Николай Воронов – Апокалипсис в подъезде (страница 44)

Проходя мимо двухъярусных кроватей, на которых вольготно расположились немногочисленные жители, во мне все сильнее зарождалось чувство нереальности происходящего. Эти люди смеялись, веселились, делясь новостями, рассказывая забавные истории и обсуждая происходящее внизу, словно это и нисколько не касалось. Один из мужчин так прямо и заявил своему приятелю дескать, зачем они кормят дармоедов, не способных даже нормально обслуживать властьпридерживающих людей. Слово «люди», он выделил особой интонацией, словно привилегированный класс, возвышающийся над остальными простыми смердами. Себя он, разумеется, причислял к этому классу.

Пусть эти слова и вызвали целую бурю эмоций в моей душе, но я скорее не злился, а попросту не понимал, как всего за четыре с половиной года, люди из цивилизованного общества, могли скатиться на самое дно, едва не возвращаясь к рамкам феодализма и расслоения общества на классы. И ведь не сказать, что мысли этого мужчины были неким исключением, в подобном ключе думали многие на верхних этажах.

Миновав внутренний коридор, я показал пропуск на последнем дежурном пункте. Охранитель долго изучал мой листок и даже пытался задавать мне каверзные вопросы. Было видно, что пропускать меня в штаб, желанием он не горит, но и придумать достойный повод мне отказать, ему никак не удавалось. В конце концов, все же сплюнув прямо на пол, он, скривившись, дал разрешение пройти.

Здесь с момента моего последнего визита ничего не изменилось. Все такая же маленькая комнатка, разделенная на две части пластмассовой перегородкой. С одной стороны был штаб нашего отряда, который среди бойцов популярностью не пользовался. С другой штаб Вэшников, где собственно и заседал мой отец.

Я подходил к двери штаба полный внутренних противоречий. С отцом мы не общались лично с того момента, когда на устроенной в честь моего окончания школы вечеринке, я объявил о своем желании вступить в «А» отряд. Сейчас, спустя время, я готов был признать, что в некоторой мере, отец был прав, когда рекомендовал мне держаться подальше от анархистов. Возможно, если бы я в тот момент принял его предложение, пошел бы по выстеленной им дорожке, то моя судьба, сложилась бы кардинально иным образом. Нет, я не сожалел о своем выборе. Я лишь размышлял об этом, сравнивая те или иные варианты. Да, судьба сложилась бы иначе, возможно куда проще, может даже мне удалось бы в кратчайшие сроки подняться к самому верху по иерархической лестнице. Но в чем суть?

Главной целью, к которой было необходимо стремиться, это возможность выбраться из этого места. Вырваться из этой проклятой бетонной тюрьмы. Именно за этим я и пошел к анархистам, которые буквально горели этой идеей. Возможно, в их распоряжении не было тех ресурсов ума и возможностей, которыми располагали научники, но эти люди обладали волей и решительностью, что и подкупило меня. Я не хотел просиживать штаны в этом проклятом месте, не хотел остаться здесь ни одной лишней секунды. Возможно это лишь мои фантазии, но я безумно хотел вернуться в тот мир, которого нас лишил проклятый туман. Мне хотелось понять его суть, да к чёрту суть. Я хотел вырваться отсюда, преодолеть этот туманный покров и выйти в свой родной мир, где я вновь могу гулять по улице, под жаркими лучами солнца, кататься с друзьями на велосипеде, или банально зайти в магазин, купив рожок мороженого.

- Вот кого-кого, а тебя я увидеть здесь ожидала в последнюю очередь.

Словно вынырнув из омута своих раздумий, я наткнулся на веселый взгляд Марины. Миниатюрная блондинка сидела в самом углу помещения, частично скрытая книжной полкой. От этого я и не заметил ее, когда вошел. Сам штаб делился на два помещения: общая гостиная, где зачастую проводили время бойцы отряда и кабинет моего отца, отделенный натянутой ширмой. Именно там он и принимал гостей.

- Хех, ну у меня-то уже давно назрел один разговор к отцу. А вот что здесь делаешь ты - это вопрос хороший.

Прежде чем ответить, Марина бросила настороженный взгляд на тканевую ширму, за которой слышались чуть приглушенные голоса.

- Ты ведь знаешь, что Воеводин положил на стол главе указ о роспуске нашего отряда? Об этом в последнюю неделю много говорят, но мало кто знает истинное положение дел. После той спасательной миссии, когда наш отряд потерял сразу семерых бойцов, многие заговорили о роспуске наших рядов. Многие жители вообще не понимают целей и задач отряда, да и относятся к нам не особо лучше, чем к охранителям. Но пока одни кричали, выдвигая свои идиотские требования, Воеводин подсуетился и подсунул главе целый план. Он хочет не только роспуска нашего отряда, но и перевести наших бойцов в ряды охранителей. По его замыслу, это должно стабилизировать ситуацию на этажах, ведь Вэшники получат серьезное подкрепление и возможность маневра.

