я прошу конгресс и страну твердо связать себя с новым образом действия, – мы надолго вступили на этот путь, и он нам обойдется очень дорого: 571 миллион долларов в 1962 финансовом году, – 7—9 миллиардов долларов дополнительных расходов в ближайшие пять лет. Если мы пройдем только до половины пути или спасуем перед трудностями, тогда лучше вообще не выступать… Мы должны достичь Луны». Кеннеди назвал срок прилунения американцев – 1970 год.

В 1970 году в США отметили первую годовщину прилунения человека, «величайшая неделя в истории человечества со времен Сотворения мира», – сказал президент Р. Никсон о полете «Аполлона-11». То дела космические, а на Земле, в США можно подвести итоги выполнения того, что в Вашингтоне наметили на 1970 год. И сравнить с эрой до Спутника.

В 1956 году в США было 2918 тысяч, в 1970 году – 7920 тысяч студентов. Расходы на высшее образование увеличились с 3,5 миллиарда до 21 миллиарда долларов, на среднее с 10,9 миллиарда до 40,7 миллиарда долларов. В возрастной группе с 18 – 24 года в 1956 году училось 19,5 процента, в 1970 году – 31,1 процента. Для мужчин в возрасте свыше 25 лет каждый лишний год учебы в школе или колледже оборачивался прибавкой к годовой заработной плате в среднем в тысячу долларов – средняя ежегодная заработная плата такого мужчины с восьмилетним образованием 9 тысяч долларов, окончившего высшее учебное заведение —16 тысяч долларов.

Советский Спутник стремительно поднял американскую науку и интеллигенцию на невиданную в той стране высоту, в считанные годы правящая элита Соединенных Штатов выучилась – в эпоху научно-технической революции первейшая задача правления – развитие интеллектуальных ресурсов общества.

ДОКТРИНА «ГИБКОГО РЕАГИРОВАНИЯ»

За три тысячи дней администрации Эйзенхауэра Соединенные Штаты израсходовали на военные цели 315 миллиардов долларов, за тысячу дней правления Кеннеди – 167 миллиардов долларов. В годы президентства Кеннеди, сообщил Р. Макнамара:

– увеличилось на 150 процентов количество ядерных боевых головок, повысился на 200 процентов общий мегатоннаж стратегической авиации, находящейся в состоянии боевой готовности;

– на 60 процентов увеличена мощь тактических ядерных сил в Западной Европе;

– стало на 45 процентов больше дивизий в армии;

– на 44 процента увеличилось количество эскадрилий тактической авиации;

– на 75 процентов возросло количество транспортных самолетов и вертолетов;

– произошло 100-процентное увеличение постройки кораблей;

– на 800 процентов расширились части, предназначенные для ведения специальных операций и противопартизанской борьбы.

Администрация Дж. Кеннеди пошла на дальнейшее расширение ракетно-ядерного арсенала США. Теперь, спустя более чем четверть века доступны абсолютные цифры – администрация Д. Эйзенхауэра, которую Дж. Кеннеди поносил как «отставшую» в военной подготовке, увеличила количество ядерных боевых головок в американских арсеналах с 6 тысяч в 1958 году до 18 тысяч в 1960 году. При Кеннеди к 1962 году их накопили 26 500! Дело было не только в количественном увеличении, претерпела резкие изменения качественная сторона: межконтинентальные баллистические ракеты «Минитмэн» на американской территории укрывались в стартовых шахтах под землей. Подводные лодки с атомными двигателями несли ракеты «Поларис». Эти меры имели в виду обеспечить неуязвимость и рассредоточить ракетно-ядерный потенциал США.

Весной 1962 года журнал «Сатердей ивнинг пост» опубликовал чрезвычайно важное интервью президента С. Олсону: «Основная задача большой стратегии Кеннеди, которая сейчас начинает явственно вырисовываться, может быть сформулирована в нескольких словах: цель, которую ставит перед собой Кеннеди, заключается в том, чтобы обеспечить себе «выбор» при том изменившемся положении, с которым столкнулись США. «Выбор» – вот решающее слово. Президент… терпеть не может, когда ему связывают руки. Основная цель большой стратегии Кеннеди состоит в том, что США сами должны выбирать способ ответа, не допуская, чтобы нам навязывали такой выбор. Все вытекающие отсюда принципы стратегии и предназначены для достижения этой цели».

В беседе с Олсоном Кеннеди подчеркнул, что правительство отнюдь не рассматривает эти «силы сдерживания» как пассивный груз арсеналов. Разумеется, говорил президент, «при определенных обстоятельствах мы должны быть готовы к применению ядерного оружия с самого начала, каковы бы ни были последствия, например, в случае великого конфликта в Западной Европе. Однако если придется применить это оружие, важно сохранить контроль над его использованием и гибкость в этом деле, надо иметь выбор». И с замечательной последовательностью президент продолжал: «При известных обстоятельствах мы, возможно, проявим инициативу». Итак, превентивная война?! Разумеется, сразу же за опубликованием интервью П. Сэлинджер от имени Белого дома сделал соответствующие оговорки.

Разбухание ракетно-ядерного потенциала США не вносило качественных изменений в предшествующие военные программы Вашингтона, нашедшие наиболее яркое выражение в доктрине «массированного возмездия». Кеннеди, как и его послевоенные предшественники в должности, вооружался для Армагеддона – уже к исходу президентства в результате полетов У-2 количество целей на территории Советского Союза, подлежавших ядерному уничтожению, повысилось с 3 до 20 тысяч. Но новые ядерные боеголовки, ракеты и прочее ни в малейшей степени не способствовали «повороту течения» – попыткам добиться, не переводя дыхания, изменения хода международных событий в пользу США, о чем неустанно хлопотал президент.

Как писал профессор У. Ростоу: «В начале президентства Кеннеди обстановка, в особенности во внешних делах, мне представлялась следующим образом: наша задача – вкатить автомобиль с плохими тормозами на гору. Машина медленно скользит вниз. Если приложить большую силу, удастся постепенно замедлить сползание и остановить машину. Не ослабляя прилагаемую силу, можно заставить автомобиль двинуться вперед и в конце концов втащить его на гору». Иными словами, ни минуты пассивности – действовать и действовать. Отсюда другая сторона доктрины «гибкого реагирования» – расширение обычных вооруженных сил, в первую очередь специальных контингентов, предназначенных для борьбы с национально-освободительным движением. Введение их в действие, когда и где найдет нужным правительство.