Николай Трой – Война Теней (страница 54)
Пару минут я с интересом наблюдал за ними. Сразу было видно – ребята меня ищут. Вон с каким азартом бегут.
«Надо бы профили позакрывать, – запоздало подумал я. – Хотя внешность моя на портале засвечена…»
Когда компания новоявленных гончих Дикой охоты приблизилась на расстояние выстрела, я крикнул с интересом:
– Зачем седьмого гнома на людоеда сменяли?
Ребята не поняли, только воинственно зафыркали, взбираясь на холм.
Я продолжал спокойно ждать.
Метров за пятьдесят маг остановился, стал поспешно расчехлять посох и всякие талисманы-побрякушки. Девчонка резко взяла в сторону, в ее руках появился красивый лук. А гномы потащили из чехлов за спиной секиры.
В этот момент из-за холма показалась группа Бродяги. Гномы побежали медленней, растерянно переглянулись. Один, самый бородатый и с мясистым носом, неожиданно детским голоском крикнул:
– Мы его первые нашли!
Бродяга не удостоил коротышку ответом, только ладонь легла на рукоять меча.
– Мы первые его нашли! – повторил гномик неуверенно, видя, что страшные всадники вдвое превышают его в уровне и не собираются останавливаться. – Он преступник!
Из-за холма наконец показались Василевсовы бандиты, в количестве двадцати одного.
Гномы остановились, секиры в их руках как-то незаметно опустились. А видя, что наглые всадники продолжают приближаться, горные труженики попятились и запищали наперебой:
– Это нечестно! В очередь! Мы первые должны его убить! Наше право!
Бродяга осклабился:
– Да кто же мешает? Убивайте…
Спецификация «Оборотень» меняет Вашу плоть!
Я швырнул тело вперед. К оборотничеству настолько приноровился, что транформацию завершал в полете. Ударил в снег уже четырьмя лапами.
Контрастный мир обрел невероятную четкость, выскочило сообщение о боевом режиме. Фигурки гномов подсветились красным. С позиции моего роста они были не такими уж и низкими. Зато воины-медведи напомнили Тора: огромные, могучие, опасные.
В этом бою я толком не успел отличиться.
К гномам не успел – убийцы Бродяги сделали все быстро и качественно, буквально за пару точных ударов. Один из охотников даже манерно дернул гнома за бороду, рванул вверх, заламывая шею, и неторопливо полоснул мечом по нежной белой коже.
Девчонку-стрелка взяли на себя бойцы Василевса. Она успела выстрелить трижды, но итог, что понятно, был не в ее пользу.
А вот мага отправил в ад для колдунов я сам. Молниеносно на четырех лапах миновал воинов, зигзагом пробежал расстояние, разделявшее нас с чернокнижником. Справа и слева трижды жахнули тусклые молнии.
Я резко сократил дистанцию, маг закрыл голову руками, думая, что загрызать его стану. А я бухнулся в землю, кувырком преодолел последние два метра и вскочил, всаживая крест-накрест два меча в грудную клетку врага.
Враг повержен!
Командный бой завершен Вашей победой!
Я огляделся растерянно.
Таких коротких драк у меня, кажется, еще не было.
На снегу быстро таяли трупы гончих Дикой охоты, исчезали багровые, дымящиеся на морозе лужи.
– М-да, – проговорил Бродяга. – Даже не разогрелись…
– Не накаркай, – буркнул Василевс, осматривая своих раненых.
Девчонка била без промаха.
В общем, по итогам битвы я получил щепотку опыта, а лута собрали аж девяносто монет серебра и четыре гномьих топора.
– Видишь, – ухмыльнулся Бродяга, – лут ерундовый, но по итогам должны насобирать солидную сумму. Давай, Звездочет…
Последнее адресовалось магу, который и так уже, на манер Кашпировского, творил пассы, провешивая мостик. В воздухе появился светящийся серым прямоугольник, повис горизонтально в метре над землей. Я сообразил, что это недра одного из сундуков. Под жадными и недоверчивыми взглядами бригады Василевса охотники за головами покидали в сундук скудный лут.
– Делов-то, – прокомментировал Бродяга.
Мы не успели пройти и половины лиги, как вновь нарвались. На самой опушке леса разведчик Василевса вдруг замер, махнул рукой. Мне в профиль прилетел отчет: на тракте замечен враг.
На этот раз отряд уже был посерьезней: двадцатки, круто упакованные, с грамотно подобранным составом. Двое магов, шестеро стрелков, одиннадцать «танков» и тридцатого уровня лекарь.
