Николай Васильев – Галактическая одиссея Никиты Бочарова (страница 36)
— …есть такие, — донеслось до слуха землян. — Да, десять рыл. Идут к бутику. Отбой связи.
— Сюрпризов здесь не любят, — сказал безадресно, но внятно Никита.
— Оно, впрочем, и хорошо. Авось и наш бутик окажется в безопасности…
Следующие пару дней прошли в оформлении различных допусков, в том числе допуска Никиты к полетам на флаере (тут пригодился соответствующий документ, выправленный на Тейе). После этого Мила и Ко приступили к продажам амулетов, а Никита полетел на встречу с тем самым демографом (предварительно заинтересовав его судьбой экспедиции к Терре), работавшем в неблизком пригороде. Ученый оказался пожилым оширцем с классической лысиной, жиденькой бородкой и сощуренными улыбчивыми глазами.
— Мое имя Баовэнь, — сообщил вежливо он. — Впрочем, Вы его знаете. Но как величают Вас?
— Пока просто зовут, а не величают, — пошутил Никита. — Имя Никита, из рода Бочаровых. А главное, я родился и вырос на той самой Терре, куда летала несчастливая экспедиция, стартовавшая на Миранде.
— Великолепно! — порадовался Баовэнь. — Но почему она несчастливая?
— А Вы разве не знаете? — удивился в свою очередь Никита. — На обратном пути пират Бушар всех обратил в рабов: и ученых и нас, терран.
— Е, во де шангди! (Боже мой!) — воскликнул «китаец». — Я об этом ничего не слышал! Только удивлялся, что о той экспедиции нет вестей…
— Власти Миранды не могли оставить это втайне? — пришло вдруг в голову Никите. — Ведь именно они рекомендовали Бушара в качестве перевозчика…
— Это может быть, — скорбно согласился Баовэнь. — С усилением в правительстве партии Беккеров в нашей республике вошел в обыкновение подковерный стиль управления… Главное, что средства информации оказались совершенно под пятой государства! У вас на Терре, надеюсь, не так?
— На Терре очень много государств, — сообщил Никита. — В некоторых средства информации тоже задавлены, в других свобода слова пропагандируется… Далее пошел оживленный разговор о тех или иных особенностях Терры и терран.
У Никиты на языке стал вроде бы набухать типун, а вопросы у любознательного оширца все не кончались.
— Господин Баовэнь! — взмолился наконец Никита. — Не угостите ли утомленного терранина чашкой чая?
— Ай-яй-яй! — засуетился оширец. — Я совсем забыл законы гостеприимства!
Через понятное время на столе появился чайник, чашечки, а также жареные «яблоки» в кляре и несколько видов орешков. Кипяток в процессе чаепития периодически подливался, так что этот процесс продолжался не менее часа. К оширцу вернулась учтивость и в этот час говорил в основном он. Тут Никита и ввернул свой затаенный вопрос: кто на Миранде может знать координаты Терры?
— Насколько я помню, руководители экспедиции держали их в строгой тайне, — посожалел Баовэнь. — Боялись, что на Терру явятся корабли Аратана или того хуже — Арвара. Сами же по иронии судьбы привели туда пиратов! Но кстати: я помню, что Бушар высаживался не так давно на Миранде!
— ?!
— Да, да! Правда, не в столичном космодроме, а в 10 градусах отсюда, в Оресунде. Он там традиционно высаживается, когда ему надо пополнить продовольственные и энергетические ресурсы.
— С какой стати власти Миранды его привечают?
— Видимо, он привозит им какие-то экзотические товары, — пожал плечами Баовэнь. — Может даже и рабов. Ведь жизнь обитателей Центра весьма закрыта, независимым репортерам туда хода нет…
— Интересно, в этом Оресунде не могут проживать списанные с корабля пираты?
— Вполне может быть, — оживился ученый. — Слухи такие до нас доходили, — правда, давно…
Глава сорок вторая
Вести из Оресунда
На следующий день, ближе к вечеру, Никита отправился на флаере в Оресунд — небольшой городок в 50 тысяч жителей. С собой он взял Сергея, внешность которого могла сойти за мафиозную. Прошедшим вечером и утром Никита плотно прошерстил в Сети сведения об уголовниках Оресунда и вызнал основные легальные пункты их сборищ: казино «Жар в крови», бистро «Слоники», бильярдная «Шары» и стриптиз-бар (он же лупанарий) «Титьки». «Бильярдная — это хорошо! — порадовался Никита. — Тут я вряд ли ударю в грязь лицом: все отрочество шары катал в таком же зальчике. Глядишь, и разговорю какого-нибудь терпилу». 800 км промчали за полтора часа, следуя предписанным коридором.
Под жилье избрали простенькую гостиницу в стороне от центра. В ней же поужинали и направились в «Шары». Войдя внутрь, Никита запаниковал: вместо ожидаемых столов по залу были рассредоточены какие-то объемные конструкции, в которых шары мчались под ударами киев преимущественно по прозрачным овальным стенкам, переходя даже и на «потолок». Лузы же были похожи на мишени в тире, в которых центр вдруг открывался (при удачном ударе) и принимал в себя шар.
