Николай Свечин – Подельник века (страница 12)
Для этого в 60-е годы XX века в недрах советского КГБ была создана Служба эвакуации пропавших во времени – СЭПвВ, куда несколько позже поступил на работу инспектором и будущий подполковник ФСБ Игорь Иванович Корнилов, он же в прошлом – губернский секретарь Викентий Саввич Двуреченский. До недавнего времени…
Ратманов разлепил глаза. Полулежащий в кресле Двуреченский уже храпел. Однако неудачная попытка Жоры тихо, как мышь, занять свое прежнее место немедленно разбудила чиновника.
– Это что же получается? – подал голос хозяин квартиры. – Я тоже ландаутист на службе России?
– Нет, ты ничего не понял. – Ратманов наконец уселся в свое кресло. – Я сказал только, что прежний Двуреченский был ландаунутым на всю голову…
– А этот? – Чиновник вопросительно посмотрел на свое отражение в бутылке.
– А этот хрен его знает, – признался Ратманов. – Раньше в твоем теле был Игорь Иванович Корнилов…
– А сейчас?
– А сейчас хрен его знает, – повторил Георгий и сам почти запутался. – Ну сам посуди… Если бы в твоем теле до сих пор оставался Корнилов, ты бы вел себя так, как себя ведешь?
Подумав, Двуреченский неуверенно покачал головой.
– Вот… А если бы в твоем теле до сих пор был Игорь Иванович, коллеги из СЭПвВ неужели не поймали бы тебя до сих пор?
Двуреченский задумчиво посмотрел в бутыль и решил причесаться, воспользовавшись ею как зеркалом.
– Вот… Молчание – знак этого… согласия! – заключил Жора и пролил на себя то, что собирался допить. – Блин! Есть тряпка?
Двуреченский невозмутимо подал попаданцу длинный край собственного халата, и тот вытер им пятно, а заодно и руки.
– И сколько вас… то есть нас… ну то есть их… в Москве? – поинтересовался чиновник.
– Ландаутистов?
– Угу.
– Он сказал шесть.
– Кто сказал шесть?
– Ну ты, Двуреченский то есть, за которого говорил Корнилов, получается…
– А я говорил, что они тут делают, кем работают, что-то еще про них говорил? – Двуреченский отобрал у Ратманова край халата и стал пробовать его отжать.
– Нет, такого не говорил… Но все они сотрудники Сэп… дальше не произнесу… и все должны быть как-то связаны!
– Ты хочешь их найти?
– Хочу! А ты?
– Не знаю, почему бы и нет?
– Я знал, что ты меня поддержишь! Еще по одной?
– Не откажусь.
– А когда их найдем, я смогу вернуться в будущее.
– А я?
– А ты найдешь Корнилова, который позорно сбег из твоего тела!
– Ух! И мы поговорим! Вот сволочь, а?
– Да, ты все ему выскажешь!
– И остальным пяти!
– Их шесть!
– Шесть, без него пять!
– Почему без него? Я хочу с ним!
– Тогда шесть!
– Шесть с ним или без него!
Пьяные подельники на радостях чокнулись бокалами. Стекло в руках Двуреченского при этом разбилось вдребезги. А Георгий с удивлением обнаружил, что его стакан – более прочный, но при этом пустой. Они выпили все, что было.
Ну а про клад, о котором попаданец тоже, конечно, спросил, Двуреченский, разумеется, ничего не знал…
Глава 4. Охота на его величество
Загадочная группа из шести человек заседала в одном старом доме. Московском ли, питерском ли, а может, это был Тифлис или Гельсингфорс – поди ж разбери. И даже время тайной сходки, год или столетие, с точностью определить было бы невозможно. С одной стороны, собравшиеся были одеты по моде Серебряного века. Примерно так выглядели Есенин и Маяковский на фотографиях в наших школьных кабинетах русского и литературы. С другой – слова этих людей звучали вполне современно. И все сказанное записывалось на диктофон – скрыть его характерное жужжание никто даже и не пытался.
– Какого х… нам не дали новые вводные? – возмущался обладатель сердитого мужского голоса. – Им в центре накласть, что кто-то здесь живет по-настоящему и проживает жизнь, уверенный, что в конце его ждет неизбежная смерть!
– Давайте не будем переходить на личности, – вмешалась обладательница примирительного женского голоса. – Центру, конечно, виднее… Но я согласна, что действовать в обстановке информационного вакуума как минимум рискованно.
– Вы еще скажите, чтобы продуктов сюда забросили побольше, да тех, что здесь не выпускают, майонеза «Провансаль» Нижегородского масло-жирового комбината например! – усмехнулся человек с насмешливым голосом.
– Не паясничайте, мы обсуждаем серьезную проблему, – отчитала примирительная. – Чем меньше у нас реальных данных, которые можно получить только из центра, тем больше слепых зон, где мы вынуждены действовать интуитивно, а не по плану.
– А я что? Я только за! Так и до царя доберутся рано или поздно! Не сумев убить один раз, как обычно, будут возвращаться и пробовать снова, – обрисовал невеселую перспективу насмешливый.
– Типун вам на язык! – Миролюбивая начала злиться.
– Короче… – снова заговорил первый. – Царя им не свалить, сколько бы они ни пытались. Понятно, что в центре никогда не дадут этому случиться. Но покушений будет все больше! И вместо того чтобы в пятницу вечером отправиться на дачу к Шаляпину и слушать, как он поет «Дубинушку», я вынужден лазить по каким-то злачным местам и вязать очередного террориста!
– Коллеги, давайте рассуждать здраво, – голос подал четвертый. – Все мы на зарплате, каждый подписывал контракт, в котором есть пункт, если не ошибаюсь, тринадцать точка четыре. И он обессмысливает все, о чем вы сейчас говорите. Мы обязаны выполнять свою работу в том объеме, в каком центр посчитает ее необходимой…
– Это понятно, но… Может уже кто-нибудь вырубить диктофон?! Все равно эта запись в таком виде никуда не пойдет! – возмутился первый.
– Даже если вы его выключите, у службы будут воспоминания пяти оставшихся участников, достаточные для того, чтобы закрыть вас или любого из нас. Поэтому пусть пишет – это, если угодно, гарантия нашей общей безопасности.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.