Николай Внуков – Паруса над волнами (страница 50)
Да и груза флейты могли перевозить во много раз больше. Если «Санта Мария», самая большая каравелла Христофора Колумба, могла принять на борт всего четыреста тонн, то средний флейт брал до двух тысяч тонн — в пять раз больше.
К началу XVII века каравеллы уже не могли соперничать с флейтами, и постепенно их перестали строить. А Голландия наращивала свое морское могущество. С 1600 по 1660 год на всех морях и океанах плавало пятнадцать тысяч голландских судов! Голландские мореплаватели освоили Ост-Индию, голландские пираты нападали на испанские владения и фактории в Южной Америке, в Северную Америку приплыл на флейте «Полумесяц» Генри Гудзон и основал на месте теперешнего Нью-Йорка поселение Нью-Амстердам.
Опыт голландских морских инженеров начали перенимать во всем мире. В 1618 году в Любеке сошел со стапеля первый немецкий флейт. На берегах Свири и Финского залива начал строить первые русские флейты Петр I, прошедший хорошую выучку на голландских верфях Хоорна. В 1629 году появилась первая в мире книга по судостроению. Ее написал Йозеф Футтенбах в городе Ульме. Она называется «Судовая архитектура».
К концу первой четверти XIX столетия постройка и оснастка парусных кораблей достигли такой степени совершенства, что казалось — дальше идти уже некуда. Скорость кораблей того времени достигала двенадцати узлов — примерно 22 километра в час! Прочность корпусов была так велика, что хорошо построенным кораблям, казалось, не было износу. В регистровых книгах страховой компании Ллойда в 1890-х годах числились «на ходу» суда, спущенные со стапелей еще в 1810 году.
Резкого разделения кораблей на военные и торговые тогда еще не было. Моря кишели пиратами, каперами, приватирами. «Купцам» приходилось тоже брать с собою на борт пушки и хороший запас ружей и кортиков. На военных кораблях пушек было больше, и они, особенно на нижних палубах, имели больший калибр, чем орудия на торговых судах. Вот и вся разница. По внешнему виду почти невозможно отличить «купца» от военного. С начала XIX столетия борта кораблей красили снаружи в черный цвет. Вдоль портов — окон, за которыми скрывались пушки, — оставляли белый пояс. Крышки портов тоже красили черным. Достаточно было сосчитать количество черных квадратов на белых поясах корабля, чтобы судить о числе пушек, а следовательно, и о боевой мощи корабля.
«Купцы» красили борта своих кораблей такими же черными и белыми поясами. Но так как пушек у них было меньше, то они для устрашения накрашивали на поясах фальшивые порты.
Только к 1710-1720-м годам стали строить корабли специально для ведения вооруженной борьбы на море. Тогда же произошло разделение кораблей на ранги. Рангов было четыре.
Корабли I и II рангов назывались «стопушечными» и вооружались ста двадцатью — ста тридцати пятью орудиями, расположенными в трех закрытых и одной открытой батареях на верхней палубе.
Стопушечники имели длину до шестидесяти метров, ширину пятнадцать — шестнадцать метров и осадку в воде до восьми метров.
Тактика морского боя того времени была несложной — корабли выстраивались в одну линию (в корму флагмана смотрел нос следующего корабля и так далее) — и вся эта линия кораблей встречала противника мощным бортовым залпом. Поэтому все военные суда, кроме посыльных, связных, транспортных и разведывательных, назывались линейными.
Корабли III и IV рангов несли по восемьдесят — девяносто орудий в двух закрытых и одной открытой батареях. Длина судов — от пятидесяти до пятидесяти пяти метров, ширина до пятнадцати метров, осадка до семи метров.
За кораблями IV ранга шли хорошо всем известные по романам и повестям фрегаты. Они тоже делились на три ранга и вооружались шестьюдесятью, пятьюдесятью и сорока пушками. Длина фрегатов колебалась от сорока пяти до сорока восьми метров, ширина — одиннадцать — тринадцать метров, осадка до шести с половиной метров.
Фрегаты были самыми быстроходными военными судами. Их использовали для крейсерской и колониальной службы и для сообщений между эскадрами больших флотов. В торговом флоте фрегаты были излюбленными судами для плаваний в Ост-Индию и Китай и для срочных пассажирских сообщений между Европой и Америкой, а также между Европой и Австралией.
Следующие по силе оружия — корветы. У них не было ярусных палуб — деков. Двадцать четыре — тридцать орудий устанавливались прямо на верхней палубе. Корветы имели в длину тридцать девять — сорок три метра, ширину девять — десять метров и осадку около пяти метров. Несли ту же службу, что и фрегаты.
Корветы несколько меньших размеров и с более легкой артиллерией назывались шлюпами. Шлюпы использовались для научных целей как исследовательские суда и для дальних экспедиций.
