Николай Трой – Ночной Охотник (страница 76)
«Пошел к черту, подлый ублюдок!»
«Бросьте оружие! Вы обречены!»
Недостаточно данных!
Ошибка!
Поиск…
Ошибка!
Система глобальных коммуникаций: соединение…
Поиск параметров…
Объект отсутствует!
Ошибка!
Где-то гнусавит чужой голос, предупреждает, что у нас есть последняя возможность бросить оружие и сдаться. Что Темный лорд лично проследит за тем, как решаются наши судьбы, и не допустит…
Поиск решения!
Требуется устранить ошибку!
Подключаю объект…
Активация отложенной регистрации…
Боль, как по щелчку, исчезает!
Звуки глохнут, а зрение отказывает. Теперь я нахожусь в вечной темноте, вне времени и пространства.
Назовите свое имя…
Пол…
Возраст…
Расу…
— Я… — слова даются легко, но после лютой боли не хватает дыхания. — Меня зовут… Дарк. И я — Ночной охотник!
Звучит сигнал одобрения…
2
Взор проясняется.
Площадь Нижнего рынка. Ржавые цепи. Пыточные инструменты на помостах. Качающиеся петли на виселицах. Кольцо стражи вокруг. И мертвая тишина.
Настройка параметров завершена!
Преобразование завершено!
Вы в глобальной системе.
Память Крови активирована.
Я поднялся с колен.
— Этого не может быть…
— Он…
Оглушающий лязг! Это отшатываются в ужасе солдаты. Старец-висельник отступает, но спотыкается и падает на задницу. Его глаза выпучены, челюсть отвисла. Калхун сейчас похож на него один-в-один.
Я оборачиваюсь.
Рауль едва не отпрыгивает, один из дозорных падает на колени, другой от чувств роняет меч на мостовую.
Я поднимаю руки к глазам.
Никаких когтей и серовато-красной кожи. Это руки человека. Все мое тело теперь человеческое, кроме двух деталей: эльфийских ушей и кожистых крыльев.
— Ве-ве-ве… — бормотал дозорный, отползая на коленях. — Великий отец?! Ты вернулся?!
Я соображаю, что меня приняли за героя древности, и меня разбирает нервный смех. Подавить его составляет приличных трудов.
— Дарк?! — растягивая слова, спрашивает Рауль. — Дарк?! Это ты?! Н-но… КАК?!
Я и сам не знаю. Похоже, что раса Проклятых, обожженных магической войной, все же не до конца уничтожена. Их согнали сюда, приговорили, но… как там — память Крови активирована? Еще можно вернуться к настоящему облику Ночных?..
Что бы это ни значило — я узнаю. Но позже.
Я оборачиваюсь к помосту. Старец-висельник пытается отползти, упирается спиной в ноги Калхуну. Его нижняя челюсть дрожит, трясущийся подбородок заливает слюна. Из глотки вырывается скулеж:
— Пощади, Аухэнн! Это не я тебя предал!
— Ты ошибаешься, старик. Я не ОН. Великий отец был сражен и пал, и ваше пророчество о его возвращении еще не сбылось. Меня зовут Дарк.
— Т-ты н-не…
— Я не ОН, — киваю, — но то, что ты натворил — так же преступно, как и ЕГО убийство. Теперь вас всех убьют! Твой народ вырежут поголовно, как скот. И все из-за твоей трусости.
Старик захлопал глазами. Кажется, известие, что пророчество не сбылось, вернуло ему хотя бы часть здравомыслия.
— Ты не он…
— Нет…
— Оборотень! — завизжал старик, тыча в меня пальцем. — Это оборотень, как и проклятая ведьма! Убейте его, это морок!!!
— Дарк! — предупреждающе крикнул Рауль.
С крыш словно бросилась громадная тень! Огромная, как дракон! Спустя секунду прозвучал тягучий стон, а через миг по мостовой заколотили арбалетные болты.
— Дарк!!!
Я отпрыгнул, но зря — ошарашенные зрелищем стрелки явно не рассчитали. Выстрелами никого не задело.
— Дарк! — заорал Рауль. — Все кончено! Мы не успели. Надо сдаваться, пока не…
Коротким движением я отшвырнул меч, сбросил с плеча сумку.
— Этого! — визгливо выкрикнул старик. — Этого в плен не брать!
Ощущая, как лицо перекашивает мертвецкий оскал, я захохотал:
— Старый дурак! Я не сдаюсь, я готовлюсь тебя убивать!
— Дарк, что ты…
Рауль осекся, когда из моего рюкзака показался продолговатый, в метр длинной, предмет.
— Старец-висельник! — заорал я. — Ты ошибся, я действительно не Аухэнн, но я хочу передать тебе привет от него. Ты готов?!
Кольцо стражи, получив приказ, срывается, бронированные фигуры мчаться к нам, чтобы смять, растоптать в кровавую кашу. Стрелки на крышах торопливо перезаряжают оружие, второй раз они не промажут. Нам конец, и все это понимают. Вон, даже к Калхуну возвращается его триумфальная улыбка.