Николай Трой – Война Теней (страница 71)
Я мысленно (с немалым облегчением) посчитал инцидент исчерпанным. Не будет сегодня мелочного предательства.
– Открой профиль, – приказал Бродяга.
НПС впервые заговорил. Скучным голосом осведомился:
– Зачем?
– Открой! – потребовал наемник с напором. – По контракту я обязан тебя защищать, а ты – мне подчиняться!
– Я имею сведения, что контракт разорван, – спокойно ответил Ассемблер. – По сообщению Товарищества 3D-инженеров, вы провалили задание. Значит, вы мне больше не имеете права указывать.
Я отстранил закипавшего Бродягу, спросил:
– А кому ты сейчас подчиняешься?
– Я свободен.
Вот это новость!
– Разве свободные сидят в яме? – удивился я. – Ты ведь уже не работаешь на Товарищество?
Ну! Отвечай! Подтверди мои догадки!!!
Ассемблер проговорил:
– Нет, меня освободили из рабства Себастьяна де Раута.
Есть!
Я едва не закричал.
Да! Я был прав, черт побери! Ассемблер – инженер.
Судя по взволнованному голосу наемника, Бродяга думал о том же:
– Ты работал на Товарищество?
– Да.
– Ты занимался 3D-моделированием?
– Да.
– Ты… сам… эм… придумывал новые модели?
– Да.
– Как?!! – в один голос закричали мы.
НПС обвел нас внимательным взглядом. Пожал плечами:
– Мне давали заказ, я рисовал.
Бродяга закричал в волнении:
– Как ты это делал?! Открой профиль!
– Зачем?
– Открой профиль, болван, или я тебя сброшу обратно в эту чертову яму!!!
НПС впервые проявил какое-то подобие чувств. Он оглянулся, по телу прошла едва заметная дрожь. Он попросил жалобно:
– Не надо. Я не хочу туда. Мне нужно работать.
– Открой профиль, – припечатал я безжалостно.
На этот раз Ассемблер подчинился.
Мы получили шанс воочию убедиться, что перед нами не шизофреник, прикидывающийся энпээсом, а самый настоящий компьютерный персонаж.
Ассемблер [8]
Мастер-чертежник, инженер.
Спецификации: отсутствуют;
Принадлежность к профсоюзу: отсутствует.
Вот так дела…
– Он все-таки энпээс, – прошептал Бродяга потрясенно. – Фантазирующий энпээс!
Боясь того, что могу узнать, я попросил:
– Ассемблер, а кому тебя передали?
– Я не знаю. Сказали, что отныне я свободен.
– А над чем ты работал в последний раз? Чего ты придумал такого, что тебя испугались?
– Меня никто не пугался, – все так же покорно и спокойно отвечал НПС. – Я просто выполнял заказы мэтра Себастьяна. Ему нравилось мое вольное творчество.
– Вольное творчество? То есть вне обычных заказов ты что-то придумывал для себя?
– Для себя и по просьбе мэтра Себастьяна. Он задавал тему, а я – фантазировал.
Мы переглянулись с Бродягой. Я приказал:
– Покажи!
– Я не могу. Согласно правилам, все, что я делал в Товариществе 3D-инженеров, принадлежит мэтру де Рауту.
Я выдохнул, пытаясь сохранить остатки спокойствия, хотя сердце колотилось, ладони взмокли. Вот-вот взорвусь.
– Себастьян де Раут должен нам очень много денег. Он сказал, ты сможешь рассчитаться за него. Такой вот подлец твой мэтр.
НПС задумался. Стрельнул глазками в Бродягу, тот невозмутимо подтвердил мои слова. Тогда Ассемблер вздохнул и полез за пазуху.
– Возьмите. Этого должно хватить. Мэтр Себастьян говорил, что это самая дорогая моя работа.
Он протянул гемму с логотипом «SkyDigital».
Я спросил подозрительно:
– Что это?
– Распечатайте, – повторил он. – Вы сами все поймете.
Я подумал, глядя на камень, и решил согласиться. В конце концов, система КВП до крупинки кремния насквозь лицензионная, чего-то ужасного не должно произойти. Да и о вирусах в «Престолах» я пока не слышал. Акки пытались угонять по старинке, путем взлома почтовых ящиков и прочего, но даже такие действия для «угонщиков» были бесполезны, хвала «Ауре».
– Хорошо, – сказал я, принимая гемму.
И сразу дал команду на частичный выход из виртуальности.
Сквозь сказочный мир, оказавшийся не менее жестоким, нежели реальный, проступили очертания моей квартиры. За окном серел рассвет.
С некоторым трудом, цепляясь за углы кресла и стола, будто пьяный, я поднялся. Ориентироваться сразу в двух мирах тяжело, вон, на голографическом экране вижу, что Серый Лис в Утгарде инстинктивно повторяет мои телодвижения. Наемники его удерживают, чтобы ненароком не свалился в яму.