Николай Тихонов – Князь Полоцкий. Том I (страница 44)

А ещё через некоторое время к ней привели отца Гавриила. Он был настоятелем одного маленького храма в небогатом прибрежном селении, которое попалось на пути варваров одним из первых. Скифы сожгли церковь, большую часть паствы убили, а не многих тех, которым посчастливилось выжить, превратили в рабов. Монах оказался среди последних.

Он провёл пленником в лагере россов пару недель. Много раз отец Гавриил видел, что могут сотворить с ним его новые хозяева. Суровые воины севера, страшные усатые варанги, узкоглазые степняки-пацинаки – всех этих разных людей объединяло лишь одно общее желание.

– Нет лучшего наслаждения, чем смотреть, как кричит посаженная на кол ворона! – рассмеявшись, по-словенски сказал отцу Гавриилу один из варваров, подходя ближе, поигрывая в руках этим самым деревянным, остро отточенным колом.

– Я не боюсь смерти, и всегда готов умереть за Истинного Бога, – также по-словенски спокойно ответил ему монах.

Варвар восхитился. Его сородичи стояли тут же, в одном загоне, сбившись в кучу, как стадо перепуганных овец. Все они наблюдали, как он только что страшно пытал и насмерть замучал одного из их собратьев-ворон.

– Ты знаешь наш язык? Откуда? – заинтересовался варвар. Бесовский огонь искрился в его глазах.

– В молодые годы я ходил просвещать в Истинную веру миссийских булгар, – твёрдо ответил бывший настоятель, – Там и выучился.

Так, в один момент, отец Гавриил превратился из обычного развлечения в ценный товар. Раб, владеющий языками, мог пригодится кому-нибудь из богатых скифских вождей. Так варвар и решил, отделив монаха от остальных. В ту ночь отец Гавриил не смог умереть за своего Бога.

Ещё через пару дней монаха привели на борт одного из больших варварских кораблей. Отца Гавриила, немного поторговавшись, выкупил варвар, один из воинов архонта Роговальда из небольшого северного города.

Варвар внимательно осмотрел монаха, удовлетворенно кивнул и приказал обучать словенскому языку молодую аристократку-ромейку, невесть как оказавшуюся на корабле.

Так они и познакомились. Кассия оказалась способной ученицей. Уже через пару дней она смогла общими фразами говорить с архонтом без помощи переводчика. Роговальд, а им оказался тот самый умелый воин, пленивший девушку, вежливо поблагодарил за спасение его воина и начал расспрашивать аристократку о её лекарских способностях.

Тогда Кассия проговорила с архонтом до позднего вечера. Роговальду было интересно всё: кто такая Кассия, откуда она, что умеет, что это было за странное зелье. Девушка в присутствии архонта неожиданно расслабилась. Тёплое чувство, будто она беседует с родным человеком, неожиданно посетило сердце девушки.

– Не хочу, – проговорила Кассия, когда после их с архонтом разговора один из воинов довольно грубо усадил девушку на дне трюма.

– На самом деле, это довольно крепкий корабль, – добродушно улыбаясь, возразил отец Гавриил своей единственной ученице.

И вот, спустя пару часов, этот крепкий корабль скрипел и трещал, дёргался из стороны в сторону, и казалось, вот-вот разойдётся по швам.

– Да что у вас там твориться?! – заорала девушка по-ромейски. Само собой, её не услышали. Снаружи стоял такой грохот и рёв, что девушка себя то еле слышала.

– На всё воля Его, – грустно улыбнулся монах, и присел на стоявший на полу ларь с дорогой церковной утварью.

Кассия опустилась рядом, глубоко задышала.

– Не бойся, дочь моя, – отец Гавриил положил ей руку на голову, благословляя, – Если Богу угодно призвать нас сегодня, кто мы такие, чтобы противиться Его воле?

Страшный взрыв стал ответом на слова монаха. Даже в трюме ощутимо запахло едким вонючим дымом.

– Имперские гвардейцы используют против варваров силу греческого огня, – проговорил отец Гавриил, принюхавшись, – Я слышал, много воинов главного архонта россов Ингваря погибло в недавних боях от этого удивительного зелья.

– Зелья? – пренебрежительно фыркнула Кассия, – У этой субстанции совершенно другая структура, отец Гавриил. Уж я то знаю.

– Да, госпожа, – кивнул монах.

О своих способностях варить прекрасные отвары, повышающие магические способности, и дающие иные полезные свойства, она рассказала монаху почти сразу. Тот обещал сохранить её тайну в секрете.

Оставшиеся время они просидели молча, одновременно вздрагивая при каждом мощном ударе и особенно громком крике. А ещё через несколько часов все стихло, и крышка люка неожиданно распахнулась.

В трюм спрыгнул архонт вместе с тем самым воином, жизнь которого недавно спасла Кассия. Тот, увидев девушку, приветливо улыбнулся. Воины быстро обшарили трюм, подсвечивая борта корабля масляными лампами. Как поняла Кассия, искали течь, которой на удивление не было. Корабль действительно оказался крепким.