За шлюпами шли бриги. В военном флоте они играли роль легких крейсеров и посыльных судов, в торговом — считались самыми удобными судами для перевозки грузов между европейскими портами и для сообщений с Вест-Индией. Военные бриги несли на верхней палубе восемнадцать — двадцать легких орудий, имели в среднем тридцать пять метров длины, девять метров ширины и четыре с половиной метра осадки, то есть могли свободно заходить как в речные, так и в морские порты.
Более мелкие корабли — люгера, тендеры и шхуны — в морской войне участвовали очень редко.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Корабли, фрегаты и корветы имели по три мачты: передняя — фок, средняя, самая большая, — грот и задняя, самая маленькая, — бизань. На носу, над сложной надстройкой на водорезе, называвшейся княвдигедом и украшенной резной деревянной фигурой какой-нибудь нимфы или святого, устанавливалась дополнительная наклонная мачта — бугшприт.
Корабельные паруса, как я уже упоминал, разделялись на прямые и косые.
Прямые паруса крепились к круглым, утончавшимся к концам брусьям — реям, а косые — к упертым одним концом в мачту и укрепленным в наклонном положении гафелям и гикам. Малые косые паруса поднимались и опускались на кольцах- (раксах) по натянутым между мачтами снастям — штагам и леерам.
Я уже говорил, что голландцы первыми стали делать мачты, составленные из отдельных стволов — стенег. Нижняя, самая толстая часть такой составной мачты так и называлась: мачта. Второе колено уже называлось стеньгой. Третье — брам-стеньгой. Четвертое — бом-брам-стеньгой.
На больших кораблях поднимались еще пятые колена — трюмсель-реи, а были корабли, у которых над трюмселями поднимались еще шестые колена — бом-трюмсели.
К основным мачтам привязывались главные или нижние паруса. Они прикреплялись к самому большому рею, который подвешивался к мачте на толстой короткой цепи — борге. Эти паруса носили имена фок и грот.
По стеньгам поднимались и опускались марса-реи, к которым пришнуровывались паруса марсели. Фок, грот и марсели были самыми большими парусами на корабле. При сильном ветре площадь парусов уменьшали. Для этого на парус нашивали параллельные ряды веревочных завязок — рифов. «Взять паруса на рифы!» — эта команда значила, что надо сложить часть паруса и привязать ее рифами к рею. Из всех корабельных работ эта была самая трудная. Сшитый из толстой парусины, надутый ветром мокрый парус напоминал железный лист. Взобравшись на мачту, матросы ставили ноги на специальные веревочные подпорки — перты — и расходились по реям. Мало того, что надо было убрать часть паруса, ее нужно было «выкатить» на рей и закрепить особыми привязками — шлейками, чтобы не расхлестало ветром.
Грубая парусина начисто срывала ногти с пальцев, руки мерзли от водяных брызг, мачты раскачивались, как маятник, ускользали из-под ног перты. Работать приходилось иногда на большой высоте — в тридцати — сорока метрах над палубой. Иногда рулевой не справлялся со штурвалом, корабль неожиданно рыскал в сторону, паруса щелкали под ветром, сбрасывая с рей зазевавшихся моряков… И все-таки паруса «выкатывались» и закреплялись.
Красивая выкатка паруса с постепенным утолщением от концов реев — ноков — к середине и аккуратная перевязка его шлейками была гордостью команды. На больших стоянках на рейдах моряки разных стран вызывали друг друга на соревнования по скорости работы с парусами. Высшим достижением считалось убрать и закрепить все отданные для просушки паруса на двухсотпушечном корабле за две-три минуты!
На третьих коленах мачт — брам-стеньгах — поднимались брам-реи с брамселями, на четвертых- бом-брам-стеньгах — бом-брам-реи с бом-брамселями.
Паруса пятого колена назывались трюмселями, а шестого — бом-трюмселями.
На английском морском жаргоне — сленге — вторые паруса назывались верхними, третьи, которые крепить было труднее всего, — храбрыми или доблестными, четвертые — королевскими, пятые — небесными, а шестые — лунными.
Для увеличения площади прямых парусов в ширину при попутных ветрах вдоль рей выдвигались или, как говорят моряки, выстреливались дополнительные тонкие реи — лисель-спирты, и на них, по бокам основных парусов, поднимались добавочные паруса — лисели.
Нижние назывались ундер-лиселями, вторые — марса-лиселями и третьи — брам-лиселями.
Теперь о самом главном — о том, как суда различались по парусному вооружению.
Начнем с самых маленьких — тендеров, куттеров или, как их еще называют, морских ботов. Эти суденышки видом своим напоминали большие шлюпки, имели одну высокую мачту с длинной стеньгой и выдвижной бугшприт. Основным парусом являлся гафельный (косой) грот, дополнительными — гаф-топсель (треугольный, ставился над гротом), стаксель и кливер (треугольные, ставились между мачтой и бугшпритом).