Николай Воронов – Китан 4: Архипелаг забытых островов (страница 39)
- Ну что вы, я лишь хотел предложить свою помощь.
- Большое спасибо, Хазим, я справлюсь.
Окинув Лизию еще одним взглядом, наемник шутливо поклонился и двинулся дальше по коридору. Хазим аль Самс, уроженец султаната и правая рука барона. Бесчестный ублюдок, исполняющий любую волю своего хозяина и являющийся его карающей дланью. Именно он подбирал и держал в страхе всех слуг замка. Занимался чистками и отсеиванием неугодных солдат и офицеров гарнизона. Он же стал новым приятелем и собутыльником замкового мага.
Шаги эхом отражались от толстых замковых стен. Лизия, не шла, кралась вдоль коридора, держась рукой за свисающие со стен гобелены. Девушка боялась, ноги дрожали, пальцы судорожно сжимались, протыкая нежную кожу на ладонях. Это был ее шанс. Возможно, единственный шанс выбраться из этой бездны. Седмицу назад, гуляя по замковому саду, ей в голову пришел план спасения. Молодой конюх, чьи страстные взгляды она замечала и раньше, мог стать ее проводником к свободе. Соблазнить его труда не составило. Он сам страстно ее желал. Пара улыбок, «случайно» приподнятый подол платья, и вот девушка уже оседлала своего любовника на клумбе с фиалками.
Лизия не спешила, страх заполнял сердце девушки и она медленно и аккуратно готовила молодого конюха к мысли о своем спасении. Он был ей необходим, ведь без посторонней помощи можно было и не мечтать выбраться из замка. Наконец, когда она поведала ему свой план, юноша, со всем пылом и жаром юношеского максимализма, согласился спасти свою прекрасную аристократку. Осталось одно - скрывать все до последнего момента, чтобы ни одна живая душа не узнала о ее планах.
Наконец, подобравшись к двери, ведущей в тайный проход, девушка нажала на одну из книг и шкаф скрипнув отъехал в сторону, открывая потайную дверь. Подхватив масляный фонарь и ступив в темный зев, аристократка увидела лицо своего молодого спасителя. Он уже должен был купить двух лошадей, оставив их с той стороны прохода.
- Альен, ты здесь! Боги, как я испугалась, когда увидела Хазима. Все прошло гладко, ты купил лошадей?
Конюх продолжал ровно смотреть на нее, не отводя взгляда. Девушке даже показалось, что он какой-то бледный. Впрочем, освещение от тусклого фонаря и вся эта цитация, здорово нагнетали панику.
- Пойдем быстрее. – Переборов страх, девушка шагнула вперед. – У нас всего пара часов, прежде чем в замке меня хватятся.
- Пара часов? Милая моя племяшка, ты чересчур плохого мнению о моих людях.
Вокруг вспыхнули шары света, освещая помещение, и девушка, завизжав, отпрыгнула в сторону. Альен или точнее одна лишь его голова, была воткнута в металлический штырь, выпирающий из стены. За всем этим, с весельем в глазах, наблюдал ее дядя. Чуть в стороне стоял, понурив взгляд замковый маг.
- Ты ежесекундно находилась под полным наблюдением следящих заклинаний. – Пояснил барон. – Друг твоего отца, отлично постарался, окутывая тебя своими чарами. Серьезно, где бы я еще во время войны нашел мага, готового на подобное, да еще с дочерью своего друга и бывшего сюзена.
Прижавшаяся к стене девушка, сложила руки на груди, стараясь как можно сильнее отгородиться от отрезанной головы. С лютой ненавистью в глазах она наблюдала за довольно вышагивающим по тайному ходу бароном. Худшее, что она только могла представить случилось. Она даже не успела покинуть замок, не смогла хотя бы выбраться за ставшие ненавистными стены.
- Мне даже как-то жаль стало парня, молодой еще, да не опытный. Попал в сети коварной аристократки. А вот ты меня разочаровала, моя милая Лизия. Раздвинуть ноги перед смердом… отвратительно. Теперь мне даже не хочется тебя касаться. Впрочем. – Он сделал вид, словно задумался. – Отдам тебя своим парням. Особенно Хазиму, он давно уже пускает на тебя слюни. Вот пусть первый тебя и попробует.
- Думаешь, это сойдет тебе с рук? – Надрываясь плачем, простонала девушка. – Думаешь, кто-то поверит в мою «случайную» смерть? Твоя сран…я жена и дети никогда не получат в наследство ни баронство, ни поместья. После моей гибели сюда слетятся все агенты тайной канцелярии и вывернут тебя и твоих людей наизнанку.
- Догадалась таки? Аристократическая кровь. Видал, какая у меня племяшка умная? – Обратился он к магу. – Кто тебя убивать-то собрался? У меня и в мыслях не было такого. Я готов приложить все силы, заботясь о своей умалишенной племяннице. А вот когда комиссия целителей из столицы признает этот факт, тогда ты потеряешь над собой контроль, да сбежишь из замка, с «первым встречным» мужчиной. Любовь, понимаешь ли, у тебя взыграет. Спятила аристократка, бывает.