— Екэлэмэнэ! — сказал Сергей. — Нам тут делать нечего…
— Еще не вечер, — ответил сквозь зубы Никита. — В бильярде главное прицел и ровный удар. А по какой траектории пойдет шар — дело десятое. Руку и здесь можно набить. Вон стол как раз освободился — пойдем потренируемся…
Минут через десять возле их стола скопилось несколько зрителей, которые встречали хохотом почти каждый удар новичков.
— Ты глянь какой класс у этого угрюмого аратанца! — говорил сквозь смех длинный приблатненный минматарец лет тридцати. — Он же мечет шары исключительно по крыше!
— А его приятель норовит пускать шары по спирали! — вторил ему одутловатый арварец со шрамом на лбу. — Вот, смотри, смотри, щас пустит! Хо, а все-таки попал!
— Удар у него поставлен, — заметил щуплый мулат, бывший тут маркером. — Когда научится целиться, он вас может разнести. Часа через два…
— Что? Давай спорнем, что не научится!
— Давай! Эй ты, красавчик! Я на тебя поставил, — без улыбки сказал мулат. — Если подведешь меня, будешь бит. Или ты очканешь и уйдешь?
— Ну уж нет! — сказал Никита с гипертрофированным упрямством. — У нас бильярд попроще, но я на нем немало кредов выиграл…
В течение двух часов маркер периодически подходил к столу, где продолжали тренироваться земляне, хмыкал и молча уходил к другим столам. В последний раз он подошел вместе с арварцем и минматарцем, те молча оценили технику и результативность Никиты и защелкали своими коммуникаторами. После чего взяли с двух сторон Никиту за комбез и арварец сказал:
— Мы потеряли на тебе креды. Пойдем к нашему столу: отыгрываться будем.
— Я не против игры с любым из вас, — заявил Никита. — Но играть буду только на этом столе.
— Да это отстойный стол! — вскричал минматарец, — у него лузы разболтаны!
— А мне плевать, — спокойно ответил Никита. — Или здесь или нигде. Играю три партии. После расходимся.
— Ставим по двадцатке на партию! — быстро сказал арварец, — играть будет мой друг! Первую партию Никита проиграл, причем вчистую: сказалась разница в классе. Однако он вовсю приглядывался к ухваткам соперника и старался их копировать. Вторую партию он вытянул и некоторое время они шли с минматарцем к финальному шару ноздря в ноздрю (по правилам на кону всегда должны были оставаться минимум три шара и выиграть можно было только дублем). Победил опять минматарец и арварец взвыл от полноты чувств. Равной была и третья партия, но финал оказался неожиданным: на кону было четыре шара (с битком) и Никита ухитрился так выстроить траекторию, что получился хет-трик! Арварец шмякнул об пол своей шляпой, минматарец посмотрел злобно, а Никита сказал ему:
— Это был чудесный случай. Ты играешь, конечно, лучше. Предлагаю пропить сообща те двадцать кредов, что должны были тебе достаться. Вы не против?
Пошли, конечно, в бистро «Слоники», в котором Никита приметил еще пару уголовников, причем опознал их по фото в Сети. Они были уже под шафе, что не помешало им тут же подсесть к Никитиному столу. Никита стал лично таскать выпивку от стойки буфетчика и не преминул подсыпать в стаканы шпаны мощный усилитель опьянения. Ну а сами с Сергеем заранее приняли противоалкагольные таблетки. В итоге подсевших к ним «на хвост» совсем развезло, и они повисли на стульях. Дон (минматарец) и Пен (арварец) пока хорохорились, чем Никита и воспользовался.
— А правда, что к вам в Оресунд иногда прилетают пираты?
Дон посмотрел на него с подозрением, но встретив мутный взгляд с хилыми проблесками разума, кивнул:
— Бывают.
— А ваши не пробовали к ним затесаться?
— Некоторые наши у них. Правда, только в абордажниках…
— Зар-раза! Я ведь флаер могу водить, — доверительно сказал Никита. — И там смог бы. Сколько же пилоты флаера у пиратов зашибают?
— Не знаю, — мрачно сказал Дон. — Нам они не докладывают…
— Да-а… Вот бы встретить пирата в отставке да все у него разузнать. Только они все наверно поумирали…
— Один есть, — не поднимая головы сказал Дон. — На моей улице живет. Звать Чухра. Умереть еще не успел, потому что недавно к нам прибыл. Но умрет, наверно: слишком дерзко себя ведет…
Последний спич оказался, видимо, для Дона слишком утомительным, ибо он замолчал. Никита больше не стал его теребить, и через пару минут минматарец недвусмысленно засопел. Арварец отключился еще раньше. Буфетчик пожал было плечами в ответ на вопрос, как им доставить Дона и Пена домой. Но заслышав о вознаграждении, поступил просто: проверил у Дона карманы и достал удостоверение личности, где было обозначено и место жительства. Никита и Сергей «кисло» переглянулись и потащили собутыльников к выходу. Автотакси привезло их на безликую грязную улицу, где они сдали Дона его раздраженной сожительнице, арварца же были вынуждены везти дальше, к точно такой же мегере. Она, впрочем, оказалась кстати, ибо указала адрес того самого Чухры (полагая, что он у них в такси).