Николай Воронов – Апокалипсис в подъезде (страница 48)
- Если кто и выжил после падения, то они должны были двигаться в сторону входных дверей. – Заметил я.
- Если только они не заблудились в тумане. В любом случае, шансов найти их живыми у нас не много. Да и нам не стоит отходить от дома дальше прямой видимости. В прошлый раз…
Она не закончила говорить, отвернувшись и подхватив на плече свернутый канат, вышла из караулки. Ее муж погиб в похожей ситуации. И ведь в тот раз, насколько я знал, они так же использовали канат, для того, чтобы не потерять путь назад. Вот только главе прошлой группы отряда, это не очень-то помогло.
- Зажигайте факелы! – Скомандовала Марина.
Парадные двери - главный выход их нашего проклятого подъезда. Двойная металлическая дверь, со стеклянным усиленным оконцем, за которым клубился туман. То была последняя преграда, отделяющая нас от внешнего мира. Мы застыли перед ними, практически не дыша и прислушиваясь к происходившему с той стороны.
Не знаю как остальные, но лично я в тайне надеялся услышать крики помощи, призывы раненых и покалеченных. Это бы означало, что наша цель оправдана, упавшие люди были все еще живы, и мы могли им помочь. В таком случае, риск был бы оправдан, и я бы без малейших колебаний вышел бы из этих дверей. Вот только ни криков, ни малейших шорохов с той стороны не раздавалась. Стояла кромешная, оглушающая тишина, словно все окружающие нас звуки, разом исчезли, растворившись в пространстве, окутанном туманом.
- Если бы они были живы, они бы как минимум кричали, не говоря уже о том, что в первую очередь бросились бы ко входным дверям. Это ведь их единственный путь к спасению. – Повторил мои собственные мысли Игорь.
- Там могут быть выжившие. Наша обязанность проверить и вытащить их оттуда. – Твердо сказала Марина.
Подойдя к двери, она щелкнула ключем в навесном замке, снимая его с металлических скоб. За ним на пол полетели задвижки и, наконец, металлическая цепь. В моей душе словно прошла ледяная волна в тот момент, когда двери открылись. Клубы тумана поплыли в нашу сторону, и я тут же выставил им на встречу горящий пламенем факел.
- Держитесь рядом. Выходим.
Бетонный парапет под ногами был весь пронзен многочисленными трещинами. Крошево и мелкие камни, шуршащие под ногами, вызывали нервную дрожь, ведь они были единственными окружавшими нас звуками, гремевшими в кромешной тишине.
Вокруг сгущался туман. Он словно стая бродячих собак, окружал нас со всех сторон, желая найти незащищенное место и вцепиться в нас своей мертвой хаткой. Вот только горящий в наших руках огонь, все никак не позволял туману приблизиться достаточно близко, создавая вокруг нашей группы, некую стену безопасности.
Я передал свой факел Кириллу и, опустившись на колени, стал закреплять трос к бетонной колонне, подпирающей козырек нашего дома. С противоположной стороны Марина делала то же самое. Проклятье! В окружающей тишине было отчетливо слышно, как выбивают дрожь страха мои зубы.
- Не парься, Семен! Не ты один чувствуешь страх. – Тихо сказал над моим плечом Кирилл.
Кончик его факела заметно подрагивал. Напарника, как и меня самого, била нервная дрожь. Одна лишь Марина сохраняла хотя бы внешнюю видимость спокойствия. И мне осталось лишь поражаться той невероятной выдержки и самообладания, которыми она владела.
- Надевай ремни и закрепляй на них трос. – Подошла ко мне девушка. – Кирилл с Игорем останутся здесь и прикроют нас в случае чего.
Как они собираются нас прикрыть, когда не могут и шагу ступить за пределы бетонного карниза, я уточнять не стал. Вся эта идея попахивала самоубийством, да еще и бессмысленным. Нас окружал густой, молочно-белый туман, стеной перекрывающий обзор. Как искать в нем людей, я, честно сказать, представлял слабо. Ведь даже просто увидеть свою выставленную вперед руку было невозможно.
- В случае чего – кричи! Мы тебя вытянем. – Хлопнул меня по плечу Кирилл. – И держи карабин под рукой. На всякий случай.
Проклятье! Я почти ненавидел самого себя, когда переступил грань тумана и, сойдя с бетонного козырька, сделал первый шаг по промерзлой земле. Совершил то, чего так старательно старались избегать все жители нашего дома. Все те, кто хотел спасти свои жизни, скрывшись за бетонными стенами. Те, для кого эти стены стали темницей, из которой невозможно было выбраться.
