Николай Васильев – Галактическая одиссея Никиты Бочарова (страница 33)
Возле ряда, где торговали тканями изысканной красоты, девы особенно надолго тормознули. Одной из причин задержки было присутсвие нескольких местных дам на гравиплатформах, которых торгаши обслуживали в первую очередь и к тому же не слишком торговались. Никита временно выбыл из процесса купли-продажи и стал поглядывать по сторонам, в том числе на местных дам. И вдруг почувствовал на себе взгляд ближайшей из них. Он стал пристально вглядоваться в хамелеонное мерцание в районе ее лица и, конечно, безуспешно. Неожиданно мерцание исчезло и вожделенное лицо ему открылось! «Вот! — сказал себе Никита. — Такими я себе и представлял арабских красавиц: тонкие дуги черных бровей на белоснежном овале лица, испытующий взгляд миндалевидных карих очей, изящные крылья носа и коралловый колер полных губ, созданных исключительно для поцелуев! К тому же она ведь улыбается мне, мерзавка!». Он прямо-таки впился глазами в чудесный лик, но тут он вновь замерцал, а через мгновенье сидящая дама изогнула торс в сторону продавца.
«Кино окончилось, — посожалел Никита и тут же стал себя корить: — Что ты так возбудился то, убогий? На „Терре“ тебя поджидает такая фря, а ты тут слюни пустил! Вот же козел похотливый!» И в этот момент в его наушнике пискнул сигнал тревоги! Никита моментально взглянул на экран коммуникатора и обомлел: один из огоньков, обозначавший члена команды, стал удаляться от общей группы. Он включил изображение с дронов и увидел на видео, что два минматарца тащат в боковой проход Катю, а еще два обеспечивают их движение в толпе. Никита дал приказ дрону отслеживать путь похитителей и хотел броситься вслед за ними, но тотчас осознал, что не сумеет быстро бежать в толчее. Броситься всем отрядом? В суматохе сволочные минматарцы могут зацапать еще кого-нибудь из женщин. Где выход?! Он крутнул головой, выхватил взглядом столб, подпирающий торговый навес и гравиплатформу рядом со столбом — ту самую, на которой сидела эффектная минматарка. Подчиняясь инстинкту, Никита в два счета оказался на столбе, а на третий впрыгнул на спружинивший «ковер», упал на колени перед обернувшейся к нему дамой и пылко сказал по-арабски:
— Ханум! Умоляю о помощи! Тут за ногу его ухватил один из двух слуг дамы, но тотчас отпустил, повинуясь резкому приказу хозяйки. Дама же вновь приоткрыла Никите свой прекрасный лик и участливо спросила на интерлингве:
— Что за беда настигла тебя, чужеземец?
— Я — глава небольшого отряда, который Вы можете лицезреть внизу. И у меня только что ваши сограждане похитили девушку! Вы можете видеть их на моем комме!
Дама вгляделась в подсунутый ей под нос экран, хмыкнула и по-деловому сказала:
— Догнать их я могу. Но Вы сможете победить четверых?
— Обязан и имею для этого средства! Летим, драгоценная госпожа!
Дама вновь крикнула что-то слугам и сказала Никите:
— Держитесь за мое кресло! Никита схватился за кресло и вовремя: ковер-самолет резко взял с места и помчал над толпой и крышами торговых рядов. Никита едва успел сообщить Борису о преследовании похитителей, как прекрасная «арабка» крикнула:
— Я над ними! Что Вы намерены делать?
Никита достал было парализатор, чтобы стрелять вниз, но спохватился: может прилететь ответка и поразить его благодетельницу! Он сунул его обратно в подмышечную кобуру и сиганул с ковра на спину последнего похитителя, активируя световой меч в режиме парализатора.
С земли он вскочил уже один и в прыжке достал обернувшегося на шум правого «волокиту». Тотчас к нему повернулся левый, отпустил добычу и выхватил парализатор, но недостаточно резво: меч успел коснуться и его. Инстинктивно Никита подхватил падающее тело, взглянул в сторону передового отморозка и резко прикрылся «третьим» от выстрела парализатора. Взглянув на экран комма, где шла трансляция от дрона, он увидел, что первый похититель решил спасать себя и «сделал ноги». «Да и хер с тобой! — решил Никита. — Главное, что Катю я отбил». Он резко повернулся (мысля «Вдруг ее опять уже утащили?!»), но обнаружил Катю лежащей на плитках тротуара без чувств.
«Что-то они ей вкололи, не иначе! — вскипело вновь его негодование. Вторая мысль была трезвее: — Но вряд ли что-то смертельное. Не каннибалы же то были, а просто похотливые псы! Тем не менее надо возвратиться с ней к кораблю. А как?»
— Ловко Вы с ними разобрались, чужестранец, — раздался вдруг голос с небес. — А что там с вашей «бэнт»?
— Она лишилась чувств, — сказал Никита, подняв голову к спасительнице. — Надо бы доставить ее к нашему кораблю и уложить в капсулу…
— Ерунда! Подайте ее сюда, — приказала дама.
Никита вскинул Катю на руки и слитным движением сгрузил ее на гравиплатформу. Немного отойдя в сторону, он увидел, что дама склонилась над пострадавшей и что-то поднесла ей к носу.