- Жрецы богов не одобрят такой брак. – Бледная как смерть Лизия, едва могла говорить.
- А кто говорил о браке? Нееет. Слабая на голову девица просто сбежала с первым встречным бродягой, да родила от него ребенка. А может и не одного, там посмотрим. По всем законам такая нерадивая родственница лишается любого наследства. Хазим!
Потайная дверь снова открылась, пропуская в коридор наёмника.
- Отведи леди Лизию в ее комнату и вызови Хилари. С этой минуты она не должна ни на шаг отходить от моей племянницы. Сам видишь, родственнице становится хуже, разум мутнеет, нужно убедиться, чтобы она не наложила на себя руки.
- Как прикажите, барон. – Кивнул наёмник, хватая девушку за плечо.
В этот миг уже находившаяся на грани Лизия, почувствовала как пол уходит у нее из под ног. В голове звучал лишь мерзкий смех ее дяди, а перед глазами встало виноватое лицо мага.
Шеренги копейщиков двигались четко и слаженно. Солдаты шли по цветущему полю, чеканя шаг, словно на параде. Сотня за сотней. Тысяча за тысячей. Они разворачивались в боевые порядки, выставив перед собой щиты, и медленно приближались к своей цели. За спинами копейщиков, пригибаясь и прячась, двигался неровный строй лучников. Тяжелые латники, отстав от основных сил, вышагивали в доброй сотне метров позади, готовясь вступить в бой в нужный момент. Когда противник будет связан боем, и не сможет оперативно перебрасывать части и подразделения.
Правый фланг наступающей армии развернулся в широко выгибающееся назад крыло. Здесь силы многочисленных ополченцев, кое-как экипированных и едва способных держать строй, поддерживали пара тысяч наемных банд «чёрных псов». Левый фланг, словно в противовес правому, замер на месте единым фронтом. Стройные ряды пехоты, прикрывающие собой кавалерийские соединения тяжелой и легкой конницы. Там же, на небольшом возвышении, созданном за пару дней, расположились артиллерийские машины. Сейчас вокруг них суетились многочисленные расчеты, спешно приводя орудия в боевую готовность.
На противоположном конце поля, в оборонительных порядках расположилась Родвалийская армия. От замка Мяхоть, возвышавшегося над уходящей в глубь страны дорогой, до излучены широкой реки были вырыты и насыпаны практически единой линией земляные валы. Высокие, в два с половиной метров, они были облеплены камнями и кривыми досками, препятствующими обвалу земли. В широкой канаве, вырытой перед укреплениями, солдаты понатыкали заостренные колья, прикрыв подступы к укреплениям. Но, пожалуй, самым интересным, были выходящие вперед, перед укреплениями полукруглые земляные насыпи, на которых были установлены деревянные подобия крепостей. Эти защитные бастионы, соединялись с основными укреплениями, крытыми мостиками, переброшенными через траншеи. В каждом таком бастионе скрывалось по паре магов, полсотни лучников да пара десятков бойцов, на случай штурма. Именно они, раскиданные вдоль всей линии, представляли особую опасность для наступающих сил врага.
Палящие лучи солнца выжигали пожухлую траву, рассыпающуюся в труху под ногами марширующей армии. Легкий ветерок едва трепал знамена в руках наступавших и обороняющихся солдат. В такой знойный день, приятнее, скрывшись в тени деревьев, медленно потягивать виноградный сок. Но люди выбрали себе иное занятие.
Трубно зазвучали рога, командуя общее наступление. Строй двинулся вперед. Руки наступающих солдат чуть подрагивали, в страхе и предвкушении грядущей битвы. Молодые нервно сжимали оружие, вознося молитвы богам, в надежде на их покровительство и милосердие. Ветераны, со злостью оценивали вражеские укрепления, мысленно представляя сколько своей крови им придется пролить для того, чтобы перебраться на ту сторону. Гарцевали лошади, повсюду слышались команды и скрежет метала.
На противоположной стороне поля, сидящие в обороне, суетились, перебегая от одной бойнице к другой, проверяя наполненность колчанов со стрелами, поджигая в специальных горшках кровь земли «нефть», для поджигания стрел. Солдаты и офицеры, с яростью в глазах, наблюдали за медленным приближением неприятеля к своим укреплениям. Весь мир замер, в ожидании неминуемого мига, когда начнется схватка. Эта натянутая струна, готовая лопнуть в любую секунду.
Вжуух!
Бтых!
Первыми вступили в бой уртанийские расчеты требушетов, посылая во врага зачарованные взрывные снаряды. Им ответили ударами скорпионов и катапульт. В воздухе, над полем боя, над головами солдат, во все стороны понеслись смертельные заряды. Вновь прозвучал сигнал и армия, все набирая ход, понеслась в сторону укреплений. В воздухе запели свою смертельную песню первые выпущенные стрелы. Земля окропилась красными каплями, быстро затоптанными многочисленными сапогами.