- А что на это все говорит наш глава?

- В том-то и проблема. Максимов отмалчивается, и мне кажется, даже согласен с этим планом. Долбанный утырок видимо переметнулся на сторону Воеводина. Именно за этим я и здесь. Твой отец - единственный из влиятельных фигур, кто открыто поддерживает главу, а не командира охранителей. Проклятье, чего я ожидать не могла, так это предательства Максимова. Этот чёрт был близким другом моего мужа и после его исчезновения ни у кого не возникло вопросов, кто займет место командира отряда. Но пойти на подобное предательство собственных интересов…

- Возможно, после того инцидента в пристройке, он несколько изменил свои взгляды. – Пожал плечами я. – Гибель семерых бойцов стала потрясением для всего дома. Да нам самим лишь чудом удалось выжить.

- Это точно. Я до сих пор не понимаю, как ты умудрился найти ту комнату. Герметичные двери и отсутствие окон – это, наверное, самое безопасное место в том аду. Честно признаюсь, когда ты потащил нас к той комнатке, я уже было решила, что чердак у тебя протек. Это ведь была верная смерть. Если даже в подготовленном на складах укрытии, наши парни не смогли укрыться от тумана, то уж там и подавно выжить не получится.

- Нууу, если бы не кошак, то мы бы оттуда и не ушил.

- Мммм. Сёма. – Аккуратно начала Марина. Ее голос внезапно стал мягким и вкрадчивым. – Послушай, мы все были там. Видели все, что происходит. Там… там не было никакого кота.

- Ты уже это говорила. Возможно, ты просто не заметила…

- Возможно. Вот только я поговорила и с Кириллом. Он ведь был прямо рядом с тобой. Но и он не видел кота. А то существо, что ты описывал. Пойми, я глаз с тумана не сводила. Даже в тот момент, когда он нас почти нагнал, и ты потащил нас в комнату. Не было в тумане ни лиц, ни существа. Не было кота, о котором ты рассказывал.

- Хочешь сказать, будто я рехнулся? – Едва не взревел я.

- Нет. Пойми, туман воздействует на мозг человека неизвестным науке образом. Сам ведь прекрасно знаешь, что многие люди, которые сталкивались с туманом, видели… разное. Одни сходили с ума, превращаясь в агрессивных психов. Другие видели галлюцинации и миражи. Вполне возможно, что именно подобный вариант произошел и с тобой. Ты видел галлюцинацию, но твое подсознание в критический момент подсказало тебе верный выход из ситуации, а так как в этот момент на твой разум происходило постороннее воздействие, все это вылилось в галлюцинацию о вышагивающем существе, которое на самом деле было обычным туманом, и коте, который и обозначал путь к спасению.

- Вы с Томой сами играли с кошаком. Тома даже имя ему дала. Да его весь этаж видел и подкармливал, хочешь сказать это так же была моя галлюцинация?

- Я не говорила, что кота не существовало. – Спокойно ответила бывшая напарница. – Все, что я пытаюсь до тебя донести, так это то, что конкретно в той ситуации, ты действовал инстинктивно, а все остальное было лишь игрой воображения.

Я отвел глаза, не желая встречаться с Мариной взглядом. Больше всего я боялся, что она может прочитать в них мои истинные чувства и мысли. Я знал, что это была не галлюцинация. Я помнил поведения кота, который вывел нас из стоков. Тома видела его, взаимодействовала с ним, кот не был игрой моего воображения. Как и проклятый «наблюдатель», поставивший своей целью поймать меня, во что бы то ни стало. Он существовал в реальности, и теперь я был в этом полностью уверен. А тот факт, что никто кроме меня его больше не видел, лишь вызывал новые вопросы, на которые мне бы очень хотелось получить ответ.

- Там у отца кто-то есть?

- Вроде один парень из ремонтной бригады. – С облегчением сказала женщина.

Видимо вся эта тема с моими «видениями» ее здорово напрягала, и она была крайне рада сменить тему разговора.

- Когда я пришла, он уже был в кабинете. Твой отец только выглянул и попросил немного подождать.

Я пожал плечами. С повышением и получением высокой должности отец не смог даже найти время, чтобы поговорить со мной. Несколько раз он посылал маму, передавая через нее различные послания. Я не обижался, так как знал, насколько сильно он был занят. А уж после начала всей этой канители с переделом сфер влияния и попытки убийства главы, отец и вовсе не вылезал из своего кабинета в штабе. Именно ему глава поручил проведение расследования. Я подозревал, что главе прекрасно было известно, кто стоял за тем инцидентом. Так что у отца хватало забот.