- Оставь карабин. Давление тумана слишком сильное. Зажигай второй факел.
Я едва расслышал голос Марины, шедшей от меня всего в нескольких шагах. Я не видел саму напарницу, но отчетливо слышал шуршание мелких камешков под ее ногами. Мы шли вперед, параллельно друг другу, едва ли не на ощупь, пытаясь найти на земле выживших. Шаг за шагом, отдаляясь от спасительного дома, все сильнее углубляясь в туман.
Прислушавшись к совету, я перекинул карабин за плечо и взял во вторую руку еще один факел. Больше огня - меньше воздействие тумана. Вот только здесь туман был повсюду, я был внутри него, облеплен белым маревом, словно коконом. Напряжение нарастало все сильнее, и перед глазами уже стали вспыхивать темные круги.
Я слышал отдаленное пение, сполохи света и гротескные лица, вереницей кружащие вокруг меня. Ни огонь, ни резиновый костюм не справлялись с гипнотическим действием столь массивного тумана. Сколько шагов я уже сделал? Десять? Возможно двадцать? Как далеко я уже ушел от дома. Воздействие нарастало, голову, словно стиснули металлическим обручем, который теперь медленно сжимался. В какой-то момент я понял, что уже давно не иду, а ползу на четвереньках, ощупывая землю перед собой руками. Я ползу вперед, не задумываясь, не видя перед собой цели.
Зачем было это все, к чему я вышел из безопасного убежища? Это мгновение? Мозг отказывал и я не смог бы объяснить это даже самому себе. Все, что витало у меня в голове - это необходимость спасти свою жизнь. Словно захлебывающийся в воде, я упал на спину, конвульсивно сжимая руки и ноги. Легкие сковало холодом, они словно одеревенели и каждый следующий вздох давался с куда большим трудом, чем предыдущий.
Крича во все горло, и не слыша собственного голоса, я вдруг осознал свой единственный путь к спасению - трос, которым я был закреплен. Спасительная нить, которая могла меня вытащить обратно. Схватившись за веревку, я, что было сил, потянул ее на себя, надеясь, что мои товарищи заметят натяжение и вытащат меня обратно. Я тянул и тянул, не видя ничего кроме тьмы перед глазами. Не знаю сколько это продолжалось, но в одно мгновение я понял, что мои руки хватают лишь воздух, а конец троса, который должен был крепиться к барабану, теперь лежал у меня перед лицом.
Помню, что в этот момент мне хотелось расхохотаться, словно безумному. Вопить во весь голос, надрывая голосовые связки. На меня накатило отчаянье, вместе с которым, рука об руку, пришло осознание скорой смерти или того хуже полного безумия. В памяти всплыли лица товарищей по отряду, попавших под воздействие тумана. С белыми глазами и желтой пеной, сошедшие с ума, не узнающие даже своих близких друзей. Трудно было даже понять, что хуже - смерть или подобное существование в виде безумного овоща?
«
- Семён.
Словно сквозь вату до меня донесся смутно знакомый голос. Мне кажется, я знал его раньше в прошлой жизни, когда вокруг меня не клубился бесконечный туман, а небеса с землей не менялись местами. Но шум голове постепенно стал стихать, зрение проясняться, и, наконец, я четко смог разглядеть говорившего.
Отец стоял всего в нескольких метрах, глядя на меня с высоты своего роста. Он был одет в серый, деловой костюм, который я не видел на нем со времен катастрофы. Словно призрак прошлого, возникший в моем раненом подсознании. Я даже мотнул головой, стараясь прогнать видение.
- Как ты здесь оказался, мой мальчик? – С тревогой в голосе спросил он.
- Отец. Как ты… - Едва разлепляя пересохшие губы, протянул я.
- Нет-нет. Не останавливайся. Иди дальше, здесь нельзя оставаться на одном месте.
Я хотел остановить его, попросить о помощи, спросить, что он здесь делает. Но фигура отца стала растворяться в тумане. Ей на смену пришли бесконечные бесплотные фигуры, закружившиеся вокруг меня в хороводе. Они протягивали ко мне свои прозрачные руки, предлагая присоединиться к их безумному танцу. От них сильно разило смертью и тленом, а их танец постепенно приобретал все более агрессивные черты. Не задерживаться, не останавливаться! Закрыв глаза, чтобы не видеть безумный танец духов, я собрался с силами, чтобы сделать еще один шаг. И в этот миг туман окутал меня со всех сторон, обернувшись вокруг, словно кокон бабочки.