Когда осмотр был закончен, рыжий полез наверх, на палубу, прихватив с собой отца Гавриила, а сам архонт опустился на противоположный ящик и сказал Кассии:

– Мы возвращаемся домой.

Девушка с интересом посмотрела на варвара. Он чуть склонил голову. Она спросила:

– Мы это кто?

Архонт усмехнулся.

– Мы – это я, мои воины, друзья, и моё имущество.

– Что из этого я? – будничным голосом поинтересовалась девушка.

– Ты должна сама решить это, – ответил варвар.

Глаза их встретились. Пламя и лёд схлестнулись в бесконечной битве стихий. На Кассию снова смотрел тот самый дикий зверь, которого она видела при их первой встрече. Глаза архонта мигнули, девушка неосознанно скрестила ноги. Внизу живота собралась приятная пустота.

Тот поднялся, подошёл к девушке, взял ту двумя пальцами за подбородок. Девушка подняла голову, не отводя взгляда.

– Что ты решила? – спросил архонт.

– Я..., – томно прохрипела девушка, – Буду твоим... Другом!

– О нет, моя любо, дружить мы с тобой не сможем, – с лёгкой улыбкой ответил варвар, подхватывая девушку за талию. Их губы встретились, сплелись в страстном поцелуе.

Кассия дёрнулась было, но варвар мягко, но уверенно придержал девушку. Пряжка дорогого плаща из синего сукна, накрывавшего плечи варвара, звонко щёлкнула. Тот упал на пол. Завязки, плотно державшие дорогое платье аристократки, мгновенно вспыхнули и обратились пеплом. Одежда, повинуясь воле архонта, легко сползла на досчатые доски драккарного трюма, оголяя молодое стройное тело девушки. Тяжёлый позолоченный пояс архонта с грохотом упал туда же минутой позже.

Ромейская аристократка, магесса огненного круга, могучая колдунья-зельеварка, и варвар, умелый одарённый воин и удачливый вождь из далёких северных фьордов. Огонь и лёд. Тепло и холод.

Казалось, что бы могло быть у них общего? Толкнув Кассию на небрежно брошенный плащ, архонт тут же навалился сверху. Миг, и мир перевернулся с ног на голову. Волна наслаждения и похоти захлестнула их с головой.

Через некоторое время, вынырнув из этого озера расслабления от громких насмешливых криков на палубе, архонт недовольно заворчал. Лежавшая рядом мокрая от пота и собственной влаги девушка лишь звонко рассмеялась.

– Иди, друг мой, твои воины не могут без тебя, – улыбаясь, проговорила Кассия по-ромейски, подавая воину широкий кожаный пояс. Тот принял его, застегнул пряжку, поправил ножны меча. Наклонившись, и жарко поцеловав девушку в припухшие губы, архонт в два прыжка оказался на палубе.

Кассия, мечтательно вздохнув, опустилась обратно на плащ. Щёлкнув пальцами, она мгновенно просохла, и стала натягивать обратно платье. Ей предстояло решить сложную задачу – что делать с напрочь сгоревшими завязками?

Ярл Хальгу, голый, окровавленный, закованный в цепи, вместе с ещё парой десятков норегов пострашнее, сидел в стальной клетке. Его, и ещё немало захваченных в плен в провинции Винифия воинов, таких же голых и ободранных, сейчас везли в город кесарь Константинополь. Вёз лично доместик схол Иоанн Куркуас. Он и его войско легко разгромили разрозненные отряды россов и пацинаков.

Последние, впрочем, едва почуяв, что их лёгкие стрелы и тонкие сабли не в состоянии пробить тяжёлую броню ромейских катафрактов, собрались всей ордой и пустились на утёк. Преследовать их лично Иоанн не стал. Отправил своего верного человека, тоже Иоанна, прозванного Цимисхием. Тот прослыл великим воином и успешным стратегом, и можно было не сомневаться – войско пацинаков не сможет вернуться домой.

Через несколько дней свейский ярл Хальгу и остальные пленники были привезены в Константинополь, и представлены императору. Роман Первый Лакапин, удовлетворенно кивнул, даровал всем полководцам великие награды, а всех пленных россов повелел казнить.

Великий князь Киевский Игорь Рюрикович вместе с десятком лодей сумел таки вырваться из ловушки, задуманной ромеями. Придя морем на тысяче кораблей, вместе с пятидесяти тысячным войском, с планами разграбить город кесарей в середине лета, уже в начале осени он удирал, бросив большую часть своих воинов на произвол судьбы.

Норегский ярл Рёнгвальд Олафсон, владетель северного града Палтэскью, напротив, возвращался домой с великим прибытком. Само собой, налаживанию крепких отношений между ним и Игорем это не поспособствовало. Жадный и алчный Киевский князь затаил на Рёнгвальда великую обиду.

Так закончился первый поход Великого князя Киевского Игоря Рюриковича в земли Византийской империи.