Специфицированного лекаря, так чтобы все умения были пущены по одной ветке, да еще такого высокого уровня, я видел впервые. Это был высокий, благородного вида муж в простых кожаных штанах и волчьей безрукавке на голое тело. Издали поражало сочетание пронзительно зеленых глаз и гривы огненно-рыжих волос. В руке лекарь с ником Хельг держал резной посох-клюку. На широченной воинской, а не волхвовской, груди множество оберегов, калиток и амулетов; на поясе – бутылки, пучки трав и котомки.
– Ну вот и вкусные цели, – нехорошо пробормотал Бродяга. Мне почудилась плотоядная волчья улыбка. – Нубы серьезно подготовлены, ошибок стараются не допускать. Вон, гляди, Лис, какие статисты: на одного вышли бандой из двадцати человек. Каково, а?
Я промолчал.
Нас тридцать человек, слабаков нет, но и недооценивать противников тоже нельзя.
– Василевс, – неожиданно услышал я свой голос. Оказывается, пока я раздумывал, план уже сам собою сложился. – Бери своих кентов и двигай во-о-он туда. Пройдете мимо гончих – не задирайтесь, не разговаривайте. В общем, должны миновать их без эксцессов, якши?
– Зачем? – Глаза «Боромира» так и сверкали подозрением.
– Ваша цель – маг. Цель всей вашей компании. Разберетесь с магом – тогда на лекаря и стрелков переключайтесь. Именно в таком порядке: маг, лекарь, стрелки. А с «танками» у нас проблем не возникнет.
– На кой хрен? – повторил Василевс. – Нас больше, мы опытней, уровни выше. Да мы их покрошим, как…
Бродяга смотрел заинтересованно, но голоса не подавал. Видимо, уже сообразил, к чему я веду. Симпатия, вопреки ситуации, к Лиге охотников за головами выросла.
Я рявкнул:
– Хватит в голову только есть, думать ею начинай! Нам еще пес знает сколько ехать, нужно беречь силы. Если Здоровье ты восстановишь, то кто станет восполнять энергию брони и оружия? Где купишь эликсиры? Ты поблизости города́ нейтральные знаешь? То-то же! Нечего совать голову в пасть льву в надежде, что подавится. Лучше эту пасть заранее порвать, как Геракл!
– Самсон, – поправил Бродяга. – То Самсон пасть львам разрывал, Гринписа на него не было. А в целом – мы согласны. Годный план.
Василевс потемнел лицом, но огрызаться не решился. И так себя в дураках выставил.
Положенные в таком случае команды я отбил на панели в профиле, сразу посыпались подтверждения. На карте зашевелились желтые точки-муравьи – это выдвинулись бойцы Василевса. Мы пока остались ждать под соснами.
По пергаменту карты в профиле расплывались волнообразные круги. Гончие Дикой охоты шли грамотно, маг сканировал окрестности «Пеленгом». К счастью, теперь в наших рядах были опытные охотники за головами. Бродяга поделился «золотой» бутылкой, делающей нас невидимками для «радаров». На всякий случай я еще и плащом укрылся, включив режим маскировки.
– Подходят, – шепнул Бродяга.
Гончие зорко посматривали в сторону ватаги Василевса, но особой подозрительности пока не было. Группы сближались.
Неприятно кольнула мысль, что все погибшие от наших рук рано или поздно отпишутся на форуме, сообщив важнейшую инфу, что Серый Лис теперь не один. Трудно предполагать, как отреагируют Себастьян и Валлах. Эти все еще остаются темными лошадками со своими загадочными интригами. Но простой геймерский люд ответит весьма и весьма предсказуемо – гончие начнут объединяться. А это может стать серьезнейшей причиной, чтобы Василевс и Бродяга пересмотрели свои планы.
«Нет, – подумал я мрачно, – тут Бродяга не прав. Убивать всех и каждого на пути – слишком трудоемко и времязатратно. Мы можем все погубить…»
Гончие окрикнули «Боромира», тот что-то сказал в ответ. Группы поравнялись, бойцы Василевса остановились.
– Тупица! – прошипел Бродяга. – Сказали же – не болтать!
Василевс о чем-то заговорил с гончими. Я ощутил, как возрастает напряжение. Под ложечкой засосало.
Если гончие сейчас вступят в драку с Василевсом, то мы можем круто пострадать. Маг и лекарь останутся вне…
Фу-ух…
Василевс что-то сказал, махнул рукой. Его группа продолжила путь.
– Все равно идиот, – сказал Бродяга. – Ладно, начинаем.
Василевсовы кенты не успели и десяти шагов сделать, как мы уже вырвались из-под прикрытия сосен. Охотники за головами изо всех сил пришпоривали коней, я, в облике лиса, ускорился максимально.