Через пару мгновений Катя чихнула, подняла голову и спросила:
— Где это я? Вы кто?
— Я — вдова капитана крейсера «Альтаир» Фери аль Ясин, — четко ответила дама, повернув в конце фразы голову к Никите. Убедившись, что он ее услышал (Никита чуть кивнул в ответ), она вновь повернулась к спасенной и сказала: — Твой господин желает доставить тебя на корабль и уложить в капсулу. Что ты на это ответишь?
— Что за чепуха! — встала на колени Катя, повернулась к Никите и добавила: — Никита — наш капитан, но мне он не господин! Потом, спохватившись, продолжила речь, обращаясь к Никите: — Это ты отбил меня у мерзких гадов? Большое спасибо! Но, пожалуйста, не отсылай меня в шип. Я буду теперь очень бдительной!
— Ну-ка встань на ноги, — предложил Никита. — Встань, встань, а я посмотрю… Катя попробовала встать, но ноги ее тут же подломились, и она упала на ковер.
— Тебе явно надо полежать, бэнти, — спокойно резюмировала прекрасная вдова. — Предлагаю сделать это у меня в доме.
И повернувшись к Никите спросила:
— Капитан, Вы можете отлучиться от своего отряда? «Никак нет», — хотел ответить Никита и в очередной раз осекся. А потом, удивляясь себе сказал: — Наверно смогу на пару часов. Точно скажу после связи… Он вызвал Бориса (по-русски, разумеется) и спросил:
— Вы все еще настроены на закупки?
— Какие к черту закупки?! — взревел Борис. — Ты отбил Катю?
— Отбил, но на ногах она не стоит. Та дама, которая мне помогла, предлагает релаксацию у нее в доме. Оттуда мы долетим до шипа на флаере.
— Ну ладно, тебе виднее. А мы ходу отсюда. Дай бог целыми и в полном составе до космодрома добраться…
— Через какое-то время и мы с Катей прибудем, — заверил Никита. Подняв голову от комма, он увидел у гравиплатформы обоих слуг госпожи аль Ясин, а подняв взгляд повыше — неуверенную улыбку Фери и напряженный взгляд.
— Я иду с вами, — звучно сказал Никита.
— Вы с нами летите, — возразила дама и улыбка добралась до ее глаз.
Глава тридцать девятая
В когтях Фери
Через два часа Никита оказался вовсе не на пути к «Терре», а в постели с гурией (Катя лежала в отключке, выпив приготовленный Фери напиток).
— Почему ты избрала в любовники меня? — задал Никита вопрос в перерыве между любовными схватками.
— Ты герой, Никита Бочаров, — пылко заверила его Фери, — а мне только герои и нравятся. Еще хорошо, конечно, что ты чужестранец. Пересуды на мой счет будут, но вскоре схлынут. А с местным «героем» появилось бы много проблем. Впрочем, где они, эти местные? Кого из своих подруг ни спрошу, все на своих хабиби жалуются. Ты же совсем другой. Ах! Я самая счастливая из женщин!
— Я завтра вечером планирую улететь, хабибти…
— Ну и что? У меня останутся воспоминания о нашей пылкой, страстной любви! Я буду перебирать в памяти каждое мгновение нашей встречи — с первого взгляда, с первых слов, с первых поцелуев и первого слияния тел и душ. Ты был прекрасен в каждом из этих мгновений…
— Один из наших поэтов когда-то сказал: Остановись мгновенье, ты — прекрасно…
— Как это точно! Я готова остановить его! Хотя которое? Тот взгляд, пронзивший наши души? Твой яростный поединок у меня на глазах? Первую схватку на этих простынях? Нашу теперешнюю беседу глаза в глаза? Нет, пусть все идет своим чередом, только не так быстро, помедленнее…
Утром с Никитой связался Борис.
— Ты где пропадаешь, лишенец? Неужто у нашей Кати так плохо со здоровьем?
— Теперь уже хорошо, — заверил Никита, вывинчиваясь из рук Фери. — Главное было выспаться как следует. Сейчас я ее к вам отправлю флаером, а ты бери Али и жми к нужному департаменту. Часам к одиннадцати будете?
— Мы и к девяти можем прибыть…
— К девяти неприлично рано.
— Тогда к десяти: в самый раз будет?
— К одиннадцати. Ферштеен?
— Мать твою! Ты опять у бабы завис? А то, что Мона здесь рвет и мечет, тебе пофигу?
— Не похоже на нее, она же патрицианка…
— Так она внутри себя бесится, нам не показывает. Но если поднести к ней спичку — точно вспыхнет!
— Я ужасно боюсь встречи с ней, — признался Никита. — Но тут так повернулись обстоятельства…
— Сучка тебе подвернулась и все обстоятельства. А ты из тех самых кобелей, про которых поговорка сложена…
— Ладно, признаю. Но дама того стоила. Если б ты мог ее увидеть!
— Удивляюсь как ты ее разглядел: они же все под масками!
— Мне она лицо показала…
— Ну, везунец! Ладно, потом в подробностях все расскажешь. Сам к одиннадцати не опоздай.
Когда Никита вновь оказался в объятьях Фери, она вдруг спросила: