Николай Воронов – Хранитель завесы. Книга III (страница 7)

– И что с ней? – Уточнил я.

– А кто его знает. Бегала такая вся цветущая, к парням из богатых компаний липла, все жениха столичного себе искала. А четыре дня назад, ее словно подменили.

– Ага, я ее на проходной видела Тань. Она как раз из магазина с продуктами возвращалась. Вся бледная, руки тряслись, под глазами тёмные круги, все лицо белое, волосы тусклые. Она и раньше страшненькая была, а уж теперь, вовсе в мымру превратились.

– Точно-точно, только угарный газ тут не причём. Скорее всего перебухала, да с парнем своим рассталась, вот и запустила себя.

– В какой комнате она живет?

– По-моему «426» – Наморщив лобик, сообщила блондинка. – Да вы можете и не проверять, нет там никакой утечки, просто одна дура, канючившая по расставанию с парнем.

Поблагодарив девиц, я направился сразу на четвертый этаж. Остальное можно было и позже проверить, а это уже была какая-никакая зацепка. Люди часто списывали внезапное захеревание соседей или друзей, на эмоциональные травмы. Да, далеко не всегда, подобное состояние, было вызвано воздействием демонов изнанки, но лично я, знал как минимум полсотни мерзостей, постепенно выжирающих жизненную силу, превращая человека, в свой личный коктейль на ножках. В любом случае, проверить лишним не будет.

Быстро сбежав по пожарной лестнице, толкнул дверь с цифрой «4». Так-с, понял, восьмой этаж, еще представлял из себя образцово показательное место. Если и искать здесь местный филиал ада, то он несомненно занимал весь четвертый этаж. Сюда и заходить-то было страшно, не то, что жить. Лопнувшая, почти осыпавшаяся краска на стенах, потолок, зияющий пятнами плесени, постепенно поглощающей всю его поверхность. О банальном линолеуме на полу, и вспоминать не стоит. Он сохранился лишь частично, мелкими фрагментами современного музейного искусства, застывшими на бетонном полу.

«Капибара вам не союзник» – Гласила написанная несмываемым маркером надпись на стене. Интересно, что располагалась она, прямиком над огромной лужей мочи, занимающей весь угол лифтового предбанника. Учитывая запах, стойко въевшийся в здешние стены, если здесь и происходила уборка, то явно в момент сдачи здания в эксплуатацию, лет эдак пятьдесят назад.

– А я тебе говорю, нормально подзаработаем. Эрнуэловна платит реальные бабосики, если уговорим оставшихся съехать. – В углу, около лифта, застыли двое парней узнаваемой наружности братков девяностых.

– Стремно коришь. А если девки в ментовку обратятся. Это ведь статья. – Чесал в затылке второй.

– Да не ссы, прорвемся. Часть пуганем, сами съедут. А кто останется, шуганем как следует. Нам деньги получить, а там в область к бабке моей можно уехать, там схоронимся.

Заметив мое появление, парни переглянулись. Самый шустрый уже хотел было наехать, но напарник его придержал. Оценив мое телосложение, братки решили не испытывать судьбу, скрывшись в левом коридоре. Ну и чёрт с ними, комната «426», по велению судьбы, находилась в правом. Туда я и направился, по пути подготовив чары развоплощения. Эх, жаль Себастьяна под рукой не было, вот уж у кого феноменальное чутье на тварей. Ему никакие колебания не нужны, дабы обнаружить затаившегося демона завесы.

Уже двигаясь по коридору, я понял, тварь изнанки, здесь была. Для того, чтобы понять это, мне не нужны были заклинания, или чуйка фамильяра. В этот раз, мне на помощь пришел опыт многочисленных схваток с паразитами из-за грани мира. Я ощущал тварь всеми фибрами своей души. По спине прошёл едва заметный холодок предвкушения скорой схватки. Ух, чего это со мной, давненько я не ощущал подобного волнения.

Остановившись перед нужной дверью, костяшками пальцев, постучал, наращивая на кончиках левой руки, чары развоплощения. Тварь была здесь, за этой самой дверью. Я чувствовал ее присутствие, ощущал незримый смрад ее силы. Тварь была не сильной, максимум второй-третий уровень опасности. Хм, все же, не зря Никса направили на проверку данной общаги. Возможно, для столичных колдунов, подобные твари были лишь мелким недоразумением, но я видел, что бывает, когда в регионах, куда не дотягивается рука носителей дара, подобные твари начинают резвиться.

Две минуты я безуспешно пытался достучаться до хозяйки комнаты. В ответ полное молчание и тишина. Что же, буду надеяться ее сейчас нет дома. Достав ключи коменданта, надеясь, что девушка не сменила замок, я провернул ключ, толкая дверь. Фанерная перегородка, которую, явно по незнанию называют здесь дверью, скрипнула открываясь. Крохотный предбанник, объединивший две жилые комнаты и ванную с туалетом. Темно, хоть глаз выколи. Пальцы нащупывают на стене выключатель. Щелчок, лампочка включается, освещая коридорчик.

– Твою мать! – Выругался я, делая шаг назад.

Весь коридор, был буквально сшит, тонкими нитями паутины. Нет, не паутины, это были нити слизи, покрывшие помещение. Я знал, что за тварь здесь поселилась. Незрячая гусеница, тварь третьего уровня опасности. Далеко не самый серьезный противник, из тех, кого я встречал на ее уровни опасности. Для колдунов, сама гусеница особой опасности не представляла, будучи едва двигающимся комком полупрозрачной плоти. Не зубов, ни жвал, ни когтей, у демона не было. Единственным ее оружием, была та самая слизь. Эта липучая дрянь, имела просто отвратительное свойство, поглощать с бешеной скоростью жизненную силу человека. Хуже того, она еще и могла поглощать чародейскую энергию, которой колдуны наполняли свои заклинания. С чарами все происходило не так быстро, как с телом человека, но использование заклинаний вблизи слизи, существенно ослабло любые брошенные чары. Сама гусеница, могла использовать слизь двумя способами. Либо стреляя её струями из наростов на своем теле, либо оплетая нитями слизи помещение, создавая себе логово. Чёрт возьми, на этих тварей, куда легче охотиться, когда они еще не успели свить свое гнездилище, заполнив его слизью.

Ругнувшись, я извлек компоненты, создавая из чар подобие мачете, которым принялся срезать липкие нити. Для неодаренного, они были совершенно невидимы, как, собственно, и сама тварь. Однако, люди все же ощущали прикосновения к нитям, чувствуя, как из их тел по крупице уходят силы. Полминуты, понадобилось, дабы очистить коридорчик от нитей. После чего, наконец безопасно добравшись до двери в комнату, я больше не стесняясь, просто выбил ее ногой.

Твою… Вся комната была пронизана нитями слизи. Помещение, едва не превратилось в полноценный кокон, желчной стеной, отгораживая меня от дальней стены. Именно там, у окна, стояла обычная общажная кровать, на которой лежала молодая девушка. Только по едва заметно вздымающейся груди, я понял, что она еще жива. Сама тварь, гусеница, весела на стене, над окном всего в полуметре от своей жертвы. Впрочем, гусенице было плевать, в каком участке комнаты находиться, жизненную силу из жертвы тянула слизь, а уже с нее, данное лакомство поглощала и сам демон.

Тёртый корень имбиря, смешанный с вулканическим пеплом и завернутый в клиновый лист, комком улетел в сторону зашипевшей на меня твари. Она как раз начала разворачивать в мою сторону заднюю часть тушки, где у нее находились стреляющие слизью отростки. Поздно ты почувствовала угрозу своей псевдо-жизни мерзость. Злорадно подумал я, швыряя в комок ингредиентов четыре символа развоплощения. Встретились они как раз перед самой мордой твари, завязнув в липкой слизи. Миг, вспышка окутывает комнату. Колдовские искажения расходятся в стороны, срывая паутину слизи. Самой твари досталось знатно. Половина ее тела, была разорвана в ошметки. Верхняя часть туловища, еще пыталась удержаться на стене, но потеряв силы, рухнула со смачным шлепком на пол.

Воспользовавшись замешательством демона, я бросился в сторону, стараясь пройти тем участком комнаты, где чарами была сорвана паутина. Мать капитана Гранта, ух, едва шею себе не свернул. Слизь, конечно, рухнула, потеряв свои свойства поглощать колдовство и жизненную энергию, но превратила весь пол общажной комнаты в сплошной ледовый каток. Удержаться на ногах, не стоило и мечтать. От того, споткнувшись, рухнув на пол, я проехал по слизи еще два метра, оказавшись бок о бок с визжащей от боли тварью. Разорванная на части гусеница, понимая, что ее шансы выжить стремительно тают, но получив столь неожиданный подарок в виде меня, у себя под боком, попыталась извернуться, накрыв меня своей задней частью, из которой все еще сочилась та самая слизь.

– Мерзость мерзостью, а инстинкт самосохранения даже у нее работает. – Прохрипел я, отталкиваясь ногами от ножки кровати.

Проехав спиной по слизкому полу, я наконец извлек из кармашка компоненты, сотворив на ладони чары воздушного диска. Острые края заклинания, прошли сквозь тело твари, поставив жирную точку в ее существовании в физическом мире, да глубоко войдя в стену дома за ее спиной.

– Эээ, слышь, ты чё тут творишь?

Отдышавшись, поднимаюсь с пола, отряхивая одежду от налипшей слизи. В дверях, стоят двое из ларца. Те самые гопники с района, пытавшиеся косить под братков конца прошлого столетия. Они застыли в проеме комнаты, с удивлением и опаской, оглядывая помещение общажной комнаты. Ах да, они ведь не могут увидеть, ни остатки твари, не склизкие отростки паутины, остатки которой, свисали с потолка и стен. Их шальные взгляды, перебегали с обстановки разоренной комнаты, на единственную кровать, где сломанной куклой, застыла хозяйка данного помещения. Нужно сказать, девушка выглядела и правда плохо. Несколько дней, в коконе гусеницы, не прошли для нее даром. Иссохшее тело, едва вздымающаяся грудь, судорожно сжатые пальцы. Она едва слышно постанывала, то и дело приоткрывая веки, но не в силах пошевелить конечностями.